Игорь Атаманенко - Гроссмейстеры афёр

Деньги должны быть переведены в «Osterreichbank» не позднее трёх дней после заключения сделки.

Счет в банке: 1949/0519. Заверять сделку надо только у Бору ха Менакера, его контора находится по адресу: Будапестенштрассе, 16 и работает круглосуточно. Да, кстати, комиссионные Боруху, как бы он ни настаивал, не давай, я расплачусь с ним сам.

Думаю, проблем при реализации паспортов и всего остального у тебя не возникнет, ибо сегодня в клубах собирается в основном народ молодой и денежный — за рубеж на постоянное жительство с пустыми карманами не выезжают.

Надеюсь, ты понимаешь, почему я не могу заняться распродажей земли и документов княжества — меня в клубах хорошо знают.

Удачи тебе и до встречи.

Твой Густав»

— Вот и первое задание! — закончив читать послание, произнес Герцог, который всегда отличался обостренным коммерческим обонянием. — Думаю, что реализацией документов несуществующего княжества Густав решил проверить мои коммерческие способности. Ну что ж, «Граф Калиостро», я ведь тоже не носом воду пью… Посмотрим, что из этой вашей затеи выйдет. Сегодня, ребята, полный отдых, а завтра приступим, не возражаете?

— Папа, город хотелось бы осмотреть…

— Доченька, романтику оставим на потом, сначала — дела!

Герцог всегда считал, что настоящий аристократизм заключается не в том, что человек ходит в шелковых чулках и ест с золотых блюд. Отнюдь! Аристократизм, по его мнению, определяется только тем, насколько легко, уважительно и с достоинством человек может общаться с другим человеком — будь он дворник или император. Не мудрено, что применив эту, проверенную временем тактику, он с первого же захода в еврейские клубы стал там своим человеком. Более того, «Генеральный консул» княжества «SUNLAND» был просто нарасхват — при его появлении в зале ему призывно махали руками сразу с нескольких столов.

Основную ставку Герцог сделал на молодых «новых русских» еврейского происхождения, с которыми общался либо на идише, либо по-русски, но обязательно коверкая слова на иностранный манер. Впрочем, это не мешало ему быстро достигать поставленной цели. Приобрести гражданство карликового государства изъявили желание более тридцати человек. О дипломатических паспортах и водительских правах и говорить нечего — они уходили потоком. Сложнее было с продажей земли и университетских дипломов. Если за неделю ежедневных визитов в клубы Юлию удалось продать около пятидесяти паспортов и столько же водительских прав, то с княжескими угодьями всё обстояло много сложнее — нашлось только двое желающих стать землевладельцами в районе Индийского океана…

Герцог ликовал: идея Густава поистине оказалась рецептом процветания. Воплотив её в жизнь, Юлий Львович за неделю заработал очень серьёзные деньги — около миллиона долларов!

Герцог не переставал повторять излюбленную фразу: «Дела идут неплохо, когда в стране есть лохи!»

Юлий Львович уже было собрался взять тайм-аут, как вдруг в одном из клубов на него свалилась божья благодать в лице чиновника московского правительства, некоего Драбкина Аркадия Семёновича, генерального директора государственного унитарного предприятия «Мосбизнесконтракт».

Буквально через десять минут, прошедших с момента знакомства, Драбкин вынул из кейса пару официальных бланков с гербом столицы. На одном из них «паркером» с золотым пером он начертал слёзное обращение к властителю княжества «SUNLAND» инвестировать миллион долларов в реставрационные работы московских административных зданий.

На другом бланке пройдоха-чиновник оформил официальное приглашение «Генеральному консулу» посетить Москву в любое удобное для него время.

— Если, господин Генеральный консул, вы соизволите пожаловать к нам зимой — охота на медведей, катание на легендарной русской «тройке», а также стерляжья уха, блины с черной и красной икрой вам гарантированы, поверьте на слово. Я ведь ни какой-то там биндюжник, я — член правительства Москвы!

Сунув полученные бумаги в кейс, Юлий про себя поблагодарил Господа Бога, что свёл его с таким недотёпой, который через десять минут знакомства невесть кому вручает официальные бланки правительства Москвы, да ещё и скреплённые собственной подписью. Вслух же Герцог сказал совсем другое:

— Мой господин, надеюсь вы не будете иметь ничего против, если вместо себя я пришлю в столицу моего заместителя… Не исключено также, что и сам властитель княжества не преминёт воспользоваться предоставленным вами приглашением и посетит ваш город (разумеется, имелся в виду Густав).

Драбкин не возражал — главным для него было получение инвестиций для благоустройства Москвы, а кто уж там приедет — это дело второстепенное.

Юлий Львович был на седьмом небе от счастья — он бесплатно заполучил поистине бесценный дар для облапошивания скептически настроенных покупателей дипломатических паспортов, водительских прав и т. д. «Случайно» показав потенциальному клиенту оба документа, можно было развеять любые сомнения самого закоренелого скептика как в платёжеспособности «SUNLAND» . так и в самом его существовании!

Если первый документ являл собой свидетельство кредитоспособности княжества, то второй указывал, в каком тесном контакте работает «SUNLAND» с правительством такого монстра-мегаполиса, каким являлась Москва! Гип-гип, ура!

Драбкин оказался парнем с коммерческими наклонностями и в обмен на приглашение погостить в России тут же попросил устроить ему гражданство и дипломатический паспорт княжества за полцены. Поторговавшись, сошлись на двадцатипроцентной скидке. Договоренности «вспрыснули» самым дорогим шампанским «Дом Периньон». Расстались друзьями.

…Деятельность по распродаже «официальных» документов княжества пришлось срочно свернуть после того, как один дотошный выходец из Одессы решил нанести визит «Генеральному консулу» в его офисе на Карлсбергштрассе, 8. Цель визита была деловой — заключение сделки по приобретению нескольких акров земли на территории «SUNLAND».

Ни Герцога, то есть «Генерального консула» княжества, ни его очаровательной секретарши визитёр на месте, разумеется, не застал. Но не этот факт зародил в посетителе подозрение, что он пал жертвой мошенников. Отсутствие охраны, грязь на полу и годичная пыль на подоконниках, спартанское убранство консульства: компьютер с разбитым экраном, пара колченогих письменных столов, три таких же стула, и всё это в одной обшарпанной и загаженной комнатёнке, которая имела жалкий, растрёпанный вид гимназистки, которую изнасиловал взвод пьяных матросов — вот что заставило экс-одессита забить тревогу.