Леонид Влодавец - Оторва с пистолетом

Вот после этого и произошло «бодание теленка с дубом», где в роли «телка» выступила «Лавровка», а в роли «дуба» — «Куропатка». Московская «крыша» «Куропатки» организовала лавинообразный налет правоохранителей на «лавровцев» и похватала всех, кого смогла, включая Филю Рыжего. Правда, у последнего был шанс отмазаться, но сумму, приготовленную на этот случай, у Фили сперли его же собственные братки, оставшиеся на свободе. Конечно, генерал-майор Теплов опасался, что угодивший за решетку Филя даст слишком обширные показания, и закрытое дело по статье 1733 УК РСФСР достанут на свет божий и перешьют на 2903 УК РФ. Но волновался он зря, потому что в СИЗО, как уже упоминалось, с Филей Рыжим случился инсульт и он скончался от кровоизлияния в мозг. Правда, народ подозревал, что такой же «инсульт» можно организовать, если хорошо дать клиенту по голове резиновой дубинкой, но никто не стал требовать независимой медицинской экспертизы.

Именно поэтому, кстати, Лавровку не извели под корень. Никакого громкого процесса над ОПГ, как единой конторой, проводить не стали, а раздробили дело на несколько мелких производств. Там убили, там избили, там машину угнали — вроде бы ребята сами по себе духарились и никаких сверхзадач не ставили. Несколько подобных дел вообще под бытовуху подогнали, и сам потерпевший на суде начинал говорить, что менты чуть ли не под дулом пистолета заставляли его писать заявление о том, что его избили «лавровцы» с целью вымогательства денег. А на самом деле, дескать, просто подошли какие-то пьяные, спросили закурить…

Как ни удивительно, немаловажную роль в спасении «Лавровки» сыграла «Куропатка» и лично Сенсей. Он повел себя как благородный пират, который, победив в жарком бою и пустив ко дну неприятельское судно, дает команду спустить шлюпки и спасать побежденных врагов. Хотя, конечно, он преследовал цели куда более прагматические.

Сенсей, конечно, понимал, что поселок Лавровка, в котором треть населения безработные или нежелающие работать, где половина несовершеннолетних состоит на учете в милиции, а половина взрослых мужчин и четверть женщин имеет судимости, рано или поздно опять выдвинет из своей среды какого-нибудь Филю или Васю. Снова начнутся разборки, опять подсуетятся правоохранители и начнут изображать борьбу с преступностью — то есть сажать тех, кто приносит меньший доход, и покрывать тех, кто платит больше. Ну и, конечно, немалую роль сыграет в этом сила московских «крыш». В прошлый раз Сенсею повезло, но кто знает, повезет ли в следующий?

Поэтому господин Сенин, благо был человеком хорошо информированным, знал, кто есть who в Лавровке, в том смысле, кто уперт и зациклен на самостийности, а кому она по фигу — лишь бы бабки капали. Шибко упертых он отмазывать не собирался — пусть на лесоповал едут, а вот покладистым готов был помочь. Одним из таких покладистых оказался Тема Драч, он же Артем Драчев по паспорту.

Драч, после того как «куропаточники» успешно отмазали его от роли организатора по трем убийствам, направив следствие в нужном направлении, которое позволило все свалить на покойного Филю, ощутил себя в неоплатном долгу. Поскольку в связи с особой гуманностью российского правосудия должен был сесть на пожизненное и не мог рассчитывать на то, что президент его помилует как заслуженного американского шпиона. Хотя бы потому, что шпионажем Тема никогда не занимался.

Буквально в день выхода Драча из СИЗО его навестил Сенсей и дружески побеседовал. Альтернатива была хорошо понятная и простая: или Драч берется за формирование в Лавровке новой команды, которая будет вась-вась с «Куропаткой», или в самое ближайшее время уголовное дело будет возобновлено по «вновь открывшимся обстоятельствам». Особо пикантным со стороны Сенсея явилось упоминание о том, что у одного из тех жмуриков, которых Драч «организовал», объявился дальний родственник, грузинский вор в законе Гоча Хачапуридзе, который сидит где-то на строгом режиме. И вроде бы этот генацвале через своих ребят на воле добивается возобновления дела. Причем почему-то жаждет, чтоб Драчу дали не пожизненное, а какую-нибудь пятнашку строгого. Возможно, ему очень хочется повидаться с Драчом на зоне…

Драч все понял правильно, и «Лавровка» стала неким автономным филиалом «Куропатки». Ясно, что среди тех, кого по его рекомендации «отмазали», не было ни одного упертого сторонника Фили. Эта группа и составила ядро обновленной конторы. С теми, кто не садился и не убегал шибко далеко, Драч наладил контакты и провел разъяснительную работу. Большинство систему одобрило и поддержало, хотя было несколько случаев, когда пришлось напоминать о бренности всего живого. Двое вообще категорически заявили, что не хотят вставать под «куропаточников», и стали жертвами несчастных случаев.

Конечно, Сенсей не являлся излишне доверчивым и совершенно откровенно предупредил, что будет внимательно следить за тем, как ведет себя обновленная «Лавровка». Прежде всего, разумеется, за ее финансовым положением. После этого он познакомил Драча с Лиисой Карловной Чернобуровой и объявил, что эта симпатичная дама (вопреки своей фамилии, натуральная блондинка) должна стать заместителем главного бухгалтера будущего ТОО «Фристайл». «Фристайл», естественно, должен был стать отмазной фирмушкой «Лавровки», такой же, как АО «Куропатка». Сенсей без обиняков предупредил, что Лииса Карловна будет исполнять при Драче обязанности не то комиссара, не то резидента. То есть информировать Сенсея и его «экономических консультантов» о том, где, как и на чем «Лавровка» делает деньги. Десять процентов всей нелегальной прибыли «Фристайл» должен был отстегивать «Куропатке». Ясно, что без каких-либо переводов со счета на счет — черным налом. Опять же, Сенсей посоветовал Драчу не пытаться что-либо укрыть от «Лисы-Чернобурочки» и уж тем более — беречь эту нежную дамочку от всяких напастей и несчастных случаев. «Если что не так, — заметил Сенсей в рабочем порядке, — помыль жопу и готовься к встрече с Хачапуридзе. Или сам застрелись — это тоже выход».

В принципе, учитывая, что Сенсей являлся хозяином положения, он мог бы и три четверти в отстежку потребовать, а потому, попросив только десять процентов, стал выглядеть в глазах Драча сущим бессребреником.

Кроме того, оказалось, что Лииса Карловна — дама не просто приятная, а приятная во всех отношениях. И к тому же разведеная, то есть свободная от всяких лишних хлопот. Неизвестно, имела ли она на этот счет специальные указания от Сенсея или это была ее личная инициатива, но только между ней и Драчом довольно быстро закрутился роман. Драч, вестимо, хорошо понимал: все сказанное в постели будет доходить в «Куропатку» и надеялся, что это лучший способ уверить Сенсея в своей лояльности. А насчет того, чтоб попытаться использовать свой роман с Чернобуровой в иных чисто практических целях, он, судя по всему, и не думал…