Сергей Лесков - Отпуск

– Так… А теперь скажи мне, кто он такой?

– Скажу. Почему же не сказать. Он всю свою сознательную жизнь отработал в отечественных спецслужбах. Где точно, сказать не могу, он не распространялся. А сейчас работает по детективной лицензии. В городе, как ты догадываешься, работать частным детективом без поддержки тех же спецслужб, а также без определенной поддержки криминальных структур невозможно. Теперь ты, надеюсь, понял, что официальным путем привязать его к этому убийству просто невозможно, да и моя совесть не позволит мне даже и пытаться этим заниматься. А неофициальным путем, сдав его Светлому, чтобы тот предпринял действия для возвращения карточки, просто нецелесообразно. Я уверен, что положительного результатов с позиции силы тот не добьется, тем более в чужом городе.

– Так. Дальше. Предлагай.

– Остается лишь один вариант, и я его предварительно уже обговаривал с этим сыщиком. Кстати, прекрасный человек и профессионал. Нам в отделе таких не хватает.

– Не отвлекайся, продолжай.

– А вариант следующий. При получении необходимых гарантий с нашей стороны, что ему и, главное, его жене ничего не грозит от наших Организованных Преступных Группировок, он отдает мне или тебе эту карточку. Все очень просто и надежно. Со Светлым у него нет ни малейшего желания встречаться. Иными словами, его анкетные данные мы не легализуем перед бандитами, а он отдает нам карточку. В противном случае, как говорят в нашей доблестной Думе, консенсус достигнут не будет. И наш любимый Михаил никогда не получит обратно потерянного пластика. А если начнет активные агрессивные меры по розыску и какому-то наказанию данного человека, то, думаю, что в скором времени об этом пожалеет, хотя, вероятно, и сможет чего-нибудь достичь в этом направлении. Но какой ценой? Все!

Афанасьев замолчал и отошел к окну. Шеф молча закурил папиросу «Беломорканал» и задумался. Минут десять в кабинете висела гробовая тишина. Затем Игорь Геннадьевич посмотрел на майора и сказал:

– Кажется, я понимаю, почему сначала пропал, а потом якобы разбился третий бандит из окружения Светлого. Кстати, сегодня его хоронили. У Миши могут возникнуть неприятные вопросы. А вообще-то я тебя понял и полностью с тобой согласен. Похоже, что другого пути здесь не имеется. Ладно, сейчас позвоню другу Мише и договорюсь с ним о встрече. Данные этого парня ты мне, конечно, не дашь.

Прибытков не спросил об этом Петровича, а сказал практически утвердительно.

– Не просто не дам, а не могу дать. Я даже не уверен, знаю ли я его имя.

– Черт возьми, но ты же видел номера машины.

– Игорь. Лично я видел у него в машине комплект номеров, причем разных регионов России. Я даже не уверен, что он из Пскова. Это все с его слов. Естественно, никаких документов он мне не собирался показывать. А на случай официальной проверки у него имелась грамотнейшая и профессионально сработанная справка о краже документов в каком-то городе Энске. У этого парня все было предусмотрено и просчитано.

– Да … твою мать. А как же ты возьмешь у него карточку?

– Он мне позвонит сегодня вечером на мобильный. Вот в этом я уверен на сто процентов и отвечаю за свои слова не только перед каким-то Светлым, но хоть перед самим Владимиром Владимировичем Путиным. Я же говорил, что достаточно узнал этого человека.

– Да уж, достаточно… даже имени точно не знаешь.

– Я знаю все что нужно, для того чтобы сдержать данное Светлому слово по поводу возвращения ему этой карточки. Все, Игорь. Давай звони своему пахану. Дело делать надо.

Прибытков еще немного помолчал, затем набрал с мобильного номер Михаила и, когда ему ответили, сказал:

– Добрый день, это я. Надо встретиться, – затем через короткие промежутки времени коротко бросал следующие фразы. – Есть… всякие, и хорошие, и не очень… не по телефону. Встретимся через час там же, где и в прошлый раз. Да. Будь один.

Прибытков спрятал свой телефон в карман, просмотрел на Петровича и сказал:

– Будь через пару часов недалеко от отдела, я позвоню, и, возможно, где-нибудь встретимся на нейтральной территории. В отделе не светись, у тебя еще несколько дней отпуска. Возможно, придется его еще продлить. Все. Иди.

Они пожали друг другу руки и разошлись. Майор был доволен разговором с шефом. Оставалось ждать результата его встречи с Михаилом.

Кафе «Надежда» отличалось хорошей кухней и высокими ценами. Видимо, это и являлось одной из причин, что здесь практически всегда имелись свободные столики. Обслуживание также было на уровне. Здесь нередко встречались деловые люди для обсуждения каких-либо насущных проблем и важных вопросов. Обстановка располагала к конфиденциальным разговорам. Столики находились на значительном расстоянии друг от друга, многие были разъединены ширмой, что также способствовало таким встречам и беседам и гарантировало невозможность подслушивания.

За крайним столиком в углу сидели Прибытков и Светлый. Сидели уже более получаса, выпив несколько чашек кофе, который, кстати, был хорош. Шеф Афанасьева закончил говорить несколько минут назад, и сейчас между ними витала тишина. Светлый смотрел в одну точку, выражение его лица было непроницаемым.

Прибытков все по полочкам разложил Михаилу и сейчас ждал, что решит Светлый. А тот не торопился принимать решение. Помолчав еще пару минут, он позвал официантку и заказал очередную порцию кофе. От кофе Игоря Геннадьевича уже мутило, и он от своей порции отказался. Наконец Михаил что-то решил, в упор посмотрел на милиционера и выдал:

– Я не верю, что Матвей погиб по своей глупости. Если все, что ты говорил, правда, то он ушел вслед за Морковным и Коляном. Это несколько меняет диспозицию. У меня нет оснований верить этому парню, что все произошло так, как ты мне сейчас рассказал. За время, прошедшее после убийства парней у озера, открылся ряд обстоятельств, которые меня запутали полностью, и от этих непоняток мне становится не по себе. Вполне вероятно, что ваш сыщик из Пскова или Новгорода может несколько их прояснить. Поэтому просто необходимо, чтобы мы с ним встретились. И желательно, чтобы это происходило у нас в городе.

– Объясни, я не очень тебя понимаю, а вернее, совсем не понимаю.

– Хорошо. Ты единственный, с кем я в данное время могу говорить открыто.

В это время девушка принесла кофе, и Михаил замолчал. После того как кофе был поставлен на стол, он продолжал молчать еще почти две минуты, затем заговорил. Прибытков начал понимать, что Светлый находится не в своей тарелке, было очень похоже, что в него вселился страх.

– Слушай внимательно и старайся сразу же по ходу моего рассказа анализировать ситуацию. Мне необходим твой совет.