Джеймс Чейз - Гроб из Гонконга

– Какое отношение она имеет к Беллингу?

– Она привела меня сюда. Поспеши, приятель, иначе ты можешь просто опоздать.

Хэмиш сказал что-то полицейскому, и тот побежал вниз.

Через полчаса я вернулся на остров и пообщался с шеф-инспектором. Должно быть, его вытащили из постели, так как вид у Маккарти был не очень довольный.

Голова у меня еще болела, но выпив чашку чая, я почувствовал себя значительно лучше. Сержант Хэмиш прислонился к стене, вооружился зубочисткой и уставился в пространство ничего не выражающим взглядом. Маккарти посасывал неизменную трубку.

Я рассказал ему о моем разговоре с Шухай Тон и о том, как потрясло ее известие о смерти Джоян.

– Мне показалось, что она захочет поделиться этой новостью со своими приятелями, – продолжал я. – Подождав ее на улице, я последовал за ней.

Затем я подробно описал им дальнейшие события этого злополучного вечера.

После долгой паузы Маккарти сказал:

– Вам следовало сразу прийти к нам.

Я оставил это замечание без ответа, а он некоторое время обдумывал полученные от меня сведения. Потом зазвонил телефон. Он поднял трубку, выслушал сообщение и сказал:

– Продолжайте наблюдение. Она мне нужна.

– Девушка не возвращалась домой, – сказал он. – Но наш человек наблюдает за домом, и мы обязательно разыщем ее.

– Я и не надеялся, что она будет дожидаться прихода полиции у себя дома. Меня не удивит, если ее найдут в заливе, как Лейлу. У вас есть фотография Беллинга? – спросил я. – Мне сдается, что я разговаривал не с ним. Тот парень говорил, как американец.

Маккарти открыл ящик стола и достал оттуда пухлую папку, внушительная толщина которой подсказала мне, что Маккарти интересуется личностью Беллинга более детально, нежели поведал об этом мне. Шеф-инспектор вынул снимок и бросил его так, что тот лег прямо против меня. Я взглянул на него и почувствовал, как мурашки поползли по спине. Это был тот же самый снимок, который передала мне Джейн Уэст и тот же самый снимок, который я нашел на дне чемодана Джоян. Все то же безжалостное лицо гангстера, которое, по словам Джейн, принадлежало Герману Джефферсону.

– Вы уверены, что это Беллинг? – спросил я.

Маккарти непонимающе посмотрел на меня.

– Это полицейская фотография. Мы разослали такие снимки в газеты, когда начали разыскивать его. Так что сомнений быть не может – это Фрэнк Беллинг.

– Я разговаривал не с этим человеком… хотя он назвался Беллингом.

Маккарти отпил чай и начал выбивать трубку. По энергии, которую он вкладывал в это занятие, я понял, что он злится на меня.

– Тогда с кем же вы разговаривали?

– Вы когда-нибудь встречались с Джефферсоном?

– Да… А что?

– У вас есть его фотография?

– Нет… Он ведь американский подданный.

– Можете его описать?

– Худой, с резкими чертами лица, волосы редкие, соломенного цвета.

– Точь-в-точь тот тип, с которым я разговаривал час назад. Черт возьми! Так я видел Германа!

Наступила долгая пауза, потом Маккарти сказал:

– Джефферсон умер, а его тело отправлено самолетом в Америку.

– Джефферсон жив! Во всяком случае, он был жив еще час назад.

– Труп в машине так обгорел, что идентификация была практически невозможна, но жена опознала его по кольцу на пальце и портсигару. У нас не было причин считать, что этот человек не Джефферсон, – сказал Маккарти, как бы пытаясь убедить самого себя.

– Если это не Джефферсон, а я чертовски уверен в обратном, то кто же это тогда? – спросил я.

– Почему вы спрашиваете меня? – удивился Маккарти. – У нас все еще нет причин считать, что Джефферсон жив.

– Высокий худой мужчина с зелеными глазами и редкими волосами, тонкими губами, – сказал я и, немного подумав, добавил: – На правой руке у него искривлен мизинец. Похоже, что он когда-то был сломан и неправильно сросся.

– Это Джефферсон, – изрек Хэмиш, молчавший до сих пор. – Я помню его кривой палец.

– Так кого же мы отправили в Америку?

– Я думаю, труп Фрэнка Беллинга, – ответил я. – Но для чего Джефферсон пытался меня убедить, что он Беллинг? Зачем ему это понадобилось? – Я потрогал шишку на черепе и поморщился. – Если вы не против, я отправлюсь домой, а то чувствую себя так, словно меня переехала машина.

– Вы и выглядите так, – посочувствовал Маккарти. – Опишите нам Вонга.

– Приземистый, толстый, с золотыми зубами. На мой взгляд, он ничем не отличается от остальных китайцев.

– Это верно, – согласился Маккарти, подавляя зевоту. – Они все для нас на одно лицо, как и мы для них. – Он повернулся к Хэмишу. – Возьмите людей и прочешите район. Посмотрим, не удастся ли найти Джефферсона. Я не слишком верю в успех, но попытка не пытка. – Потом повернулся ко мне: – О'кей, Райан. Можете отправляться домой. Остальным мы займемся сами.

Я вышел из комнаты вместе с Хэмишем.

– Искать там Джефферсона – все равно что иголку в стоге сена, – рассердился Хэмиш. – Никто ничего не знает, все покрывают друг друга.

– Не унывайте, – жестко сказал я. – По крайней мере у вас будет хоть какое-то занятие.

Сев в машину, я отправился в отель, чувствуя себя старым и разбитым. Дежурный подал мне ключ. Большинство номеров состояло из двух комнат, гостиной и спальни, разделенных занавесками. Открыв дверь, я вошел в гостиную, зажег свет и снял куртку. Благодаря кондиционеру в комнате было прохладно. Единственным моим желанием было принять скорее душ и лечь в постель. Но не тут-то было. Раздвинув занавески, я вошел в спальню и увидел, что на моей кровати лежит женщина. Это была Стелла Энрайт, одетая в черное с золотом платье для коктейлей. Туфли валялись около кровати. С секунду мне казалось, что она мертва, но потом я понял, что она просто спит. Я стоял и смотрел на нее. Голова раскалывалась от боли, и я никак не мог понять, как она проникла в мой номер. Как будто почувствовав мой взгляд, Стелла открыла глаза и села на кровати, поджав длинные ноги.

– Простите, – улыбнулась она. – Я вас так долго ждала, что успела уснуть.

– Неужели долго? – спросил я, только чтобы что-то сказать.

Плюхнувшись в кресло, я терпеливо ждал, когда она наденет туфли. Она поправила волосы и перешла в гостиную. Я поплелся следом.

– Я здесь с десяти часов, – объяснила она. – Я так беспокоилась о вас, что решила узнать, почему вы не пришли на пристань. Что с вами случилось? Из-за вас я едва не упустила пароход.

– Меня задержали, – ответил я, думая о китайце с ножом и о другом, с винтовкой. – Теперь я у вас кое-что спрошу. Это вам пришла в голову идея пригласить меня на остров с водопадами?

Стелла уселась на подлокотник кресла лицом ко мне.

– Что вы имеете в виду?

– Ничего особенного… Просто я сгораю от любопытства: это ваша мысль или вам кто-то посоветовал?