Джеймс Чейз - Парик мертвеца

— Не могу поверить! Я не могу этому поверить! — все время восклицала Амелия. — Криспин не мог!

— Не хочет ли мадам выпить? — предложил Рейнольдс.

— Да…

Направляясь к бару, он через окно увидел Криспина, идущего к машине. Он как раз собрался ехать в галерею.

— Он уезжает, мадам, — объявил Рейнольдс.

— Поднимись к нему и посмотри, — сказала Амелия.

Рейнольдс сначала пошел к себе в комнату и выпил изрядную порцию виски. Подождав, пока алкоголь начнет действовать, он взял стальную пластинку, чтобы открыть дверь, и, наконец, медленно поднялся по лестнице.

Амелия сидела и ждала. Она была уверена, что Криспин совершил еще одно жуткое убийство. Впрочем, она, может, и ошибается — ведь на этот раз не было испачканной кровью одежды. Нет, не стоит себя обманывать. Она поднесла руку к груди и почувствовала, как сильно бьется ее сердце. Это наверняка он! Она закрыла глаза. Какой стыд! Для нее жизнь кончена! Кто станет принимать мать такого монстра?! Сегодня вечером ее пригласили на прием в ресторан отеля «Спэниш Бэй» в честь посла Франции. Жизнь кончена! Кто пригласит ее на такие приемы, если станет известно, что ее сын — маниакальный убийца?

Услышав шум, она повернула голову к двери. Там стоял Рейнольдс с бледным, мокрым от пота лицом. Они посмотрели друг на друга, потом он кивнул.

— Ну?! — воскликнула Амелия, наклоняясь вперед. — Не трясите так головой! Что там?

— Он рисует голову человека, мадам, — сказал Рейнольдс почти шепотом. — Отрезанную голову в крови.

Хотя она и предполагала подобное, сообщение Рейнольдса оказалось для нее ударом. Она откинулась на спинку кресла и закрыла глаза.

— Коньяк, Рейнольдс.

Он подошел к бару и взял рюмку. Когда он протянул руку, чтобы взять бутылку, рюмка выпала из его дрожавшей руки и упала на ковер.

— Рейнольдс! — завопила Амелия.

— Да, мадам?

Он взял другую рюмку, неловко налил в нее жидкость и протянул ей. Она схватила ее и выпила одним глотком.

— Мадам…

— Не разговаривайте со мной! Понятно? Мы ничего не знаем. Занимайтесь своим делом!

— Он может продолжать и дальше, мадам.

— Кто эти люди? Кто они? Шлюха! Хиппи! Кто они?

— Но, мадам…

— Мы ничего не знаем! — завопила Амелия. — Вы хотите потерять место? Вы думаете, я хочу быть выброшенной из дома? Это нас не касается! Мы ничего не знаем!

Рейнольдс с ужасом подумал, что он может остаться без работы. Он поколебался и почувствовал себя обязанным предупредить ее еще раз.

— Мадам, он очень опасен. Он может взяться и за вас.

Он не добавил, что Криспин также может взяться и за него.

— Взяться за меня? Но я его мать! Не говорите глупостей и принимайтесь за работу! Вы ничего не знаете!

Террелл сидел за своим столом. Хесс, Беглер и Лепски сидели на стульях. Все пили кофе, который принес Чарли Тэннер.

— Мы подбираемся к этому сумасшедшему, — сказал Террелл. — Наша первая важная зацепка — четвертый пиджак. Владельцы трех других не подходят под это описание. — Он посмотрел на Лепски: — Как ты думаешь, эта девушка отвечает за свои слова?

— Да, — ответил Лепски.

— Значит, это пиджак мистера Грэга, который был отдан в Армию спасения. Этот пиджак нам нужно найти. — Террелл замолчал, чтобы разжечь трубку. — Но, судя по описанию этого человека, он не так беден, чтобы пользоваться дарами Армии спасения. Человек, который покупает обувь от Гуччи, может купить и все остальное. Не так ли?

— В этом городе масса бездельников, — сказал Хесс. — Сутенеров, мошенников, которые живут за счет богатых и которым необходимо прилично выглядеть. Не исключено, что один из этих парней купил этот пиджак за пять долларов. Точно так же он мог достать обувь, или украсть ее, или купить у старьевщика.

Террелл пожал плечами:

— Возможно. Согласен. Проверим старьевщиков. Том, организуй это. Мы хотим знать, продал ли кто-нибудь туфли от Гуччи и кому.

В этот момент в комнату вошел возбужденный Дасти Люкас.

— Шеф, мне кажется, я что-то нашел. Я занялся двумя сборщиками из Армии спасения. Я проследил за шофером грузовика, Джо Хени, сыном Сида Хени, у которого лавка в Сикомбе. Я наколол этого парня в тот момент, когда он выгружал одежду из грузовика Армии спасения. Он признался, что передал часть собранной одежды отцу на продажу.

Хесс встал:

— Я займусь им, шеф.

Джо Хени сидел на скамье по другую сторону барьера под охраной копа. Это был высокий молодой парень лет тридцати, с мрачным, плохо выбритым лицом.

Хесс и Лепски усадили его перед письменным столом. Лепски остался рядом с ним, а Хесс сел напротив.

— Вы рискуете навлечь на себя крупные неприятности, Джо, — сказал Хесс.

Хени поднял глаза и с улыбкой ответил:

— Неприятности? Вы сошли с ума. Какие неприятности? Это барахло люди сами отдают… не так ли?

— Они его отдают Армии спасения. Вы не имеете права его присваивать, — сухо заметил Хесс.

— Да? И что они с этой одеждой делают? Они ее распределяют. Что плохого в том, что я дал кое-что своему отцу? Что это меняет?

— Сколько времени вы этим занимаетесь?

— Шесть месяцев… Что за это может быть?

— Увидите, Джо. Вы воровали в Армии спасения. Это может стоить вам трех месяцев тюрьмы.

Хени снова насмешливо улыбнулся:

— Да? А вы меня не сможете ни в чем обвинить. Я знаю свои права. Один человек дал мне вещи. Он мне их дал! Понятно? Хорошо. Значит, я выбираю кое-что и отдаю отцу… Понятно? Затем я отдаю остальное в Армию спасения. — Он наклонился вперед и продолжал, направив палец на Хесса, как будто хотел его уколоть. — Вещи не были собственностью Армии спасения, пока я их им не отдал… Понятно?

— Вещи являются собственностью Армии спасения с того момента, как вы положили их в грузовик, который принадлежит Армии спасения, — возразил Хесс, очень довольный собой.

Хени улыбнулся еще более насмешливо:

— Точно. Только этот грузовик мой! Я помогаю Армии спасения бесплатно. Я плачу за бензин и страховку. Значит, я имею право кое-что сделать своему старику, чтобы возместить убытки… Согласны?

Хесс вздохнул.

— Оставим это, — сказал он, понимая, что Хени не прижать. — Нас интересует только голубой пиджак с пуговицами в форме мяча для гольфа. Вы не давали такой отцу?

— Откуда я знаю? — спросил Хени. — Я не смотрю, что отдаю старику. Я просто отдаю ему мешок, а он выбирает то, что можно продать, и возвращает остальное.

Хесс посмотрел на Лепски:

— Съезди к отцу.

Уходя, Лепски слышал, как Хени говорит:

— Значит, мне нечего бояться? У меня нет времени…

«Забавный хитрец», — подумал Лепски, направляясь к машине.

У Сида Хени были маленькие голубые глаза и рот в форме мышиной норы. Его магазин был забит поношенной одеждой. Когда Лепски вошел в него, Хени как раз подбирал брюки для толстого негра.