Картер Браун - Роковая птичка

– Обещаю, – сказал я, – и многое другое, если ты будешь и дальше стараться в том же духе.

– Садист! – Она перегнулась через стойку и, просунув руку мне под рубашку, больно дернула за волосы на груди, потом спросила: – Который час?

– Какого дьявола, кому это интересно? – хрипло выдавил я разочарованно.

– Так поздно? Я должна бежать!

Она выпустила меня из коготков и, спрыгнув со стула, бегом устремилась в прихожую. Торопливое «прощай» все еще висело в воздухе пару секунд после того, как входная дверь захлопнулась. Я неторопливо допивал свое виски, когда зазвонил телефон, стоявший неподалеку на стойке.

– Дэнни? – услышал я в трубке волнующий хрипловатый голос. – Марсия там?

– Кто это?

– Соня Шеппард. – Голос был настойчив. – Марсия там?

– Ушла минут пять назад.

– Замечательно! – Она явно обрадовалась. – Послушай, я все думаю о нашем разговоре на балконе. Более того – я не могу больше думать ни о чем другом, черт бы тебя побрал!

– И что же? – с надеждой произнес я.

– Это очень важно, нам просто необходимо поговорить еще, Дэнни. Не знаешь, надолго ушла Марсия?

– Сказала, что вернется к семи.

– Тогда у нас еще масса времени. Не можешь прийти ко мне, скажем, минут через тридцать?

– Конечно. Где ты живешь?

– Когда выйдешь из подъезда, сразу пойдешь налево, дойдешь до второго перекрестка и, не переходя улицы, повернешь направо. Дом называется «Темпл Корт», ты увидишь его сразу. Восьмой этаж, номер 83, запомнил?

– Через полчаса буду у тебя, Соня.

– Зачем только ты сказал об убийстве? – В голосе ее вдруг зазвучали панические ноты. – Мне бы никогда в жизни не пришло в голову такое! Что ты наделал!

И она бросила трубку. Громкий щелчок неприятно отозвался у меня в барабанной перепонке.

Не успел я отнять руки от кнопки звонка, как дверь распахнулась. Белокурая Соня успела сменить свой кружевной брючный костюм на бикини кричащего оранжевого цвета.

– Простишь, что я так «закутана»? Эта проклятая квартира без кондиционера, и сейчас в ней немыслимая жара, градусов тридцать, не меньше. Ну, входи же, что ты встал?

Она провела меня в уютную гостиную, обставленную в неопределенном японско-гавайском стиле, и показала на когда-то белую кожаную кушетку.

– Почему бы тебе не присесть, Дэнни?

– Благодарю.

Сама уселась в низкое кресло напротив, скрестила длинные стройные ноги и откинула белокурую прядь, падавшую на глаза.

– Я все еще не решила, кто из нас сошел с ума, но прихожу к выводу, что мы оба сумасшедшие, – объявила она.

– Разве тебе ни разу не приходило в голову, что Кевина могли убить той ночью?

– Никогда! – Она потрясла головой. – Пока ты не намекнул об этом сегодня на балконе. У меня до сих пор бегают мурашки по коже, по всему телу, даже в тех местах, о которых не принято упоминать.

– Почему?

– Потому что, судя по тому, что ты высказал об убийстве Кевина, убить его могли только два человека – Марсия или я, верно?

– Верно. – Я надеялся, что это прозвучало у меня с уверенностью, которой я на самом деле не чувствовал.

– Понимаешь, почему я в таком состоянии, Дэнни? – спросила она слабым голоском. – Ведь я-то знаю, что не убивала Кевина.

– Значит, остается Марсия?

– Есть еще один вариант – непредумышленное убийство. Может быть, они дрались на балконе, Марсия в пылу борьбы сильно его толкнула, он отлетел на перила так неудачно, что перевернулся и свалился вниз.

– Ну да. Сложность нашего дела состоит в том, что если начать предполагать, то появляется масса вариантов. А если предположить, что кто-то ударил Кевина по голове тяжелым предметом сзади, потом, перевалив через перила, пока тот был в бессознательном состоянии, сбросил вниз? Как тебе нравится такой вариант?

Она озадаченно моргнула несколько раз своими фиалковыми глазами, потом криво улыбнулась.

– Ну и негодяй же ты, Дэнни. Неужели у тебя нет ни капли любви к Марсии, несмотря на то, что ты собираешься на ней жениться? Мне казалось, что ты хочешь помочь ей, а ты пытаешься ее уничтожить!

– Что за парень был этот Кевин? – Я не ответил на ее выпад.

– Что? – Она медленно покачала головой. – Какое это теперь имеет значение?

– Очень большое. Если его убили, то убийца должен был иметь на это вескую причину.

– Я его знала не настолько хорошо, – неуверенно заговорила она, – по правде говоря, встречала два-три раза, и только после того, как он был уже помолвлен с Марсией.

– А соблазняла его в тот вечер, чтобы повеселиться от нечего делать, набирая очки и продолжая старую игру?

– Да, – вид у Сони стал вызывающий, – и не думай, что Марсия не делала того же! – Она неохотно улыбнулась. – Я тебе кое-что должна сказать, Дэнни. Первые две встречи я изо всех сил старалась соблазнить Кевина, но он вел себя так, будто меня не существовало. Поэтому я и притащила то крепленое розовое вино на вечеринку. Я знала, что единственная возможность набрать свои пять очков представится только тогда, когда он порядочно выпьет и потеряет осторожность.

– И насколько тебе удалось его напоить?

– Он был достаточно пьян, чтобы я могла заманить его в спальню, но далек от невменяемого состояния.

– Пьян достаточно, чтобы потом свалиться с балкона? Нечаянно перевалиться через перила высотой почти в метр?

– Нет! – ответила она решительно. – Конечно, он не был настолько пьян!

– Разумеется, после того как он пролетел двадцать четыре этажа и ударился головой о бетон, ни одна медицинская комиссия не смогла бы определить точно, ударили его перед этим по голове или нет.

– Не надо, прошу тебя. – Она закрыла глаза и побледнела.

– Марсия вспоминает, что они поссорились после твоего ухода, – продолжал я, – а потом она отключилась и ничего не помнит из того, что было дальше. Вспоминает, что очнулась в спальне на кровати, встала, вышла на балкон, увидела внизу собравшихся людей и сразу поняла, что там лежит Кевин. К чему я клоню – если кто-то ударил его по голове и сбросил с балкона, то что могло ему помешать проделать то же с Марсией?

– Хватит тебе ходить вокруг и около! Скажи прямо, о ком ты думаешь, – обо мне? Думаешь, я вернулась в пентхаус или вообще никуда оттуда не уходила, потом оглушила обоих и столкнула Кевина с балкона?

– Это могла быть и ты, и любой другой, у кого была веская причина устранить Кевина.

– Клянусь, я не убивала его, – жалобно сказала она, – я могу поклясться на Библии или как тебе угодно. Прекрати выискивать причину смерти Кевина, Дэнни, побереги себя. Прошел уже почти год с тех пор, как это случилось, почему бы тебе не забыть об этом, как забыли все остальные?

– Марсия не забывает об этом ни на минуту! – резко сказал я. – Это до сих пор сводит ее с ума. Она не сможет забыть, пока не узнает всей правды!