Елизавета Берестова - Корона клинков

— Отец совершил фатальную ошибку, когда полез на империю из-за сомнительных приграничных территорий, — Ясень выглядел усталым и постаревшим, — я не раз говорил ему об этом. А ради своего народа мы должны сохранить хоть какую-то часть молодых и здоровых парней, которые обречены отдать свои жизни за никому не нужные вересковые пустоши и болота, где добром никто не жил и жить не собирается. Я постараюсь добиться автономии для Морозных земель, и будет просто отлично, если Барс согласится на это. То, что казалось отцу унизительным и невозможным, для нас в теперешнем положении — благо.

В палатке повисло молчание. Вдруг полог входа взлетел вверх, и в проёме возникло круглое лицо молодого рыжебородого гнома с ещё более круглыми удивлёнными глазами.

— Господин главнокомандующий, — проговорил он, задыхаясь, — к нам парламентёры идут. Трое, с белым флагом, и прямо сюда.

Брэк с усилием поднялся и надел рубашку.

— Проводите их ко мне немедленно, — приказал он.

— Может, их сперва обыскать? — предложил гном, которого вид любимого командира на ногах здорово ободрил, — оружие поотбирать?

— Нет, не вздумайте.

— А вдруг это обманный ход, — не сдавался парень, — специально, чтобы напасть на вас и убить? Тогда им бояться нечего, можно сказать, победа будет у них в кармане.

— Она и так у них в кармане, — пробормотал Брэк, а громко добавил, — мы с Ирис как-нибудь справимся, будь спокоен.

Гном кивнул, но по его упрямому виду было понятно: он останется на страже у входа, а, может, даже и ещё кого позовёт. Властный незнакомый голос отдал приказ кому-то оставаться снаружи, и в палатку ступил высокий парламентёр в основательно намокшем шерстяном плаще. Он откинул капюшон, и Брэк узнал известный на всю Лирийскую империю конский хвост из льняных волос — перед ними был сам Барс.

— Я пришёл к тебе, Брэк, как солдат к солдату, — сказал он вместо приветствия, — вы храбро бились, но ты не можешь не понимать, что шансов выстоять у вас никаких. — Великий завоеватель опустился на стул, — поэтому у меня к тебе предложение. Мы заключаем Северный мир. Какой смысл гробить людей? Твой сволочной братик достаточно постарался, чтобы вам не угрожала проблема перенаселения. Видел бы ты, как он драпал! Хотел я его поймать и на кол посадить, да куда там! Он и его гвардия чудеса проворства показали.

— И каковы твои условия, император? — спросил Брэк, — почему тебе нужен мир, когда ты стоишь на пороге победы?

— Я достаточно хорошо изучил твой народ, принц, — Барс не сводил глаз с Ирис, стоявшей возле старшего брата, — конечно, я могу взять Эльферерри, посадить там наместника, объявить Морозные земли провинцией, но ведь вы-то не успокоитесь. Найдутся те, кто затянет песни о свободе, попранной независимости, мести проклятым имперцам. А мне партизанская война ни к чему, тем более, что мало кто может в этом сравниться с эльфами. Выиграть вы не выиграете, а вот крови попортить можете изрядно. Поэтому я предлагаю автономию, которая может воссоединиться с Лирийской империей на правах личной унии.

— Интересно как?

— Её получит наш сын, если присутствующая здесь молодая дама выйдет за меня замуж. — Он с довольным видом наслаждался удивлёнными синими глазами Ирис, — а что? Я — нормальный мужик, и буду хорошим мужем. Тебе всё одно выходить замуж по династическим соображениям, а по этим самым соображениям лучше меня кандидата не найти.

Несомненно, это было самое необычное предложение руки и сердца, о котором Брэку приходилось слышать или читать. Тем временем Ирис обрела дар речи и возразила:

— Насколько мне известно, ваше величество уже имеет супругу.

— Можешь считать, что я развёлся. Сегодня же пошлю в Рию гонца с соответствующим эдиктом. Если ты согласна, и твой брат на правах старшего мужчины в семье не против, поженимся немедленно.

Ирис нерешительно посмотрела на Брэка.

— Ты полностью устраиваешь меня в качестве зятя, император. Но ты должен объявить военную амнистию всем эльфам и тем, кто сражался вместе с нами против Лирийской империи.

— Считай, что с этой минуты амнистия объявлена, — император даже был слегка удивлён тем, что Брэк запросил так мало, — позднее я напишу соответствующий указ. Но мне страшно интересно, где был ты первые четыре года войны? Все успехи вашей армии, что пришлись на последние два года — однозначно твоя заслуга, принц. И не вздумай отделаться от меня отговорками, навроде того, что мол корпел над книгами в старейшем университете Морозных земель. Всё одно, не поверю.

Ирис предостерегающе положила руку на плечо брата, но тот качнул головой и произнёс:

— Поскольку амнистия эльфам уже объявлена, не стану пытаться скрывать, что с начала войны занимался обеспечением материальной базы армии моего отца. Ты хорошо знаешь, император, насколько накладно вести войну, а мы — народ не богатый.

— Я чего-то недопонял, — светлые брови Барса сошлись на переносице, — ты не станешь утверждать, что такой воин, как ты, занимался торгашеством?

— Нет. Я — Ясень. Мы с Ирис нападали на твоих чиновников и забирали деньги.

— Ага. — Только и произнёс Барс.

В палатке повисло неловкое молчание, которое нарушил громкий голос варвара:

— Получается, что моя будущая супруга не только родная сестра, но и подельница легендарного диверсанта, при одном имени которого у некоторых слабонервных тыловых крыс испуг матерелизуется сам собой.

Он снова замолчал.

— Это меняет наши договорённости? — Брэку тяжело было сидеть, бок болел довольно основательно, и опять наливался тяжестью правый висок, предвещая суровую мигрень. Но он не подавал виду, продолжая сохранять расслабленную позу и внешнее спокойствие. — Ты раздумал жениться?

— Конечно же, нет, что за ерунда, — воскликнул Барс, — я думаю совсем о другом. Как много ваших знало об этом?

Брэк переглянулся с сестрой:

— Совсем узкий круг: отец, Эверетт и наши люди. Для остальных мы с Ирис просто занимались дальней разведкой. Возможно, кто-то догадывался, но это лишь предположение.

— Хорошо, — император хлопнул себя по колену, — пусть ваши доблестные подвиги и впредь останутся между нами. А Ясень навсегда покинет пределы не только Морозных земель, но и самой империи. Ему самое время отправиться попутешествовать.

— Ты желаешь, чтобы я уехал? — нахмурился Брэк.

— Естественно, нет. Я говорю о Ясене. На господина Этана Брэкеретта Меллорна у меня совсем иные планы. — Он улыбнулся с превосходством человека, приготовившего приятный сюрприз, — мне нужен свой человек на Морозном троне. Почему бы тебе не стать королём? Не делай такие удивлённые глаза, моя разведка доложила, что тебя поддерживает по меньшей мере половина ваших соотечественников. Добавь к этому армию, да и я средствами не обделю. Отстроитесь после войны и станете жить пристойно. Как тебе?