Роберт Ладлэм - Ультиматум Борна

— Там! — крикнул Сергей, словно в ответ на безмолвный вопрос Джейсона.

— Где?!

— За теми дверями!

Там было помещение кухни. Джейсон и Сергей подскочили к крутящимся дверям. Они уже собирались ворваться внутрь, когда их отбросило назад взрывной волной: в помещении кухни взорвалась граната, в двери вонзились осколки металла и стекла. В зал ресторана клубами повалил тошнотворный дым.

Тишина...

Джейсон и Сергей вновь бросились к дверям в кухню; их остановил новый взрыв, вслед за которым раздались автоматные очереди: пули насквозь прошивали тонкие решетчатые створки крутящихся дверей.

Тишина...

Чуть-чуть подождали.

Тишина...

Это уже было чересчур для нетерпеливого, разъяренного Хамелеона. Он перевел затвор автомата на стрельбу очередями, толкнул вертушку в дверях и, оказавшись внутри, бросился на пол.

Тишина...

Помещение кухни являло собой еще одну картину кромешного ада. Внешняя стена была разворочена взрывом, толстяк хозяин и шеф-повар были мертвы: они лежали привалившись к нижним полкам стеллажей с кухонной посудой; все вокруг было забрызгано кровью.

Борн медленно, с заметным усилием поднялся на ноги, нервы его были напряжены до предела, это была грань, за которой начинается истерика. Как в трансе смотрел он вокруг себя, пока взгляд его не выхватил из царившего везде сумбура клочок коричневой оберточной бумаги, пришпиленный к стене огромным ножом для разделки мяса. Он подошел ближе и прочитал слова, нацарапанные карандашом мясника: «Твое убежище в „Танненбауме“ сгорит дотла, а твои дети пойдут на растопку. Спи с миром, Джейсон Борн».

Джейсон чувствовал, что жизнь его разбивается на тысячи осколков, — и из его груди вырвался дикий вопль отчаяния. Сквозь проем в стене Борн выскочил наружу и открыл ураганный огонь из «АК-47» в безумной попытке уничтожить Шакала. Он стрелял куда-то в поле, пока не опустел магазин. Сергей и человек из резерва выскочили вслед за ним; Сергей вырвал у него автомат и отвел Борна к задней стене гостиницы: там их поджидали Алекс и Крупкин. С трудом удерживая Джейсона, они обогнули ресторан, и тут на Хамелеона вновь обрушился лавиной истерический припадок.

— Остановись, Дэвид!

— Боже мой, он совсем обезумел... Сергей, держи его... А ты помоги Сергею! Положите его на землю — я должен кое-что ему сказать. Надо сматываться отсюда!

Помощники русского резидента скрутили бившегося в истерике Борна и положили его на землю.

Фургон Шакала исчез. Карлос уже в который раз ускользнул, оставив Джейсона Борна в состоянии безумия.

— Держите его! — прорычал Крупкин, опускаясь на колени рядом с Джейсоном; его помощники прижали Борна к земле. Офицер КГБ наклонился над ним, положил ладонь на лицо американца и, надавив на его щеки большим и указательным пальцами, заставил агента «Тредстоун-71» смотреть на себя. — Я не собираюсь вас уговаривать, мистер Борн, и, если вы не в состоянии соображать, можете оставаться здесь. Возьмите себя в руки. Примерно через час мы свяжемся с соответствующими людьми в вашем правительстве. Я прочитал оставленное вам предупреждение и могу заверить вас, что в Штатах вполне способны защитить вашу семью. Но вы должны принять участие в этом сеансе связи. Или вы станете рассуждать рационально, мистер Борн, или можете отправляться к чертовой матери. Итак, что вы выбираете?

Хамелеон, чувствуя, как его придавливают к земле, вдохнул, словно это был последний глоток воздуха в его жизни: в глазах появилось осмысленное выражение.

— Вот что, ублюдки, для начала слезьте-ка с меня.

— Один из этих ублюдков спас тебя, — заметил Конклин.

— А я спас жизнь кого-то из них. Так что не будем считаться.

По проселочной дороге к трассе на Париж мчался бронированный «ситроен». По защищенному телефону, входящему в сотовую систему связи, Крупкин вызвал в Эпернон команду, которая должна была убрать все, что осталось от русского резервного автомобиля. Тело убитого погрузили в багажник «ситроена». Поэтому если бы потребовалось официальное объяснение, в нем говорилось бы о непричастности Советов к этому инциденту. Там было бы сказано, что дипломаты низшего ранга отправились в загородный ресторан и стали случайными свидетелями кровавой бойни. Убийцы были в масках, тех, кто отстреливался, дипломаты не успели рассмотреть. Спасая свою жизнь, они бежали через служебный вход. После перестрелки они возвратились в ресторан и пытались успокоить находившихся там женщин и единственного оставшегося в живых мужчину. Дипломаты позвонили в посольство, сообщили об этом трагическом инциденте и получили приказ позвонить в полицию и немедленно возвращаться в Париж. Престиж Советского Союза не может пострадать из-за случайного присутствия дипломатов на месте преступления, совершенного французами.

— Интересно, кто-нибудь поверит этому? — поинтересовался Алекс.

— Это не имеет значения, — ответил советский разведчик. — Все в Эперноне вопиет о том, что это дело рук Шакала. Разнесенный в клочья старик, два его подручных в масках — Сюрте хорошо знакома с почерком Карлоса. Если мы и были задействованы, все же наше дело правое, поэтому они будут смотреть на наше присутствие там сквозь пальцы.

Борн молча смотрел в окно. Крупкин сидел рядом с ним, а Алекс — на откидном сиденье. Джейсон отвел глаза от мелькавших за окном пейзажей и яростно стукнул кулаком по спинке сиденья.

— О Боже, мои дети! — воскликнул он. — Как сумел этот ублюдок узнать о поместье «Танненбаум»?

— Простите меня, мистер Борн, — перебил его Крупкин. — Понимаю, что мне гораздо легче говорить, чем вам воспринимать, и все же скоро вы будете разговаривать с Вашингтоном. Мне кое-что известно о способности Управления защищать своих людей, и могу гарантировать вам, что они чрезвычайно искусны в этом.

— Эта способность не может быть столь уж чертовски велика, если Карлосу удалось подобраться к секретной информации!

— Может быть, это не его заслуга, — заметил советский резидент. — Может быть, у него был какой-то иной источник.

— Это невозможно.

— Никогда нельзя быть в этом уверенным, сэр.

Они мчались по залитым ослепительным солнцем парижским улицам. Наконец они добрались до здания на бульваре Ланн и проскочили в ворота на территорию советского посольства — охранники взяли под козырек, узнав серый «ситроен» Крупкина. Они проехали по вымощенной булыжником аллее и остановились перед внушительным входом в здание.

— Будь под рукой, Сергей, — приказал офицер КГБ. — Если понадобится, вступишь в контакт с Сюрте. — Затем, словно бы эта мысль только что пришла ему в голову, он обратился к помощнику, сидевшему рядом с Сергеем: — Послушай, парень, за многие годы мой старый друг и шофер приобрел большой опыт в подобных делах. Но и для тебя найдется работенка. Займись всем необходимым для кремации нашего погибшего товарища. В службе внутренних операций тебе объяснят, какие нужны бумаги. — Кивком Дмитрий Крупкин пригласил Борна и Алекса Конклина выйти из машины.