Дарья Донцова - Букет прекрасных дам

— Не говори чушь, — вспылила женщина, — о тебе же забочусь. Который день квасишь без остановки. Давно на себя в зеркало смотрела?

— А у меня его нет, — хрипло рассмеялась Неля, — мне без надобности, не поеду.

Воцарилось молчание. Потом женщина спросила:

— Видишь?

— Дай, — потребовала Неля.

— Только в Криково. Я тебе там целый ящик куплю.

— И чего тебе, Лариска, надо, не пойму, — протянула Неля.

— Давай, давай, собирайся, на даче хорошо, тепло, газ, поживешь в домике садовника.

— Ох, продашь мою квартирку!

— На, — сказала Лариса.

И снова повисла тишина. Больше бабуся ничего не расслышала, но ее разобрало жуткое, просто невероятное любопытство. Решив посмотреть на таинственную Ларису, бабушка вышла в прихожую и прилипла к «глазку».

— Такая приличная дама, — запоздало удивлялась старушка, — в красном кожаном пальто, сверху белый мех, а Неля ей «тыкала». Откуда у нашей алкоголички такие знакомые взялись?

Весь вечер бабушка и так и эдак раздумывала над этим вопросом и в конце концов догадалась. Не иначе, как Неля решила квартиру продать, вот клиентка ее и обхаживает. Думает, поселит у себя на даче, подпоит как следует, алкоголичка и размякнет, за полцены хоромы отдаст.

— А тут и вы сегодня появились, — объяснила бабушка, — совсем понятно стало.

— Не припомните, во сколько часов приходила покупательница?

— Около девяти вечера, — сообщила старуха, — точно знаю, телевизор программу «Время» заиграл, а я новости не люблю, вот и пошла мыться.

— Дача точно в Криково?

— Совершенно верно, — кивнула бабушка, — Криково, у нас там когда-то сноха жила, Аня, царствие ей небесное.

— А женщину звали Лариса?

— Лариса, Лариса, — закивала головой бабулька.

Я поблагодарил словоохотливую старушку и спустился к машине. Значит, около девяти вечера к Неле явилась женщина по имени Лариса и увезла пьянчугу в Криково. Либо это простое совпадение, либо вырисовывается интересная картина.

Подумав немного, я позвонил Федотовой.

— Алло, — пропела девушка.

— Сделайте милость, позовите маму.

— Это я, Лариса.

— Ох, простите, Подушкин беспокоит.

— Ничего, — засмеялась Федотова, — нас все по телефону путают.

— Вас легко можно принять друг за друга и воочию.

— Иван Павлович, вы льстец, — продолжала веселиться Лариса, — представляю, как вокруг вас пачками падают одураченные дамы.

— Дорогая Лариса, мне так неудобно за вчерашнее.

— Ерунда.

— Разрешите заехать на минутку?

— Так и быть.

Открывая дверь, она увидала роскошный букет и улыбнулась:

— Люблю розы.

— Рад, что угодил, — ответил я и повесил свою куртку возле красного кожаного плаща с белым песцовым воротником. — Какое элегантное пальто.

— Такое в Москве одно, — пояснила Лариса. — Инга Реутова, модельер, представила его осенью в коллекции, а я купила после показа. Правда, вначале оно мне показалось излишне ярким, но сейчас ношу с удовольствием. Кофе?

— Ну уж нет, — рассмеялся я, — просто заскочил отдать цветы. Примите мои извинения.

— Бросьте, — махнула рукой Лариса, — ваша мать очаровательна, если бы не произошедшая вчера с вами досадная неприятность, я бы никогда не познакомилась с Николеттой.

— Хотел вчера извиниться, звонил, звонил, но никто не подошел.

— Я ходила в театр, — быстро ответила Лариса.

Тут в прихожую вышла Ксюша и капризно протянула:

— Ма, вели Пете отвезти меня на хореографию.

— Он еще не вернулся.

— Я опоздаю!

— Возьми такси.

— Ни за что! В нем будет бензином вонять! Меня укачает.

— Поезжай на метро.

— Ма! Ты что!!! Там одни козлы катаются!!!

— Тогда оставайся дома, — вспылила Лариса.

— С удовольствием отвезу вас куда угодно, — галантно предложил я.

— Отлично, — обрадовалась девушка, — тогда шевелитесь. Впрочем, погодите, я сумку забыла.

Обдав меня запахом французских духов, девица унеслась в глубь квартиры. Лариса развела руками.

— Нынешние дети не то что мы. Никаких комплексов и угрызений совести. Уж и не знаю, хорошо это или плохо.

С Ксюшей мы провели вместе почти час. Попали в пробку и довольно долго стояли в потоке машин. Как все молодые девчонки, дочь Ларисы оказалась глуповата и замечательно болтлива. Ее умело накрашенный ротик не закрывался ни на минуту. На всякий случай я выяснил, что она родилась восьмого июня. Слава богу, Ксюша никак не могла быть сестрой Риты, а то мне в голову уже полезли дурацкие мысли о тройняшках. К тому же Ксюша оказалась на год моложе внучки Элеоноры.

Успокоившись, я стал очень осторожно задавать вопросы, но Ксюша не усмотрела в них ничего, кроме естественного желания человека потрепаться, и отвечала бесхитростно. Да, у них есть дача в Криково, отличный двухэтажный кирпичный дом. Но живут они там только летом, маме не нравится тишина, стоящая в поселке темными осенними и зимними вечерами. Летом — другое дело, летом — весело. Приезжают друзья, жарят шашлыки, устраивают маскарады. Есть у них и домик садовника, только никто там не живет. В избушке селят иногда гостей, тех, кто попроще, потому что в ней только одна крохотная комната с кухонькой и рукомойником. В даче стоит джакузи, а в домике даже ванной нет. Любит ли мама ходить в театр? Не очень. Она предпочитает гости, потому что обожает играть в бридж, кстати, почти всегда выигрывает. Ходила ли вчера? Похоже, что нет, сидела дома. Впрочем, ездила в супермаркет за мороженым и два часа толкалась по магазинам, она это обожает.

Я высадил болтушку в нужном месте и взглянул на часы. Ровно четырнадцать ноль-ноль. Криково, по словам Ксюши, расположено в двух шагах от Москвы. Я вытащил атлас и перелистал страницы. Вот оно, восемнадцатый километр Минского шоссе, а мои «Жигули» весьма удачно стоят в самом начале Кутузовского проспекта, езды до нужного места минут десять.

Включив поворотник, я встроился в поток машин и покатил по шоссе. Интересно, что такое знает милейшая Неля Малышева, если Лариса так перепугалась. И что она подсыпала мне в кофе?

Память услужливо развернула картину вчерашнего дня. Вот я сижу в гостиной у Федотовых. Хозяйка мила, но и только. Ни кофе, ни чаю мне не предлагает. Об угощении Лариса вспомнила лишь тогда, когда я со вздохом сказал:

— Теперь отправлюсь к Малышевой.

Причем сначала она пыталась меня отговорить, рассказывая об алкогольных пристрастиях Нели, но, когда поняла, что я все же сейчас поеду к ней, засуетилась и попросила дочь подать кофе. И что же было дальше? Ксюша внесла поднос, а Лариса предложила мне помыть руки. Вот когда она нафаршировала мою чашку! Ну и пройда! А какая актриса, Николетта ей в подметки не годится. Вызвала врача, Николетту, изобразила тревогу… Все только для того, чтобы я отправился домой и забрался в постель. А сама понеслась к Малышевой и увезла ее в Криково, зачем?