Сергей Коротков - Истребитель

– Можно! О самостреле, например, – Агеич нехорошо прищурился, сверля глазами-буравчиками парня насквозь, – пострелял?

– Конечно! Очень хороший арбалетик! Мне понравился его бой, дальность, лёгкость. Удобен. Стрелу только потерял!

– Да неужели?! – покачал головой Агеич.

– Да вот! Упала в озеро. Извини!

– Да что ты, Никит, не переживай! Я тебе новую сделаю. Лучше прежней летать будет! Надо?

– Хитрый ты, Агеич! – улыбнулся парень, откусывая конфету. – А ещё умный!

– Ты мне льстишь!

– Нисколько. Что есть, то есть! Тебе б разведчиком… ах, да-а, я забыл, что ты там и служил!

Напряжённую ситуацию перед видимым продолжением темы прервал спасительный звонок в дверь.

– Это ещё кто?

– Лидочка! Медсестра ко мне приходит. Она на «скорой» работает и взялась за меня. Ухаживает теперь. Иди, открой ей.

– Ничего себе! – воскликнул Никита, поднимаясь с кресла и неторопливо направляясь к выходу.

– Кстати, симпатичная особа! Девчушка – что надо!

– Да-а-а!

Никита уже мысленно был с Лидочкой, делал её в разных нестандартных оригинальных изощрённых позах, с цветами навещал в «дежурной» медсанчасти и смешил, веселил эту молоденькую «докторшу». Но, как сказал ёжик, слезая с кактуса в известный притче: «Жизнь полна разочарований!», так и получилось.

На пороге стояла далеко не привлекательная, больше того – страшноватая девица плотного телосложения, с пухлыми, покрытыми оспинами щеками, сутулая и с ногами «кавалеристки». Короче, всё, что душе не угодно!

Никита заметно сморщился, буркнул что-то вроде: «Проходите!» и заглянул в комнату Агеича. Тот трясся в беззвучном приступе хохота, закрыв глаза ладонями и вытирая слёзы. Смеялся долго и от души, пока не приступила к своим обязанностям «симпатичная особа»…

…День выборов в президенты показался молодым Топорковым длинным, но торжественно весёлым, лёгким, и запомнился некоторыми интересными моментами.

С утра хорошенько выспались, хоть Никита и шутил, что пойдёт в четыре часа спозаранок занимать очередь к урне. Шестнадцатое число июня было объявлено днём отдыха и бесплатного проезда в городском транспорте, поэтому супруги выспались и, сделав по настоянию главы семьи зарядку вдвоём, позавтракали в приятной обстановке праздничного настроения. Тёща с тестем ушли голосовать, и только после этого Никита накинулся на любимую женщину. Прямо на кухне, используя табуретку, стол и крепкие руки.

Дальше, взявшись как влюблённые отроки, за руки, они потопали на улицу, продолжая подтрунивать друг над другом. Тане нужно было идти на избирательный участок по своему месту жительства, а Никите – на его, находящийся в ДТ «Юный техник», в районе места жительства родителей.

Поэтапно, преспокойно, они добрались до конечного пункта выборной компании.

В отличие от жены, Топорков Никита проголосовал за того, за кого хотел. Пусть будет этот! Так он и сказал, опуская свой «голос» в красную щель контейнера.

А жена, как окажется впоследствии, выбирала человека, вставшего после 16 июня 1996 года у руля всей Службы Безопасности России, носящего фамилию благородной птицы. Тогда Никита ещё не знал, как тесно впоследствии будет связан с ним.

Днём молодые пошли в городской парк, смотрели концерт и выступление эстрадного певца, известного под исковеркавшей его имя кличкой «Жома Руков». Этого москвича, от которого когда-то тащились все девчонки, Никита и Татьяна терпеть не могли, а посмотреть на него пришлось: бесплатно по знакомству их пропустила охрана стадиона, где когда-то томился сам Топорков.

Посмеялись, поморщились. На выходе купили эскимо, затем в ход пошли «Баунти», орехи арахис, семечки. Прибыли к друзьям. А там ка-а-к оторвались, опустошив несколько бутылок с импортными красочными наклейками-этикетками.

Затем на улице, провожая знакомых, напоролись на компанию подвыпивших студентов. Не обошлось!

Бились, будто за продление жизни. Никита, Вадим и Эдик мутузили пятикурсников ШГУ, а девочки визжали, когда кому-нибудь из их парней доставалось. А такое тоже было!

И всё равно, загасив шестерых земляков и оставив их корчиться на асфальте возле магазина с идиотским названием «Лимфа», друзья свалили, сделали ноги, успев до приезда наряда ППС.

Дома зализывали раны. В буквальном смысле слова.

– Ты знаешь, милая моя девочка, что слюна кошечек очень хорошо лечит раны?! – пробурчал опухшими губами так и не отрезвевший Никита, обняв жену за талию.

– Правда что ли?! – таким же тоном вторила она.

Поцеловались, насколько позволяли побитые части тела и туман в голове, а затем Таня начала касаться язычком ссадин и шишек на единственном дорогом мужчине. Целовала, лизала их влажным горячим красным лепестком, шептала ласковые слова и гладила маленькими ладошками кожу Никиты.

Всё завершилось крепким сном. На таком варианте согласились оба, развалившись на диване, как дрова на дворе.

Часом позже завершились выборы в стране.

До следующего тура голосования! Но об этом пока никто не знал. Страна спала в ожидании вестей, чуда, чего-то прекрасного или даже пускай обыденного.

И они спали. Чтобы завтра снова встать и существовать.

Семнадцатого, после обеда, немного припудрив Таниной косметикой себе личико после вчерашних развлечений, Никита отправился на хату разоблачённых эфэсбэшников.

Одев лёгкий батник, новые белоснежные штаны, широкие и спортивные, как у сургутских «бойцов-молодогвардейцев», смоляные туфли и взяв пакет для продуктов, парень мерил кварталы родного города. На рынке возле гастронома купил апельсины, помидоры, двухлитровую «Пепси» и ворох зелёного лука, под которым удачно и незаметно примостился ТТ. От лишних любопытных глаз.

Если б не вчерашняя драка, Никита сегодня мог бы заняться трудоустройством, но планы чуть изменились.

Он с улыбкой вспомнил эпизод вечерней разборки, и от припухлого рта и деформированной брови лицо его приобрело статус разбойника. И, вообще, зачем он сегодня попёрся на улицу пугать прохожих и вызывать подозрения у встречных ментов? Хотя бы пистолет не надо было брать с собой!

И всё бы ничего, но надо же в такую минуту встретиться нос к носу с контролёром автобуса, следовавшего до Воровского. О, этих уродов Топорков просто не переваривал! Дотошные, вездесущие в самые неподходящие моменты, упрямые, наглые, грубые. Да что там говорить – все знакомы с этой системой!

– Ваш билетик, молодой человек!

Никита откровенно посмотрел подбитым глазом на очкастую, усыпанную родинками и веснушками, пожилую контролёршу.

– Какие билетики?

– Ты что, совсем идиот? О, разукрасили! Наверное, алкаш какой-нибудь?! – скривилась женщина, перекидывая сумочку через предплечье и выпячивая здоровенный бюст с карточкой городской службы автоконтроля.