Дейл Браун - Ночь ястреба

— Как я уже сказал, радиосвязь нарушена. Несколько баз не отвечают, сеть управления тоже нарушена. Похоже, там легкая неразбериха. Думаю, возможно, телекоммуникационный центр в Каунасе перегружен...

— Меня не интересуют твои домыслы, — оборвал Кортышкова Терехов. — Мне нужна конкретная информация. Тебе придется добыть ее для меня или придется отвечать перед генералом Габовичем, вот тогда и попробуй втюхать ему свои жалкие извинения и бесполезные домыслы. А теперь — что касается этой колонны. Ты выяснил наконец: не в «Физикоус» ли она направляется?

— Да, в данный момент она подходит к воротам Денерокина.

У Терехова уже не оставалось времени, Габович прибудет менее чем через час, а он еще не провел совещание с инженерами. Ладно, в данный момент развертывание сил МСБ не касалось Терехова. Все равно без соответствующего приказа никто не проникнет в «Физикоус». Надо только проследить, чтобы Габович добрался без всяких задержек.

— Я хочу, чтобы ты лично выяснил, есть ли у командира этой колонны соответствующий приказ, прежде чем хоть одна машина пройдет через ворота, — распорядился Терехов. — И приказ этот должен быть подписан, как минимум генералом Габовичем. Одновременно проследи, чтобы дорога была свободна к приезду генерала. И удвой охрану «Тумана», пока не восстановится радиосвязь.

Ворота ядерного центра Денерокин, НИИ «Физикоус»,

13 апреля, 03.20 по вильнюсскому времени.

Командная радиосеть войск СНГ разрывалась от приказов, запросов и общей паники.

— Черт побери, да что происходит? — спросил один из солдат охраны центра Денерокин.

— Постоянно сообщают, что над городом летают вертолеты, но точно не знают сколько, — ответил старший в наряде, сержант Владимир Михеев. — Сначала заметили вертолеты над Дворцом спорта, потом над зданием парламента, потом над Зоной свободной торговли... Подожди минутку... А сейчас передали, что замечено четыре вертолета над Зоной свободной торговли и большой самолет над зданием парламента. Черт, как тут разобраться?

— Может, запросим подтверждение?

— Уже запросили, а они приказали нам убраться из эфира, — пояснил сержант. — Ни о каких самолетах с юга, со стороны Тракайской улицы, не сообщается, поэтому не будем объявлять готовность второй степени.

— Это вертолеты СНГ? Или белорусские? Что они делают над городом? — спросил солдат.

— Они и раньше-то нам никогда не докладывали, почему должны сейчас? — В этот момент раздался телефонный звонок с поста от внешних ворот возле шоссе. — Сержант Михеев слушает... что? Усиление? Да, этот павлин... майор Терехов, говорил о колонне. Сколько машин? Что значит не знаешь! Минимум тридцать... С танками и зенитными самоходками? Командует полковник? Начальник управления тыла... Мурзуриев? Да, Терехов разрешил, если у них есть приказ Габовича. Да, пропусти его сюда. Он хочет завести внутрь все машины? Да? А почему он не повел их через южные ворота?.. Ты не умничай, Симков... Нет, я не хочу с ним разговаривать. Приказ проверю здесь. Но предупреди его, что мы будем проверять каждую машину, и это займет время... Да, ты сам скажи ему. Все, отбой.

Михеев положил трубку телефона.

— Явно что-то происходит. Штаб посылает нам подкрепление под командованием полковника Мурзуриева, они развернутся вокруг Денерокина. Принеси мне пропуск Мурзуриева.

Солдат вошел в комнату, где находились несколько рядов пропусков, представлявших собой пластиковые карточки с черно-белыми фото. Чтобы попасть в Денерокин, надо было предъявить удостоверение личности и получить в обмен на него пропуск. Охрана внутри проверяла пропуска и сверяла фотографию с личностью его владельца. Солдат протянул Михееву пропуск Мурзуриева.

— Я никогда раньше не видел этого Мурзуриева. Интересно, что он за фрукт?

— Штабной червь, наверное, единственный оказался трезвым, вот ему и поручили возглавить эту колонну, — предположил Михеев. — Предупреди остальную охрану, что к нам жалует полковник из штаба. Потом позвони Терехову и сообщи, что колонна прибыла. Надо обеспечить охрану зоны, пока их машины будут заезжать, а мы будем проверять всех членов экипажей.

Спустя несколько минут головная машина колонны остановилась в зоне контроля перед воротами. Офицер, одетый в обычный зеленый камуфляжный комбинезон и пехотную каску с буквами «МСБ», подошел к охраннику. Поскольку офицер имел звание полковника, то его и еще четверых офицеров — одновременно для проверки документов разрешалось пропускать не более пяти человек — тут же пропустили в зону контроля, но ворота оставались закрытыми.

Сержант, находившийся в будке охраны, заметил тонкий серый шарф на шее офицера, частично скрывавший подбородок, а каска была надвинута низко на глаза. Поэтому сержант с уверенностью не опознал этого человека, хотя ростом и телосложением он напоминал полковника Мурзуриева, и та же тоненькая ниточка усов... Все же у сержанта не было полной уверенности. Полковник подошел к передней стене будки, сделанной из толстого пуленепробиваемого стекла, и обратился к охране:

— Сержант, я полковник Мурзуриев, прибыл из штаба с ротой подкрепления. Немедленно начинайте пропускать мои машины.

— Хорошо, товарищ полковник. — Сержант открыл небольшое окошко в стеклянной стене. — Попрошу ваши документы.

— Мы торопимся, сержант, — недовольным тоном бросил Мурзуриев. Он снял черные перчатки, положил их на прилавок перед окошком и принялся копаться в карманах комбинезона в поисках удостоверения. — Десять минут назад вас должны были предупредить из штаба о нашем прибытии.

— Сеть радиосвязи перегружена, товарищ полковник, — ответил Михеев. — Нам даже приказали убраться из эфира. Если такое сообщение и было, то мы его не получали. Понадобится время для проверки всех ваших машин. — Михеев отметил про себя, что четверо офицеров, сопровождавших полковника, все остановились перед стеклом, наблюдая за происходящим. — Товарищ полковник, оставьте, пожалуйста, сопровождающих за желтой линией. К окошку можно подходить только по одному.

Мурзуриев сделал знак своим офицерам отойти назад. Похоже, его удивили слова сержанта.

— А почему радиосеть перегружена? Что происходит?

— Да вроде вертолеты летают над городом, — ответил Михеев. — Но подробности выяснить не можем.

Мурзуриев смутился, но быстро взял себя в руки, заметив, что сержант наблюдает за ним. Он просунул в окошко удостоверение.

— Я тоже точно не знаю, что происходит, но, возможно, наше прибытие сюда связано с этими событиями. Поторопитесь, сержант.

— Хорошо, товарищ полковник. — «Ничего себе, — подумал Михеев, — даже штабное начальство не имеет понятия, что происходит». Он сверил личность Мурзуриева с фотографией на удостоверении. Все в порядке. Затем положил удостоверение рядом с пропуском и принялся сличать фотографии.