Алексей Рыбин - Трофейщик

— Много-то много, да мелкие мне не нужны. Тот, что приходил, не мелкий. Если с ним разобраться, другие не сунутся. Антон! — крикнул он. — Ты жив?

— Все нормально, Виталий Всеволодович. — Он стоял в дверях, потирая руки. — Кофе хотите?

— Мне — с лимоном, — сказал Звягин.

— Вот, Игнат, такие дела. Домой попасть нужно обязательно, а как — не знаю. Может, и не ждут меня там, а может, и ждут.

— Так проверить нужно. Давай я проверю. Съездим вместе, я поднимусь, а ты, скажем, из автомата позвонишь.

— Ну нет, Игнат. Ты здесь ни при чем, зачем я буду тебя подставлять. Я с ними сам должен разобраться. Столько дров наломал, ты, Игнат, даже себе не представляешь… Ты, если сможешь и время у тебя есть, проследи за Катей, чтобы с ней ничего не случилось. А то я пропал так неожиданно — мало ли что она подумает. А вдруг эти гады и на нее уже вышли, это же любимая тема, как в кино, — девушку в заложники… Помоги, а, Игнат?

— Леха, о чем ты говоришь! Знаешь что? Давай я ее сюда заберу. Меня-то они точно не знают. Леха, да ты что, — он хлопнул Алексея по плечу, — ты что, ревновать, что ли, надумал? Чего погрустнел-то? Не сходи с ума. Все будет чинно-благородно. Ты мне веришь?

— Да, конечно, Игнат, конечно. Давай забирай ее от греха подальше.

— Ну, тогда тронулись, Леха. Времени терять нельзя. Ты поел? — Игнат кивнул на кухонный стол, уставленный открытыми консервными банками с паштетом, сардинами и тушенкой.

— Да не хочется, Игнат. Аппетита нет. Поехали.

— Подожди. — Игнат отрезал здоровенный ломоть хлеба, намазал маслом, навалил сверху мясного паштета и протянул Алексею. — Давай быстро ешь. Нам предстоят великие дела!

— Спасибо. — Алексей запихнул в рот огромный бутерброд почти целиком, спеша закончить с трапезой побыстрее и начать действовать.

— Как ты думаешь домой попасть? — спросил Игнат, когда они вышли на улицу.

— Ничего пока не думаю. Приеду, осмотрюсь, а там как Бог даст.

— В Бога веришь? — серьезно спросил Игнат, скосив глаза на Алексея.

— Нет, Игнат, не верю.

— Вот и я не верю.

Когда Алексей вышел из метро «Купчино», на улице было уже совсем темно. «Это и к лучшему», — подумал он. Планов никаких по дороге так и не родилось, хотя Алексей и надеялся на это — обычно он быстро принимал решения, интуиция подсказывала ему нужные ходы, которые в большинстве своем оказывались верными.

Но сейчас он не знал, что будет делать, и шел по пустынным темным широким улицам Купчина — в очередной раз он порадовался, что живет здесь, а не в тесных лабиринтах центра. В Купчине же видно далеко, и от углов зданий можно держаться на приличном расстоянии — хоть немного можно себя обезопасить от нежелательных и неожиданных встреч.

Перед его домом простиралась большая травяная площадка — вернее сказать, маленькое незастроенное поле, — метров сто разделяло здесь девятиэтажные, стоящие параллельно дома. Сто метров зеленой подстриженной травы, исчерченной тропинками, образовавшимися стихийно — одна направлялась по диагонали прямоугольного газона, две другие, дугообразные, соединяли корпуса, тем самым экономя гражданам время. Алексей вышел к своему дому с дальней стороны зеленого прямоугольника и, сбавив шаг, быстро осмотрел пространство перед подъездом. На дорожке, идущей вдоль дома, стояло несколько машин, все они были Алексею знакомы уже много лет: соседский «Москвич», две «девятки», «Запорожец» тетки из соседней парадной. Людей видно не было, и ничего подозрительного он не заметил, но что-то внутри говорило ему: «Не ходи туда, не ходи, не ходи…»

Он постоял на месте, выкурил сигарету — никто не проходил мимо его подъезда, свет в окнах не горел. «Ну, это-то понятно. Если они там, то не дураки же светиться на весь двор…» Он медленно пошел к дому, обходя газон. По-прежнему вокруг все было тихо, но появилась уверенность, что через несколько секунд он увидит своих врагов. Откуда она взялась, непонятно — ничто вокруг не предвещало, казалось бы, неожиданной встречи, неоткуда было взяться этим бандитам. Однако взялись.

Почувствовав на левом плече чью-то руку, он успел подумать: «Умеют маскироваться, гады. Да, не один я такой умный». Не поворачиваясь, он правой рукой схватил кисть, лежавшую на его плече — «Какая здоровенная…», — крепко сжал и только тогда резко крутанулся влево, подняв локоть и одновременно падая на колени. По идее он должен был сломать нападавшему руку в локтевом суставе, но тот оказался словно выкованным из железа. Алексей наткнулся на его предплечье, поняв сразу, что эту металлическую балку таким способом ему не переломить. Но все же он свалил нападавшего с ног, потянув его за собой вниз. Огромная туша повалилась на асфальт, не издав не единого звука.

Алексей выпустил массивную тяжелую кисть и сделал кувырок назад, вставая на ноги. Нападавший тоже уже успел подняться и шел на Алексея как-то растерянно — видимо, не ожидал такого отпора. «Эх, Братец, была не была». — Алексей быстро шагнул вперед, занося руку для широкого, размашистого удара, но, не закончив движения, мыском сапога врезал по подъему ноги идущего на него великана. Тот охнул и дернулся, словно от удара током. «Попал», — удовлетворенно отметил Алексей. Голова была холодной и чистой, как на занятиях каратэ — он не видел ничего, кроме глаз противника. Смотреть нужно всегда в глаза. Все это он обдумывал меньше секунды, не опустив еще на асфальт ногу. Решения приходили быстро. Он, так и не коснувшись ботинком асфальта, нанес еще один удар — в солнечное сплетение, — великан снова пропустил его и как-то сжался, стал ниже ростом. И еще удар, той же ногой — в пах. Великан падал — только кряхтел, и в глазах его не было ни боли, ни удивления и уж совсем не было страха.

И вдруг Алексей понял, что сил у него не хватит свалить этого борова, что тот, принимая все его удары как должное, подождет, пока он выдохнется, а потом возьмет за шкирку и придушит одной рукой. Вспомнился любимый писатель Эдичка Лимонов — Алексей, как в одном из рассказов Эдички, сцепил кисти рук в замок и снизу вверх изо всей силы нанес удар великану под левое ухо. Того качнуло в сторону, и тут, продолжая смотреть на Алексея, великан улыбнулся. Страшно как-то улыбнулся, запредельно. Алексей еще прокручивал с космической скоростью варианты нападения, как вдруг мир зазвенел громыхающим телефонным вибрирующим звоном и улыбающийся великан поехал куда-то вверх. Алексей попытался было задрать голову, чтобы проследить за его исчезновением в темных небесах, но широко открытые его глаза видели только сплошной черный фон, в котором исчез и великан, и дома вокруг, и газон…

— Слушай, а умеет драться наш трофейщик, — обратился к продолжавшему улыбаться Железному Звягин. — Как считаешь?