Вэл Макдермид - Большой откат

Прежде всего мы заехали в местный полицейский участок и просмотрели список избирателей. По нужному нам адресу проживали двое— Брайан и Элеанор Ломакс. Очевидно, его жена, решила я. Затем мы медленно проехали мимо их дома. Черный «БМВ» уже исчез, но фургон был на месте. Я попросила Алексис припарковаться поблизости, она развернулась в переулке и поехала обратно к жилищу Ломаксов. Мы остановились в сотне ярдов от дома. Нам была видна передняя дверь и подъездная дорожка, хотя фургон был теперь от нас скрыт.

Алексис, такой же ветеран слежки, как и я, вытащила из сумочки книгу в бумажной обложке и погрузилась в чтение, уверенная, что боковым зрением тут же заметит любое движение около дома. Я сосала мятные конфеты и слушала радио.

Первый признак жизни появился лишь через пару часов. Мы обе среагировали на него одновременно. Алексис выпрямилась и швырнула книжку на заднее сиденье. Брайан Ломакс, выйдя из-за угла дома, продолжил свой путь по подъездной дорожке. На нем были уже знакомая мне черная кожаная куртка и джинсы, но на этот раз с кремовым свитером с воротником поло. В конце дорожки Ломакс повернул направо, спустился под уклон и направился в сторону светофора.

— Это он? — задала я вопрос — не слишком оригинальный, признаюсь.

Алексис мрачно кивнула:

— Т.-Р. Харрис. Я бы везде узнала этого мерзавца. — Она повернула ключ в замке зажигания, и «Пежо», закашляв мотором, ожил.

— Подожди! — резко сказала я. — Куда ты собралась?

— Собралась догнать его, — не менее резко ответила Алексис. — А потом прижать его к стенке. — Она надавила на педаль.

Я нажала на тормоз.

— Нет!

— Да! — взорвалась Алексис— Этот ублюдок разгуливает с нашими пятью тысячами, и я хочу вернуть эти деньги.

—Слушай, остынь, — скомандовала я. Алексис поняла, что я настроена решительно, и подчинилась, лишь изредка, для выпускания пара, продолжая включать и выключать мотор. — Теперь ты знаешь его имя и адрес и можешь в любое время добраться до него. Как и полицейские.

Алексис покачала головой:

— Никакой полиции. Я хочу вернуть деньги, а если этот парень попадет под стражу, я их не получу. Единственное, что мне надо, — это прижать его и вернуть то, что принадлежит нам.

— Если ты его прижмешь, то не вернешь своих денег. Он просто рассмеется тебе в лицо. И даже если ты появишься у него со своими менее приятными подручными, сомневаюсь, чтобы он был из тех, кого можно припугнуть и заставить отдать деньги.

— И что ты предлагаешь? Просто лечь и умереть?

— Нет. Знаю, это звучит несколько радикально, но почему бы тебе не подать на него в суд? Только не приглашай в качестве адвоката Читама, — добавила я, пытаясь ее немного взбодрить.

— Это займет целую вечность, — простонала Алексис.

— Необязательно. Попроси своего адвоката написать письмо с требованием вернуть деньги, а если Ломакс их не выложит, пусть адвокат предъявит ему обвинение по всем правилам. Это будет означать, что Ломаксу придется выплатить деньги в определенный срок, иначе ты заявишь о его банкротстве. А .поскольку его афера незаконна, вряд ли он будет увиливать и ждать, пока ты начнешь судебное разбирательство, — объяснила я.

Алексис вздохнула:

— Ладно, твоя взяла. Но при одном условии.

— Каком?

— Что ты день или два последишь за ним. Я хочу знать его излюбленные места, где он работает, с кем, — на случай, если он вздумает лечь на дно. Естественно, я тебе заплачу. Пусть все будет официально.

Теперь пришла моя очередь вздохнуть.

— Ты выбрала неподходящую неделю. Я по уши завязла в этих исчезнувших оранжереях и ворованных лекарствах.

— Я не начну судебное разбирательство, пока не выясню, где его можно найти, если его вдруг не окажется дома, — уперлась Алексис.

Напряжение последних полутора дней наконец подкосило меня. Сил спорить не было, и я сдалась.

— Ладно, заводи машину. Займусь этим, как только смогу.

Земельный отдел «Биркенхед» находился по адресу Гамильтон-Сквер, здание Старого рынка. Звучит почти романтично, правда? Я представила роскошное каменное здание в георгианском стиле, возможно даже с портиком. Деревянная отделка стен, неслышно проходящие мимо серые согбенные фигуры из книг Диккенса. Как же! Расспросы привели меня к современному семиэтажному строению из красного кирпича, со множеством окон, из которых открывался захватывающий вид на вход в Мерсийский туннель.

Я отыскала на парковке свободное местечко для «Фиесты», взятой напрокат вместо моей разбитой «Новы», и пристроилась к группе женщин, направляющихся в здание. Утром в понедельник они болтали о прошедших выходных и были, очевидно, хорошо знакомы с делами друг друга. Первые две остановились у входа и набрали код. И все женщины вошли внутрь. Одна из них придержала для меня дверь. Тогда я заметила табличку, сообщающую, что вход для посетителей находится в передней части здания. Одна из общеизвестных истин нашего дела гласит; чем строже охраняется здание, тем легче в него попасть. Я поймала дверь и несколько секунд стояла в нерешительности. Было бы очень соблазнительно проникнуть через служебный вход и осмотреться — просто из озорства. Но осторожность победила мою склонность к авантюрам, и я с неохотой позволила двери захлопнуться. У меня было слишком много дел, чтобы потратить весь день, объясняя полицейским, зачем я взломала компьютерную сеть Земельного отдела.

Я прошла к фасаду, который от задней части здания отличали лишь двойные двери. Вошла в унылое фойе с будкой охранника и дверцами лифтов из нержавеющей стали. Ливерпульские охранники вели себя прямо как частные. Имя и цель визита, к кому пришли, где оставили машину, номер машины. Затем они отметили время прибытия и выписали пропуск. Если бы я была настоящим хакером, то нашла бы десяток способов добраться до одного из их терминалов.

Но я вновь подавила свои пиратские инстинкты и прошествовала через холл к справочной. Она напоминала комнату ожидания у стоматолога с разбросанными на низком столике прошлогодними журналами. Обитые тканью стулья были примерно на два порядка лучше жутких оранжевых пластиковых, которые имеются в распоряжении социальных служб. Все выглядело несколько потертым, словно последний раз здесь делали ремонт еще до прихода к власти Тэтчер. Я подошла к высокому столу в углу комнаты. На нем находились только кассовый аппарат, компьютерный монитор и клавиатура. Я изогнула шею и прочитала на черном экране янтарного цвета слова «Добро пожаловать в компьютерную систему Земельного отдела».

Табличка на столе гласила: «Пожалуйста, позвоните». Очевидно, они привезли эту табличку из старого помещения, поскольку она была, похоже, единственной вещью из дерева во всем здании. И уж определенно, единственной с золотыми буквами на ней. Я нажала звонок и приготовилась долго ждать, когда наконец, шаркая ногами, из двери появится ветхий старик в сюртуке.