Яков Левант - Наследство дядюшки Питера

— А ведь я потому сюда и прибыл, — сообщил Шильников, выслушав рассказ капитана. — Присмотреть за тобой велено, чтобы все было чинно-благородно. Дело тонкое — союзники!

— Так неужели действительно этот иностранец!.. — воскликнул Павел.

— Пока трудно сказать, — перебил его майор. — Почти никаких данных. Разумеется, если не считать нарушения согласованного маршрута. Наш журналист всю неделю гнал галопом, рвался на фронт, а здесь, в тыловом районе, застрял на трое суток. Впрочем, американцы, говорят, народ экстравагантный, кто их знает. Не исключено простое совпадение.

— К кому же тогда пробирались наши мотоциклисты? — задумчиво проговорил Павел. — Вот если бы найти того офицера…

— Который беседовал с ними на улице? — отозвался Шильников. — Он уже вызван.

— Нашли?!

— Особый отдел дивизии по моей просьбе запросил все подразделения, — спокойно пояснил Шильников. — Как раз перед твоим приездом один из командиров взводов, лейтенант Краснов, сообщил, что утром встречал двух мотоциклистов, справлявшихся о дороге на ДОП… Кстати, почему ты сам не начал с этого?

— Боялся спугнуть, — ответил Павел. — Вдруг — сообщник.

— Ну хватил! — отмахнулся Шильников. — Командир в воинской части — это тебе не прохожий в военной форме. Запомни, Павел Петрович: подозрительность и бдительность — вещи разные, если не противоположные. Не мной это сказано!

Шильников умолк, и Сергей, улучив минуту, доложил, что можно перекусить. Оба офицера отозвались на приглашение с готовностью. Однако обеду так и не суждено было состояться. Едва они расположились у круглого столика, как дверь с шумом распахнулась и в комнату влетел старший лейтенант Истомин. На узком лице его светилось торжество.

— Сознался! — выпалил он. — Правда, от подробностей увиливает, но в главном-то сознался. Теперь никуда не денется!

Шильников сдвинул брови.

— О чем речь, товарищ старший лейтенант? — сухо проговорил он, явно приглашая собеседника к более официальному тону.

Но тот пропустил это мимо ушей.

— Да Краснов, лейтенант Краснов, — воскликнул он. — Признает, что встречался с мотоциклистами и даже разговаривал с ними.

— Позвольте, — возмутился Шильников, — о каком признании вы говорите? Ведь Краснов сам по собственному почину заявил об этой встрече.

— Страховочка, — ухмыльнулся старший лейтенант. — Явная страховочка. На случай, если засекли его.

— Та-ак, — неопределенно протянул Шильников, вновь обретая обычную свою невозмутимость. Побарабанив пальцами по столу, он решительно встал и вернулся к своему месту у окна. — А ну, давайте-ка его сюда.

Через минуту черноусый кавалерист, один из тех, которых Сергей и капитан Цапля встретили внизу, переступил порог в сопровождении неотступно следовавшего за ним Истомина. Щелкнув шпорами, лейтенант представился и замер в стойке «смирно». Лицо его было очень бледно, только на щеках застыл какой-то неестественный, точно приклеенный румянец.

— Присаживайтесь, товарищ Краснов, — как-то совсем по-граждански пригласил его Шильников.

— Благодарю, товарищ майор, — отчеканил тот, не трогаясь с места. Истомин поглядел на него с усмешкой.

— Как знаете, — проговорил Шильников. — Тогда расскажите нам еще разок о вашей утренней встрече с теми злополучными мотоциклистами. Постарайтесь припомнить все подробности, это очень важно.

— Вот-вот, подробности, Краснов, — строгим голосом прибавил Истомин.

— Помолчите, пожалуйста, — спокойно обронил Шильников, и эта короткая, небрежно брошенная реплика, заставившая густо покраснеть неугомонного старшего лейтенанта, как видно, ободрила Краснова. Напряжение его спало.

— Есть, с подробностями! — так же четко, но уже без прежней подчеркнутой официальности отозвался он. — Встретил на углу, возле книжного магазина. Время, к сожалению, не засек. Примерно семь тридцать — семь тридцать пять. Машина трофейная, «цундап» с коляской. За рулем ефрейтор, средних лет, рыжий, в пилотке, в синем комбинезоне и ватной фуфайке. В коляске — инженер-капитан, худощавый, очень бледный блондин, в новенькой шинели. Спросили: «Как проехать в тылы дивизии?» Я объяснил дорогу на ДОП. Ефрейтор уже включил скорость, но капитан остановил его и спросил, не знаю ли я, где помещается начальник тыла полковник Панченко. Я знал дом на выезде из городка, где остановился полковник, и рассказал, как к нему проехать. Инженер-капитан поблагодарил, и они тронулись в том направлении, которое я указал.

— Далеко отсюда книжный магазин и квартира Панченко? — быстро осведомился Шильников, снимая с вешалки шинель.

Лейтенант доложил, что магазин рядом, за углом, да и до квартиры полковника, если идти на прямую, всего десяток минут ходьбы.

— Машиной пришлось бы в объезд — повреждена дамба через старицу, — заключил он.

— А на мотоцикле?

— Я им показал кратчайший путь. Мотоцикл легко проходит через разрушенную дамбу.

— Отправимся к месту вашей с ними встречи, — решил майор. — Затем пройдем маршрутом мотоциклистов до квартиры Панченко. Машину туда приведет Ивлев, — указывая на Сергея, добавил он. — Расспросите дорогу и догоняйте нас.

— Не забудь прихватить нашу снедь, — с шутливым вздохом кивая на расставленные тарелки, шепнул Сергею капитан Цапля и, на ходу застегивая шинель, устремился за Шильниковым.

Но тут старший лейтенант Истомин, давно уже порывавшийся включиться в разговор, с решительным видом выступив вперед, загородил дорогу.

— Разрешите, товарищ майор, — обратился он к Шильникову. — Здесь у меня все время старик один вертелся. Ганс Гофман. Я наводил справки о нем — подозрительная личность. Считаю необходимым задержать его.

— Основания? — приостановился Шильников.

— Но кто-то должен был предупредить диверсантов насчет облавы! — загорячился Истомин.

— Старик этот действительно видел мой приезд, — заметил Павел. — Но…

— Это еще ни о чем не говорит, — перебил его майор и, обращаясь к Истомину, добавил: — Проверьте данные об этом человеке. Не спешите с выводами, обратитесь в Политотдел дивизии, там вас свяжут с местными товарищами. И пожалуйста, не предпринимайте ничего сами.

Он шагнул к двери, а Краснов, спохватившись, подозвал Сергея:

— Город знаете? Нет? Ну, это не так важно. Вот маршрут.

Лейтенант проворно извлек из планшетки блокнот, раскрыл его, чиркнул несколько линий. Потом вырвал лист, протянул Сергею и через секунду уже бренчал шпорами на лестнице.

На листочке беглыми, но четкими штрихами было изображено несколько пересекающихся улиц, берег реки, церковь, обозначенная, как принято на картах, георгиевским крестом, и неподалеку от нее домик, подчеркнутый короткой жирной линией.