Александр Аввакумов - Сыскарь

– Скажите, товарищ лейтенант! Кто вам сказал, что я нигде не работаю? Пусть язык того человека отсохнет за это.

– Вот, мы и посмотрим, у кого язык отсохнет, – в ответ произнес участковый инспектор. – У тебя или у него.

Опорный пункт милиции был не далеко от дома, и они вместе направились прямо туда. Открыв входную дверь, участковый инспектор пропустил Костоева первым, а затем вошел в кабинет и сам.

– Документы у тебя с собой? – поинтересовался у него участковый инспектор.

– Понимаешь, начальник, паспорт у меня украли две недели назад на автостоянке, где я мыл машины, – стараясь каким-то образом разжалобить участкового, ответил ему Костоев. – У меня лишь только справка об освобождении и осталась.

Порывшись у себя в кармане, Анвар протянул справку участковому и стал внимательно наблюдать, как тот стал вписывать его данные в какой-то журнал. Закончив писать, участковый инспектор поднял на него глаза и ехидно улыбаясь, произнес:

– Ты мне «порожняки» с паспортом, не гоняй. Если бы ты получал паспорт, то у тебя бы не было на руках этой справки. Ты понял меня или нет? Кстати, почему ты приехал в Заинск, а не поехал к себе в Махачкалу? – спросил его лейтенант милиции.

– Скажу, честно земляк, врать не буду. У меня действительно никогда не было паспорта, однако, это не мешало мне нормально жить, начальник. Скажите, откуда вы родом? Вы случайно не азербайджанец?

– Зачем тебе место моего рождения? Если мы оба с Кавказа, это еще ни о чем не говорит. Выходит, ты так и жил всю жизнь без паспорта Костоев? Вот, что, милый, – произнес участковый инспектор, – даю тебе месяц. Если через месяц у тебя не будет паспорта, я сделаю все, чтобы ты покинул этот город. Мне бомжи на участке не нужны, у нас здесь и своих доморощенных хватает.

– Не нужно ругаться земляк. Я до того как сесть, воевал за твою республику в Карабахе, а ты, пристал со своим паспортом.

– Мне плевать, за кого ты воевал. Запомни, не будет паспорта, посажу.

Костоев вышел из опорного пункта милиции и, посмотрев по сторонам, направился на ближайшее отделение почты.

***

Отправив денежный почтовый перевод Рае, Костоев вышел с почты и направился на местный рынок. Рынок по сравнению с казанским был совсем маленьким и скудным. Он не спеша обошел его, а затем остановился около торговца южными фруктами. Внезапно его внимание привлек мужчина, который шел по рынку, расспрашивая о чем-то продавцов. Приглядевшись внимательней, он признал в нем Латыпова Рината, своего недавнего напарника по преступлению.

«Интересно, кого он здесь разыскивает?», – наблюдая за ним, подумал Анвар.

Увидев его, Ринат растерялся от неожиданности. Он как-то неестественно засуетился и стал оглядываться по сторонам, делая вид, что не видит его, а разыскивает среди редких покупателей рынка своего знакомого. Он быстро справился со своей неловкостью и направился в его сторону.

– Привет напарник, – поздоровался с ним Латыпов, – ты, что здесь делаешь?

– Интересный ты человек, что можно делать на рынке? Наверняка или торговать или покупать. Тебя какой ответ устраивает? Ты что, как шакал по рынку рыщешь?

– Да, дела, – уклончиво ответил Ринат и снова, втянув голову в плечи, посмотрел по сторонам.

– Какие у тебя на рынке могут быть дела? Ты, что туман нагоняешь? – с легкой усмешкой, произнес Костоев. – Знаю я ваши дела с Рустемом.

– Слушай зверек! Ты язык-то свой придержи, а то смотри, отрежут его тебе, – с угрозой в голосе ответил ему Латыпов, продолжая осматриваться по сторонам.

Костоев засмеялся и посмотрел на своего собеседника.

– Слушай Ринат! Ты, что все время дергаешься, словно украл курицу? Скажи Рустем, здесь в городе или все бутылки с водкой у себя на складе перебирает?

– Ты фильтруй свой базар. Кто ты по жизни? Сявка безродная, солома, пропущенная через лошадь. Если бы не Рустем, ты давно бы опять месил грязь на зоне. Он тебе шанс дал подняться в этой жизни, а ты его здесь передо мной «парафинишь», как мальчишку.

– Так он здесь или нет? Ты, что ерзаешь, ответить, не в состоянии что ли? Если здесь, веди его сюда, поговорим о жизни.

Ринат повернулся и моментально исчез за спинами покупателей. Через минут двадцать он вернулся в сопровождении Рустема.

– Давай, отойдем в сторону, утрясем «непонятки» друг к другу.

– Давай, я не против этого. У меня к тебе много будет вопросов.

Они отошли в сторону от прилавков и Рустем, окинув взглядом рынок, начал говорить в полголоса.

– Слушай меня, «Чеченец»! Ты знаешь, что живешь на этом свете лишь благодаря мне. Если бы я тебе тогда не помог на зоне, тебя опустили эти москвичи или же закопали где-нибудь в навозе. Вспомни это! Когда ты откинулся, кто тебе протянул руку помощи, может твои друзья по воле? Нет, снова этим человеком оказался я! Скажи, кто тебя познакомил с Раей? Я! Это я дал тебе путевку в новую для тебя жизнь! Скажи, что это не так? Скажи мне, что ты сам мог подняться с колен в этой жизни, и я уйду и больше не стану предъявлять к тебе претензий?

– Извини! То, что ты для меня сделал, это я все с лихвой уже отработал. А теперь, давай, вернемся к нашей зоне. Кто поддерживал твой авторитет на зоне, мне кажется, что ты забыл об этом. Этим человеком, был я. Я решал за тебя на всех этих «сходняках», кого щадить, а кого резать. Я был твоей тенью, которая отводила от тебя все угрозы и оберегала тебя как от администрации колонии, так и от зеков. Только благодаря мне, ты выскочил из зоны условно-досрочно. Если ты все это забыл Рустем, то могу тебе об этом напомнить? Я сделал для тебя то, что не делал бы и не сделает ни кто другой. Ты помнишь, что ты мне говорил на зоне, когда учил меня воровским законам? Что самый страшный воровской грех, воровать у своих ребят. Так почему же ты, забыл об этом на воле?

– Ты что-то путаешь рамсы, «Чеченец». Я ни у кого и ничего не воровал, тем более у таких сидельцев и бедолаг, как ты, – словно оправдываясь перед ним, ответил Рустем.

– Может я бы и поверил бы тебе в очередной раз, если бы ты не попытался швырнуть меня на деньги.

– Здесь ты не прав, «Чеченец». Я же говорил тебе, что собирался приехать к тебе и рассчитаться с тобой. Поверь мне.

– Хорошо, пусть будет так, – произнес Костоев. – В последний раз поверю тебе.

– Тогда давай, пожмем, друг другу руки и будем считать, что конфликт улажен.

Они пожали друг другу руки и по-братски обнялись. Рустем обнял его за плечи и тихо заговорил:

– «Чеченец», есть одно дело. Плачу сразу же вперед наличными. Нужно срочно убрать одного человека. Цена – пятнадцать зеленью.

– Двадцать и деньги вперед, – твердо произнес он. – Нет денег, нет разговора. Можешь, тогда стрелять лично сам или вместе с Ринатом.

– Не шуми. Все понял. Двадцать, так двадцать, – ответил Рустем. – Я найду тебя. Будь в городе.