Роберт Ладлэм - Мозаика Парсифаля

— Вы хотите сказать, что меня с вами не будет? Но как связной, я должен быть рядом, чтобы не упустить вас из вида.

— Я и говорю, что имею дело с новичком... И вы еще намерены направиться в Каир. Боюсь, что вы не упустите меня из вида, а Хейвелок не упустит из вида вас... Не...

— ...примите мои слова за обиду, — закончил фразу Огилви подполковник. — Хорошо, вы получите требуемое прикрытие. — Он вновь выдержал паузу и продолжил: — Только пусть это будут не двое мужчин, а мужчина и женщина.

— Прекрасно. У вас здесь весьма широкие возможности, подполковник.

— Кроме того, я хочу дать вам еще один совет. Но если вы, «ходячая кобура», попытаетесь когда-либо упомянуть мое имя в этой связи, я не премину заявить, что предложение исходило от вас.

— Сгораю от нетерпения услышать.

— Цели миссий, которые я выполнял для Пентагона и государственного департамента, совпадают. Это неизбежно. Иногда мне требуются чьи-то услуги. Бывает, что услуг ждут от меня. Круг общих интересов все расширяется, хотя, как исполнители, мы зачастую и не встречаемся.

— Мне противно цитировать самого себя, но все же спрошу: что вы хотите сказать?

— Я несу ответственность за очень крупный оперативный регион. Мне, моему учреждению, доверяют многие мужчины и женщины. Я хотел бы, чтобы все созданное мной сохранилось и после моего ухода. Но это не все. Больше всего я хочу, чтобы мои друзья, которых я знаю и которых не знаю, не пострадали. Хейвелок же способен нанести им удар. Он работал в Италии на адриатическом и лигурийском побережьях, в сферу его деятельности входила территория от Триеста на востоке до Гибралтара на западе. Он может спровоцировать месть моим людям. Не думаю, что один отставной, да к тому же безумный оперативник стоит того.

— Я тоже так не считаю.

— В таком случае уберите его. Не заберите, а уберите.

— Эти слова могли бы принадлежать и мне.

— Должен ли я считать, что уже услышал их от вас?

Человек из Вашингтона помолчал, а затем решительно произнес:

— Нет.

— Почему же?

— Потому что подобный акт приведет именно к тем последствиям, которых вы так опасаетесь.

— Исключено. У него не останется времени.

— Мы не можем быть в этом уверены. Если эта история ведет свое начало от Коста-Брава, то мы просто не знаем, что он припрятал в тайниках и где находятся его тайники. Хейвелок мог разместить документы в десятках стран и оставить инструкцию опубликовать их, если он не выйдет на связь в определенные сроки. За последние шесть недель он побывал в Лондоне, Амстердаме, Париже, Афинах и Риме. Почему, спрашивается? Имея возможность путешествовать по всему миру, располагая достаточными на то средствами, он возвращается в те города, где активно работал нелегалом. В этом определенно прослеживается какая-то система.

— Или простое совпадение. Он решил посетить знакомые места, ничего не опасаясь, потому что вышел из игры.

— Может, так, а может, нет.

— Я не совсем улавливаю логику ваших рассуждений. Ведь если вы заберете его, он не выйдет на связь в оговоренные сроки.

— Нам известны некоторые способы.

— Медицинские учреждения, как я догадываюсь? Лаборатории, где клиентов накачивают лекарствами, чтобы ослабить их волю и развязать язык?

— Именно.

— И все же вы не правы. Не знаю, видел ли он на самом деле эту вашу Каррас. Но это произошло в последние сутки. У него просто не было времени что-то предпринять. И было бы ложью с его стороны отрицать это.

— Вы что, ясновидец? Или это ваши догадки?

— Ни то, ни другое. Просто я основываюсь на фактах. Я видел человека в глубоком шоке, пережившего страшное потрясение. Кстати, я почти цитирую его. Случившееся не результат умственной аберрации. Это — реальность. Толкуя о тайниках или о том, что он мог бы предпринять, вы перепеваете мои слова, потому что они содержались в донесении. А я, в свою очередь, слышал эти слова от него. Хейвелок размышлял о том, что мог бы сделать, но не сделал. Улавливаете разницу, уважаемый мистер разработчик стратегии?

— Вы считаете, ваших соображений достаточно, чтобы убить его?

— Я только хочу сохранить жизнь многим людям.

— Наши желания совпадают. Именно поэтому я здесь.

— Итак, вы желаете его увезти, — сардоническим тоном заметил Бейлор.

— Точно так. Разве этого мало?

— Мало. Предположим, вы промахнетесь. Или ему удастся ускользнуть. Что тогда?

— Такого не случится.

— Догадка или ясновидение?

— факт.

— Нет. Это всего лишь предположение, вероятность, на которую я не желаю полагаться.

— У вас, вояка, нет иного выбора. Можете это рассматривать как приказ.

— Тогда, штафирка, извольте выслушать меня. Я своей черной жопой пробивал себе путь в этой армии белых людей, армии с белоснежным командованием и черномордой основой. Мне удалось стать важным зубцом в большой шестеренке белых дядей. И вот появляетесь вы с замашками тайного агента и кличкой с...

— ...пакета с корнфлексом? — прервал его Огилви.

— Вы правильно ухватили. Пакета с корнфлексом. Я не смогу ни назвать вашего имени, ни сослаться на вас, если вдруг окажусь на крючке. Не смогу оправдаться, потому что имею дело с картинкой из дешевого комикса. Если вы провалитесь, а Хейвелок ускользнет, на линии огня окажусь я. И превращусь в объект для расправы. Все завопят: «Эта кофейная рожа провалила операцию! Он развалил всю свою агентурную сеть! Выдрать этот зубец из нашей большой белой шестерни!»

— Лицемерная сволочь! — презрительно бросил человек из Вашингтона. — Спасти свою драгоценную шкуру, больше ему ничего не надо!

— Для этого есть множество причин, которые вам придется, несмотря ни на что, принять во внимание. Я буду действовать следующим образом... Куда бы вы ни направились в этом городе, я стану следовать за вами. Сумеете справиться с ним по-вашему — отлично! Доставлю вас обратно на Паломбару и собственноручно прикручу обоими ремнями безопасности в самолете. Могу даже снабдить рекомендательным письмом, написанным на классической латыни. Но если обосретесь, и он попытается скрыться, я разделаюсь с ним по-своему.

— И это говорит человек, который поверил Хейвелоку и даже просил за него!

— Я вовсе не просил за него. Я сообщил о нем. И мое донесение — там ни слова о том, поверил я ему или не поверил. Хейвелок — реальная угроза мне и осуществляемым мной в Риме функциям. Он также представляет собой опасность для значительной части разведывательной сети, которую я создавал по приказу моего правительства на средства американского налогоплательщика. — Подполковник помолчал и с улыбкой закончил: — Большего мне и не надо знать, чтобы нажать на спусковой крючок.

— Вы готовы зайти столь далеко?

— Я намерен поступить именно так. Мне надо набирать очки.