Элмор Леонард - Под прицелом

Он мог забраться в дом, Леон Вуди мог забраться в дом. И другие ребята могли забираться в дома – почти все дураки или совсем обкуренные, – только это не означает, что и она тоже может. Это совсем другое, не то, что бросить камень и убежать; это не игра, это по-настоящему. Может быть, ей удастся проделать это, не дергаясь в ожидании, но откуда ей знать, пока не проделает, не поймет, на что это похоже? Вот что его занимало. Если все так легко, зачем он ей нужен? Как какой-нибудь инструмент, позаимствованный для грязной работы. Как будто она сама может сделать, да не хочет трудиться, грыжу зарабатывать.

– Если ты собираешься влезть в дом, – проговорил Райан, – то как бы ты это проделала?

Нэнси минуту подумала.

– Сначала попробовала бы войти в дверь.

– А если кто-нибудь дома?

– Ох, я думала, ты про охотничий домик.

– Про любой дом, в который ты хочешь залезть.

– Наверное, все равно сначала попробовала бы в дверь. – Нэнси чуть улыбнулась. – Только очень тихо.

– А если она заперта?

– Тогда в окно.

– А если и окна закрыты?

– Не знаю. Наверное, разбила бы.

– Знаешь, как это делается?

– Эй, да летом ведь это нетрудно, – заявила Нэнси. – Можно просто проделать дыру в жалюзи.

– Если створки открыты. Она выпрямилась.

– Давай влезем к кому-нибудь в дом.

– Зачем? Смысла нет.

– Для забавы.

Леон Вуди спросил: "Что-то вроде игры, старик?" А он ему ответил, когда они ехали в фургоне компании по чистке ковров: "Ну да, вроде".

– Ты когда-нибудь делала это? – поинтересовался Райан.

Нэнси покачала головой:

– По-настоящему нет.

– Что ты имеешь в виду, говоря "по-настоящему"? Либо делала, либо нет.

– Я обыскивала чужие дома, когда никого не было.

– Считаешь это забавным.

– Угу, а ты нет?

Леон Вуди спросил: "Знаешь, что будет, если проиграешь?" А он сказал ему: "Таково условие игры. Риск".

– Откуда ты знаешь, что у тебя хватит духа? – задал Райан новый вопрос.

– Да ладно тебе! – Нэнси потянулась к столу под зонтом за сигаретами. – Что тут такого трудного – залезть в дом?

Вот так вот. Райан ждал. Наблюдал, как она прикуривает сигарету, выпускает дым, гасит спичку. Ждал, пока она на него взглянет, и тогда сказал:

– Хочешь попробовать?

– Сегодня никаких камней, – предупредил Райан. – Ладно?

– Никаких, – подтвердила Нэнси. – По-моему, если свет нигде не горит, никого нет дома. Уже совсем темно, а ложиться спать слишком рано.

– Может, хозяева на веранде.

– Может быть, – согласилась она. – Конечно, и там, где горит свет, тоже может никого не оказаться. Я всегда оставляю включенный свет.

– Думаю, так очень многие делают.

– Поэтому надо подойти поближе и посмотреть.

Она была спокойна. Райан чувствовал это. Он не мог вообразить ее обеспокоенной. Но все равно остается вероятность, что она притворяется. Пока это одни разговоры – еще неизвестно, как она поведет себя, когда придется действовать.

– Какой дом? – спросил Райан.

– По-моему, вон тот, темный.

– Пошли.

Он запомнит, что произнес это слово. Ей не понадобилось его уговаривать или подталкивать. Она спокойно стояла, разглядывая его. А когда он сказал: "Пошли", улыбнулась – это он тоже должен запомнить – и последовала за ним по берегу в темноту среди окружающих дом деревьев. Потом они вышли из рощи, обогнули газон перед домом, поднялись по лестнице на веранду, где не было света. Приступив теперь к делу, бросив валять дурака, Райан надеялся чуточку ее встряхнуть.

Он позвонил в дверь.

– Что скажешь, если кто-нибудь выйдет? – Голос ее был спокойным, она не шептала, говорила громко.

– Спрошу, не подскажут ли, где живут Моррисоны.

– А вдруг это их фамилия?

Он опять позвонил, обождал, дав хозяевам время спуститься, если они наверху в спальне, выждал еще момент, чтобы отпали все сомнения, потом открыл жалюзи и попробовал отворить дверь. Ручка повернулась.

– Я же тебе говорила, что это нетрудно, – заявила Нэнси. И направилась вперед него в дом.

– Подожди, пока я посмотрю.

Он вошел, пробрался в темноте в заднюю часть дома, к кухне, выглянул там в окно, заметил в гараже зад машины. И вернулся назад.

Нэнси, усевшись на перилах веранды, покуривала. Он забрал у нее сигарету, хотел выбросить, но увидел, какой взгляд она на него бросила, затянулся и отдал ей сигарету.

– Ну?

– Они неподалеку. Скоро вернутся.

– Откуда ты знаешь?

– Просто знаю, и все.

Она пожала плечами и встала. Он заметил этот жест и, кажется, легкую улыбку, хотя в темноте не мог быть точно уверен. Она спустилась за ним по ступенькам, и они направились к берегу через лужайку.

– Раз машина тут, – пояснил Райан, – они недалеко.

– Я вот что думаю, Джеки. Если влезть, точно зная, что никого нет дома, чего тут забавного?

Райан вытаращил на нее глаза и словно услышал голос Леона Вуди: "Надо лезть, когда никого нет дома, когда ты точно знаешь и имеешь письменное подтверждение, что никого нет дома".

Он все таращился на нее, пока она не собралась сказать что-то, тогда он ее опередил, позвав: "Пошли!" Они вновь повернули от берега к деревьям, к ближайшему дому, где горели огни, побежали, пригнувшись, точно так же, как в прошлый раз с камнями, прячась в деревьях, в кустах и в глубоких тенях. Наконец, добрались до дома, потянулись к окнам, заглянули внутрь.

– В карты играют, – сообщил Райан.

– В джин [16]. Она только что сбросила, и он бесится.

– Пошли!

Смотреть было нечего. И не будет, Райан точно это знал. Когда чего-то ждешь, ничего не бывает. Например, нанимаешься чистить ковры, ждешь, что бабы начнут разгуливать по дому безо всего, и ничего не видишь.

Они пошли вдоль берега от одного дома к другому. Видели людей, которые играли в джин, читали, смотрели телевизор, ужинали, выпивали, беседовали и опять выпивали.

– Может, застанем кого-то в постели? – предположила Нэнси.

– Если лягут в постель, выключат свет.

– Вовсе не обязательно.

– А тебе бы понравилось, если бы за тобой подглядывали?

– Никогда об этом не думала, – призналась Нэнси.

Они видели людей, которые играли в бридж или просто сидели без дела. Видели женщину, которая в одиночестве читала. Нэнси ткнула пальцем в жалюзи, женщина вздрогнула и пристально посматривала на окно, боясь пошевелиться.

Когда они вновь вошли в рощу, Райан сказал:

– Это было забавно. Может, наткнемся на какую-нибудь старушку со слабым сердцем?

Он не узнал коричневый дом, когда они к нему подошли. Если бы подошли с берега, то узнал бы, даже в темноте. Райан знал, что дом стоит где-то тут, но не старался его отыскать, а в тот момент, когда они прошли через двор, приблизились к веранде и оказались чересчур близко к нему, не узнал.