Димитр Пеев - Джентльмен

– Ты прав, извини, я как раз собирался звонить.

– Значит, уже принесли тебе справку?

– Принесли, сейчас тебе перешлю. И прости за опоздание, мы тут бьемся над одной задачкой. А пока записывай – чувствую, горит там у тебя… Итак, Ангел Асенов Насуфов родился в тысяча девятьсот пятьдесят девятом году в селе Филиповцы, образование среднее незаконченное, под судом и следствием не состоял. Второго марта тысяча девятьсот семьдесят восьмого года задержан за хулиганство четвертым отделением милиции, оказал сопротивление и был направлен сроком на пятнадцать суток на принудительные работы. Место принудительных работ – кирпичная фабрика. Сбежал оттуда, был пойман и снова получил пятнадцать суток.

– Это все? – спросил полковник. – Неужели стали заносить в картотеку мелкие проступки?

– Не обязательно. Просто здесь к карточке пришпилен рапорт капитана Консулова, который тогда дежурил в четвертом отделении.

– Знаю Консулова. Прочитай, пожалуйста.

– «Физически чрезвычайно силен, – читал начальник картотеки, – морально полностью безнравствен, лишен сдерживающих центров. Без определенных занятий. Он со своей компанией отлавливает по дворам собак и кошек. Уличен в сдирании кожи с живых животных, с целью продажи шкурок скорнякам. В преступном мире известен под кличкой „Нанай Маро“, утверждает, что на цыганском жаргоне это означает „нет хлеба“. Потенциальный убийца. Поэтому я снял у него отпечатки пальцев. На всякий случай».

– Классная работа! – воскликнул полковник, переведя взгляд на Шатева. – Надо же, и раньше, оказывается, были среди капитанов умные и предусмотрительные.

– Что-нибудь еще? – спросил голос в селекторе.

– Ты не скажешь, дружище, где теперь подвизается Консулов?

– Не знаю. Не мой кадр… Попробую позвонить в четвертое отделение.

– Ладно, спасибо, это моя забота. – Цветанов отключил селектор и сказал задумчиво: – Да, Консулов… Такие не часто встречаются. Вот кто может нам пособить. А как вам понравился, ребята, Нанай Маро, у которого хлеба нет?

– Как по заказу, – сказал Шатев мрачно. – Лицо Кандиларова – это его работа…

– Фактический материал недвусмысленно наводит на мысль, что этот Ангел и есть убийца, – согласился Бурский.

– Что-то больно много ангелов слетелось, – заметил полковник. – Бангеев с этим его джентльменством, Нанай Маро по имени Ангел…

– Если допустить, что Ангел Насуфов – убийца, – размышлял вслух Бурский, – остаются по крайней мере три вопроса: почему убили Кандиларова, зачем перед этим его похитили и держали полмесяца в изоляции, зачем убийцам необходимо было оттянуть розыск, посылая открытки даже из Стамбула?

– Правильно, – сказал полковник. – Но не пора, ли объявить о смерти Кандиларова и передать тело вдове для похорон?

– Мне кажется, – сказал Шатев, – не менее важно выяснить связь Бангеева с Насуфовым. Ведь скорее всего Кандиларова убили на даче, а не только держали там, как в тюрьме. Я бы предложил продолжить расследование допросом Бангеева.

– Или Насуфова, – уверенно сказал Тодорчев.

– Как и все молодые, ты целеустремлен и прямолинеен, – отметил полковник. – Итак, с сегодняшнего дня Насуфов становится объектом номер один. Договорились?

На первых порах следим за ним спокойно, не особенно приближаясь: такие типы тоже не сидят сложа руки.

– Не знаю насчет рук Нанай Маро, но прежде всего мы сами не должны опускать руки! Надо реагировать на изменившуюся обстановку, – запальчиво возражал Бурский. – Хотя, разумеется, ни о каких допросах Бангеева или Насуфова пока и речи быть не может.

– Посмотрим, понаблюдаем – авось что-то и проклюнется, – спокойно сказал полковник. – До сих пор мы имеем дело только с уликами… А вдруг Бангеев и Насуфов вообще не знакомы?.. Теперь представьте: вызываем мы повесткой Бангеева, человека со связями, с положением в обществе, и заявляем ему в упор: «Ты зачем давал ключи от дачи Нанай Маро»? Тем самым сразу выкладываем ему частные моменты расследования – и как добрались до его дачи, и что в ней обнаружили, и так далее. Значит, надо покуда выждать. Сейчас, на мой взгляд, надо сделать вид, что мы успокоились, выполнив главную задачу: Кандиларова просила найти пропавшего мужа – мы его нашли, хотя и мертвого. Пора сообщить ей, пора… От нас уйдет при этом минимум информации… На кого возложим печальную эту миссию? Капитан Шатев? Вы были у вдовы дважды – тропа, как говорится, протоптана.

– Вижу, вижу, куда дело клонится. А что я ей скажу? Что мы уже давно обнаружили его тело, однако не могли ей раньше его передать? Значит, в прошлый раз, товарищ капитан, скажет Кандиларова, вы врали мне в глаза…

– Допустим, в прошлый раз товарищ капитан мог и не знать ничего, – подсказал Бурский.

– Ладно. Попросить ее в морг на освидетельствование?

– Если она сама потребует этого, – сказал полковник. – Предупреди ее, что именно она увидит… Лучше все-таки передать ей тело в закрытом гробу. А опоздали с горестной вестью – ну, скажи, что сверяли отпечатки… Не мне тебя учить! Немедленно займись Насуфовым. Эта работа – только для тебя. Издали, осторожно, внимательно. – Цветанов сделал пометку в блокноте, посмотрел на майора. – А ты, Траян, вместе с нашим доблестным стажером займись Бангеевым. Без личных встреч и задушевных разговоров.

Поскольку его наконец вспомнили, Тодорчев набрался храбрости и попросил разрешения задать вопрос. Полковник кивнул.

– На мой взгляд, не уделили мы должного внимания комнатенке, где происходили какие-то таинственные события. Почему там прятали Кандиларова?

– Если его там прятали, – сказал Шатев.

– Там, там! Иначе почему нет его следов в спальне на втором этаже?

– Да, держали его в подвале, – согласился Бурский.

– И как умудрились утопить на даче, где нет ни ванны, ни корытца какого-нибудь?

– Зато есть ведро… красное, пластмассовое – вспомни, оно на кухне стоит.

– В ведре?!

– А почему нет? Можем провести следственный эксперимент, – засмеялся Бурский.

– Вот вам и тема для размышлений, – заключил полковник. – Пошевелите-ка мозгами, сыщики. На следующей встрече жду ответа.

Втроем они вернулись к себе в отдел. Стажер по заведенному обычаю принялся готовить кофе. Темпераментный Шатев, видя, что майор не в настроении, начал разыгрывать Тодорчева. Тот молчал, но чувствовалось, что не долго будет терпеть насмешки.

– Эй, Петко-воевода, да знаешь, как тебе повезло? Попасть под крылышко таких асов сыскного дела?

– Да, у нас весь курс знает товарища Бурского, – ответил стажер.

– Вот даже как? – Капитан засмеялся. – Но я не о личностях говорю, пусть даже и выдающихся. Я о выдающемся уголовном деле, требующем соответственно выдающегося интеллекта.