Колин Форбс - Атлантический экспресс

Нащупав лежащий на полу железный крюк, она Схватила его и зацепила им за шею швейцарца. Чувствуя, как острие крюка упирается ему в кадык, Фрей захрипел. Задыхаясь, Эльза закричала по-французски:

— Отпусти меня или я разорву твое горло…

Фрея испугал не столько крюк, сколько выражение глаз Эльзы. Он понял, что она исполнит свою угрозу.

— Без лишних движений, — процедила сквозь зубы Эльза. Поднимаясь вместе с Фреем, она продолжала держать его крюком за шею. В этот момент швейцарец почувствовал, как в спину ему уперлось дуло пистолета и услышал голос Макса Брудера:

— Только рыпнись, и ты — покойник…

Через две минуты Роберт Фрей уже лежал связанный по рукам и ногам. Эльза, обнаружившая у швейцарца спрятанный пистолет, не церемонилась, завязывая узлы. Повернув его на спину, она помахала перед его лицом железным крюком.

— Без фокусов…

Развернув вертолет, Уогрейв на максимальной скорости направился навстречу «Атлантическому экспрессу». В тот момент он еще не знал, что захватил резидента советской разведки в Швейцарии; не знал он и о том, что, получив сообщение от Брудера, полковник Шпрингер отослал две шифровки — одну в Андерматт, а вторую в Цюрих бригадиру Траберу. Через несколько часов патрульные машины в Женеве, Лугано и других городах направились по адресам, принадлежащим друзьям и знакомым Роберта Фрея. Людей поднимали с постели и подвергали допросам. Через пять дней вся агентурная сеть Роберта Фрея была уничтожена. Но в тот момент Уогрейв думал о лавине, ползущей по склону горы, и «Атлантическом экспрессе», поднимающемся вверх по извилистому участку дороги.

Будучи блестящим организатором, Роберт Фрей понимал, что даже самые надежные планы могут закончиться провалом. Операция по уничтожению «Атлантического экспресса» зависела от точного расчета времени — поезд должен находиться в определенном месте, чтобы его накрыла разрушительная волна лавины.

Поэтому Фрей расставил людей из своей подпольной организации в тех местах железной дороги, где поезд должен замедлять ход из-за слишком крутых подъемов. Фрей рассчитал наиболее вероятное движение лавины и знал, на какой участок дороги обрушится основная масса снега. Оставалось лишь сделать так, чтобы «Атлантический экспресс» находился именно там.

Получив сигнал тревоги с вертолета Уогрейва, полковник Шпрингер стал действовать со своей обычной решимостью и энергией. Он занимал четвертое купе вместе с Юргеном Таллом. Склонившись над картой, он обвел ручкой участок дороги.

— Здесь Вассерхорн, — сказал он своему помощнику. — Если лавина дойдет до железнодорожного полотна, основной удар придется по этому участку.

Мы как раз в центре, — заметил Талл.

— Возможно, мы успеем покинуть опасный сектор, — ответил Шпрингер. — Позвони машинисту по телефону и скажи, чтобы он увеличил скорость до максимума…

Талл побежал по коридору на узел связи, где был установлен прямой телефон с машинистом. Оставшись один в купе, Шпрингер выключил свет, поднял штору и опустил окно. Не обращая внимания на обжигающий холод, он наблюдал за леденящей душу картиной.

Лавина медленно приближалась подобно гигантской волне. Шпрингер видел, как она накрыла находившийся на ее пути лес. Огромные деревья ломались, как спички. Но он содрогнулся, увидев дальнейшее. Лавина достигла огромного выступа скалы. Вместо того, чтобы обогнуть его, оползень оторвал его от скалы и потащил с собой. Шпрингер понял, что это не обычная лавина, несмотря на столь внушительные размеры. Где-то на склоне Вассерхорна образовалась трещина… Он обернулся, услышав, как в купе вернулся Талл.

— Не могу связаться с машинистом…

— Почему, черт возьми?

— Он не отвечает…

В этот момент поднимающийся по наклонному участку дороги поезд замедлил ход, а затем остановился. Через несколько секунд «Атлантический экспресс» медленно покатился назад — в сектор максимальной опасности.

В кабине локомотива «Атлантического экспресса» находились два машиниста. Работы у них было немного — следить за показаниями приборов и сигналами семафоров. Шум двигателя заглушал рев надвигающейся лавины. Энрико, старший машинист, вытирал руки ветошью, когда один из помощников Фрея запрыгнул в кабину. На глазах у пораженного Энрико он ударом пистолета раздробил череп второго машиниста. Затем террорист наставил пистолет на Энрико.

— Лицом к стене…

Старший машинист повернулся, и человек Фрея ударил его рукояткой пистолета в затылок. Но удар оказался не смертельным — потеряв сознание, Энрико рухнул на пол. Антон Гайер — человек Фрея — посмотрел на щит управления и передвинул один из рычагов. Когда поезд остановился, он передвинул еще два рычага. «Атлантический экспресс» двинулся в обратную сторону.

Гайер, плечистый крепыш с золотыми зубами, не боялся, что его накроет лавина. На восточной стороне дороги его ждал напарник, сидящий за рулем «фиата» с работающим двигателем. Когда поезд медленно покатился назад, Гайер посмотрел в окно, выходящее на запад. К локомотиву бежали люди в военной форме, а впереди — человек в штатском. Гайер прицелился в него из пистолета.

— Направь солдат к локомотиву! — приказал Шпрингер Таллу. Выбежав из купе, он направился к выходу. Открыв дверь, полковник спрыгнул с медленно двигающегося поезда. Выхватив свой «браунинг» 32-го калибра, он побежал вдоль четырнадцати вагонов, отделяющих его от локомотива. У Шприн- гера было только одно преимущество — поезд двигался в обратном направлении.

Он уже был совсем рядом с локомотивом, когда из окна кабины появился силуэт человека — без форменной фуражки и кителя. В руке у человека был пистолет. Шпрингер отпрыгнул в сторону, и пуля ударила в гравий в метре от него. Затем раздался второй выстрел. Шпрингер остановился и, держа обеими руками пистолет, тщательно прицелился. Он нажал на курок «браунинга».

Террорист вскрикнул и выронил оружие.

Гайер посмотрел на свою руку с раздробленными пальцами и ринулся к другой стороне кабины. Держась за поручень левой рукой, от спрыгнул на насыпь и побежал к шоссе. Метрах в пятнадцати стоял «фиат», за рулем которого сидел его напарник. Гайер облегченно вздохнул.

Одно из окон поезда, выходящих на восточную сторону, опустилось. В купе не горел свет. Из окна высунулась рука. Раздался выстрел, и Гайер замертво упал возле машины. Еще один выстрел, и водитель «фиата» уткнулся лицом в руль. Окно закрылось.

Экспресс все еще двигался в обратную сторону, когда Шпрингер забрался в кабину локомотива. Ему было достаточно одного взгляда, чтобы оценить ситуацию. Один человек, очевидно, мертв; второй — Энрико — пошевелился, приходя в себя после оглушающего удара. Опустившись рядом с ним на колени, Шпрингер резко встряхнул машиниста.