Джерри Эхерн - Погоня за призраком

Она встала, подошла к шкафу и вернулась с бутылкой “Сиграмс”. Плеснула золотистой жидкости в два пластиковых стаканчика. Один поставила возле себя, а другой — перед Фростом.

— Да нет, — уверил ее капитан, — я говорю совершенно серьезно. Но за виски все равно спасибо. Короче, когда цирк приехал в наш город, я сбежал из дома и присоединился к труппе. Но моя мальчишеская мечта исполнилась лишь частично. Через некоторое время я познакомился с Великим Фаркардтом, и он так полюбил меня, что позволил даже называть его на “ты”. Он знал, что я хочу стать укротителем львов, и вот в свободное от работы время, когда мне не нужно было продавать билеты на представление “Единственной в мире толстой бородатой женщины — заклинательницы змей”…

— А разве обязательно было совмещать бородатую женщину и заклинательницу змей? — спросила Джессика.

— Это был маленький цирк с небольшой труппой, — ответил Фрост. — Каждому приходились работать за двоих. Так вит, когда у меня выдавалась свободная минутка, Фаркардт начинал меня учить. Он рассказывал все, что знал сам о львах и цирке. А затем мы перешли к практическим занятиям — он стал показывать мне, как надо дрессировать львов. Там был один лев, его звали Артистом…

— Когтистым? — перебила Джессика. А я всегда думала, что у зверей в цирке отрезают когти.

— Нет, я сказал — Артистом.

— А. понятно.

— Короче, этот Артист был основным партнером Фаркардта. С его помощью он выполнял свой самый смертельный номер. — Кто выполнял. Артист или Фаркардт?

— Оба. Дрессировщик засовывал свою голову в пасть льву. После этого зал всегда аплодировал стоя. И вот однажды, помню, приехали мы в один городок на среднем Западе…

— На среднем Западе тоже любят цирк?

— Еще как. И вот, поскольку я уже долгое время упорно тренировался, было решено, что именно мне доверят этот номер, чтобы я стал настоящим артистом…

— Ты — Артистом? — вновь перебила Джессика. — Так это тебе Фаркардт собирался засунуть свою голову в рот?

— Нет, я имею в виду, что мне предстояло засунуть свою голову в пасть Артисту.

— А Артист должен был впасть в ярость?

— Ни в коем случае. Короче, ты будешь слушать?

— Конечно, извини.

— Так вот, было решено, что я выступлю на арене. Но я не знал, что у Артиста начался приступ несварения желудка, и он все время отрыгивался. Фаркардт давно привык к этому, а потому не придал значения болезни льва и даже не предупредил меня.

И вот, пришло время нашего номера, вспыхнули прожекторы, заливая арену ярким светом, и я появился перед восхищенной публикой, облаченной в зеленые панталоны до колен, которые мне одолжил Фаркардт…

— До колен? — снова встряла женщина и рассмеялась.

— Да, — объяснил Фрост терпеливо. — Великий Фаркардт ростом был всего пять футов и один дюйм.

— Понятно…

— Я смело двинулся к Артисту, но зверь действительно был очень болен. У песо как раз началась сильная отрыжка. Когда я стал засовывать голову ему в пасть, Фаркардт вдруг закричал:

— Alto! alto!

— Альто? Так звали другого льва?

— Нет, просто Фаркардт был по национальности испанец и когда волновался, то переходил на родной язык. Но я-то не знал испанского, а потому не обратил на его крики внимания и в конце концов моя голова оказалась между челюстями Артиста.

И тогда произошло нечто ужасное…

— Что?

— Артист громко рыгнул, его большой шершавый язык дернулся, ударив меня по лицу, и мне показалось, что челюсти начали сжиматься. Я в ужасе повернул голову, чтобы посмотреть на его верхние зубы, которые приближались ко мне…

Фрост театрально умолк и коснулся пальцем повязки на своем глазу.

— Зуб льва попал тебе в глаз? — спросила Джессика.

— Нет, — Фрост с улыбкой покачал головой. — Я успел вовремя выдернуть голову из пасти, но споткнулся, упал и покатился по арене. А надо заметить, что свои сценические туфли Фаркардт тоже мне одолжил, но поскольку у него не было запасной пары, то он стоял босиком, в одних носках.

Джессика засмеялась.

— Хотела бы я поприсутствовать на том представлении.

Фрост с грустным видом покачал головой.

— А я бы — нет. Но что хуже всего, в носке Фаркардта была дырка и из нее торчал его большой палец…

— Палец?

— Да. А ногти старик никогда не подстригал, не любил он это делать и все тут. И вот, когда Фаркардт бросился мне на помощь, я как раз чуть приподнял голову и ноготь его большого пальца попал мне прямо в…

— Ой, да хватит уже, — со смехом сказала Джессика и хлопнула его ладонью по руке. Фрост с невозмутимым видом взял свой стаканчик и допил виски.

Они сидели так и болтали до поздней ночи. Наконец-то Джессика рассказала Фросту о себе.

Она училась в колледже, когда ею заинтересовались люди из Лэнгли, как впоследствии оказалось, они были из отдела Кэлвина Пламмера, самой важной и секретной секции ЦРУ.

Джессика с удивлением поняла, что они знают о ней больше, чем она сама. Ей предложили пройти специальный курс обучения, сдать экзамены и если она успешно с этим справится, то ей скажут, почему Пламмер выбрал именно ее.

Сначала была очень обстоятельная подготовка по русскому языку. Она прослушала множество магнитофонных записей, начитанных неизвестной ей женщиной, а главной задачей было научиться имитировать ее голос.

Потом пришла очередь огневой подготовки, и Джессика освоила обращение с несколькими системами, как американского, так и советского оружия. Затем последовали тренировки по восточным боевым искусствам, лекции по истории коммунизма и спецкурс о реалиях современной советской жизни.

В течение года она общалась исключительно с людьми, которые говорили только по-русски, читали только русские книги и газеты, ели русскую пищу и носили одежду, сшитую в СССР.

Когда Джессика успешно прошла все испытания, ей наконец сказали, что от нее потребуется: перевоплотиться в русскую женщину и отныне жить не своей, а ее жизнью. Ей специально сломали ногу, чтобы в случае чего рентген показал наличие перелома, который был у той женщины. Затем пришла очередь отпечатков пальцев.

Ей сказали, что американские ученые недавно разработали новый метод дактилоскопической имитации, и она будет первой, на ком его опробуют. Успех пока не гарантировался.

Однако, к счастью, все закончилось благополучно. Джессика выдержала четыре операции, но наконец врачи сделали ее отпечатки практически идентичными отпечаткам русской женщины. Ей сообщили, что рисунок их папиллярных линии был очень схож, возможно, они были какими-то дальними родственниками, и это упростило задачу.

Ну, а потом ее перебросили на Восток и с тех пор Джессика вела жизнь агента КГБ, ожидая, когда представится возможность раздобыть какие-нибудь важные сведения. Такими важными сведениями и оказался список двойных агентов в ФБР и ЦРУ.