Виктор Островский - Лев пустыни

Телефон зазвонил. Амос схватил трубку:

– Алло?

– Как дела, дружище? – спросил Эджворт.

– Спасибо, хорошо, – ответил Амос, – но нам нужно обсудить одно дело. Это связано с тем, о чем мы с тобой говорили во время нашей последней встречи. С тех пор случилось многое… О некоторых вещах я до сегодняшнего дня и понятия не имел. Мне нужна твоя помощь.

– Я с удовольствием помогу тебе, если это будет в моих силах, – заверил Эджворт. – Когда мы увидимся?

– Я прилечу завтра утром, – сообщил Амос.

– У меня назначено несколько встреч в… ну, ты знаешь, о чем я говорю, – замялся Эджворт. – Мы ведь, в конце концов, беседуем с тобой неофициально, правда?

– Разумеется, – подтвердил Амос.

– У меня сейчас полно работы, ты же понимаешь. – Эджворт на миг заколебался. – Ну скажем… в семнадцать тридцать, в обычном месте?

– До завтра, – буркнул Амос и положил трубку.

Он вышел из квартиры и поспешил обратно на службу. Амос знал, что может положиться на Эдж-ворта. Этот англичанин за последние несколько лет сделал для него очень многое.

28 сентября, время: 17.30 – Лондон

Приехав в район Челси, Амос вошел в респектабельный дом, стоявший на склоне холма.

– Шотландского? – с улыбкой предложил Эджворт.

– Да, пожалуйста. – Амос со вздохом опустился на мягкий диван.

– Как дела? – поинтересовался хозяин дома.

– Бывало и получше, если ты понимаешь, что я хочу сказать, – мрачно проговорил Амос.

– Думаю, что да. – Эджворт протянул гостю стакан и сел в кожаное кресло с высокой спинкой, стоявшее напротив дивана. – Так чем я могу тебе помочь? – осведомился он.

Амос посмотрел англичанину прямо в глаза.

– Начнем с того, что это дело может оказаться для тебя таким же важным, как и для меня. – Он отпил виски и поставил бокал перед собой на столик.

– Ты хочешь, чтобы мы подключили к этому мою «фирму»? – – спросил Эджворт. – В конце концов, ты сам прекрасно знаешь, что организация способна сделать гораздо больше, чем я, если возьмусь помогать тебе в одиночку.

– Нет, – покачал головой Амос. – Мы не имеем права допускать, чтобы люди из MI-5 начали задавать нам вопросы. Это было бы похоже на перекрестный огонь. В этой ситуацией нельзя задействовать официальные каналы. – Амос раскрыл портфель и достал оттуда большой серый конверт. Из него он в свою очередь извлек пачку документов, которые положил на кофейный столик. – Вот человек, которого я ищу, – произнес Амос, передавшая Эджворту фотографию Натана, прикрепленную к листу бумаги. – А это «выжимка» из его личного дела.

Эджворт кивнул.

– И?..

– Этот человек является, вернее сказать, яв лялся вражеским агентом, внедренным в Моссад, – продолжал Амос. – Сейчас одна из наших групп охотится за ним, чтобы ликвидировать предателя. Но я хочу выйти на него первым. Хорошо бы взять его живым. Тогда мы смогли бы допросить негодяя. Но, если ничего не выйдет, я не откажусь и от мертвого… И в том, и в другом случае мне нужна твоя помощь, – заключил он.

– Погоди… Мне надо хорошенько разобраться в этом деле. – Эджворт подался вперед, держа в руках досье Натана. – Ты хочешь поймать этого человека… Но ты – поправь меня, если я ошибаюсь, – заведуешь в Моссаде одним из департаментов, которому подчиняются все местные отделения и так далее… Так зачем же, черт возьми, тебе понадобился еще и я?

– Потому что я не могу подключить к этому делу своих людей, – раздраженно объяснил Амос. – Я вообще не должен о нем знать.

– И что случится, если ты схватишь этого типа? – полюбопытствовал англичанин.

– Когда он будет в моих руках, я сумею положить конец разгильдяйству в Моссаде и удалить пару-тройку заноз, которые уже давно отравляют мне жизнь, – решительно заявил Амос.

– А что ты хочешь от меня? – вскинул брови Эджворт.

– Этот человек сейчас в Европе, – проговорил Амос. – У тебя есть неофициальные контакты, благодаря которым можно выйти на его след. Вы его разыщете, а я займусь остальным.

– Сколько времени ты здесь пробудешь? – что-то прикидывая, спросил хозяин дома.

– Я возвращаюсь завтра через Париж, а до тех пор в полном твоем распоряжении, – ответил гость.

– Ладно, я посмотрю, что можно сделать. Но, когда станешь новым шефом Моссада, не забудь обо мне, ничтожной пешке, – проговорил Эджворт с хитрой усмешкой.

– Ты же знаешь, что не забуду, – улыбнулся Амос. – Да, вот еще что, – добавил он, взмахнув рукой. – Помнишь, та история, которую мы с тобой обсуждали, – информация о группе террористов, готовящей покушение на палестинцев, участвующих в мирных переговорах?

– Да, конечно. Мы работаем над этим, – кивнул Эджворт.

– Ну вот, похоже, наши люди похитили и устранили их главаря, но террористы до сих пор Не подозревают, что они у нас под колпаком, – не без гордости сообщил Амос.

– Почему ты не сказал мне обо всем этом раньше? – аж подскочил на кресле англичанин.

– Потому что сам узнал только вчера, – сердито пробурчал Амос. – Видишь ли, тот самый человек, который оказался вражеским агентом, отвечал за всю эту операцию. Значит, он уже должен был уведомить о случившемся своих хозяев. И если они им дорожат, то до покушения на палестинцев дело явно не дойдет.

– А кстати, каким образом вы его разоблачили? – спросил слегка озадаченный Эджворт, а когда Амос ответил, произнес: – Слушай, ты хочешь, чтобы я все бросил и ввязался в это дело, но мы же по-прежнему почти ничего о нем не знаем. А если окажется, что это ошибка, то я стану козлом отпущения. Ну объясни мне, почему ты убежден, что этот парень – вражеский агент? Я должен быть уверен в этом на сто процентов, прежде чем начну предпринимать какие-то шаги.

Амос рассказал Эджворту все, что знал об этой истории, начиная с первого сообщения Шейби. Затем последовало описание бойни в Гааге, гибели Илана, виновником которой якобы был Натан, и, наконец, бегства «вражеского агента». Когда Амос замолчал, Эджворт подошел к шкафчику и налил себе и гостю еще по бокалу виски.

– Этот парень – крепкий орешек, – качая головой, пробормотал англичанин. – Как ты думаешь, на кого он работает?

– Понятия не имею! – воскликнул Амос. – Потому-то мне так и хочется взять этого мерзавца живым… и, возможно, именно поэтому кто-то отчаянно старается, чтобы ничего подобного не произошло.

– Ты хочешь сказать, что он действовал в Моссаде не один? – уточнил Эджворт.

– Вполне возможно, тебе не кажется? – вопросом на вопрос ответил Амос.

– Да… Все может быть, – согласился англичанин. – Ну хорошо, я сделаю, что смогу, но ты же понимаешь: никаких гарантий… Хотя я постараюсь, уж не сомневайся. – Эджворт опустился в кресло и положил ногу на ногу. – Кстати, Амос, – проговорил он с легкой улыбкой, – я хотел спросить тебя еще кое о чем.