Дарья Донцова - Букет прекрасных дам

Он обвел взглядом не проронившую ни слова Нелю и продолжил:

— У нас на предприятии пропускная система, могу взять только одну из вас, решайте кого.

— Я поеду, — быстро сказала Лариса.

Она замолчала. Я подождал минуту и спросил:

— Ну что? Получили деньги?

— Знаю, — пробормотала Федотова, — знаю, Нелька наболтала вам, будто я осталась у него на ночь, отбила мужика у Ольги. Только это неправда, у нас роман начался после ее смерти! Я тогда деньги получила и Оле отдала. Она их спокойно спрятала в сумочку.

Увидав такую реакцию, Лариса решила, что подруга ее обманывала, но той ничего не сказала.

Потом Родионова погибла, а у Ларисы начался роман с этим мужчиной. Через месяц она оказалась беременной. Она, естественно, сообщила любовнику, тот дал денег на аборт. Лариса, в отличие от Ольги, совершенно трезвая особа, поэтому мигом понеслась в больницу, где ее от аборта отговорили. Операцию ни в коем случае делать было нельзя, так как после этого никогда не стать ей матерью.

Лариса кинулась к кавалеру. Но он, еще вчера клявшийся в любви, процедил сквозь зубы:

— Ну, милая, повесить на меня ребенка еще никому не удалось. И вообще, проблема контрацепции исключительно дамская. Делай аборт.

— Но у меня больше никогда не будет детей, — возразила Лариса.

Кавалер поморщился:

— И не надо. Впрочем, поступай как знаешь. Но, имей в виду, на меня не рассчитывай, помогать не стану. Деньги на аборт, пожалуйста, дам, но не надейся сделать из меня папашу.

Тут только до Ларисы дошло, что Ольга говорила правду. Ситуация повторилась, только Федотова не была восторженной дурочкой. Быстренько прикинув сроки, она выскочила замуж за безнадежно влюбленного в нее губастого Кольку Федотова. Даже не пришлось менять фамилию.

Летом Лариса родила девочку, обманув мужа, что младенец недоношенный. С любовником она больше не встречалась. Кстати, ей повезло. Губошлеп Коля, казавшийся жутким увальнем и лентяем, на гребне перестройки взлетел вверх, занявшись бизнесом. Теперь у них дом полная чаша, одна беда: Коля очень ревнив и частенько устраивает жене скандалы, выясняя, где та проводила время. Впрочем, Лариса старается супруга лишний раз не дразнить.

— Нелька — дрянь, — нервно сказала она, — отвратительная особа. Господи, как я жалею, что взяла ее тогда с собой.

— Она вас шантажировала, — скорей уточнил, чем спросил я.

Лариса кивнула.

— Мы довольно долго не общались, а примерно год назад она позвонила, предложила встретиться.

Лариса, не думавшая ни о чем плохом, радостно согласилась. Ей хотелось увидеть подругу юности. Неля явилась в ужасном виде, и Ларисе сразу стало понятно: бывшая одноклассница — алкоголичка, вконец опустившаяся баба.

Попили чай, приготовленный коньяк Лариса предусмотрительно не подала к столу. Потом Неля попросила пару сотен взаймы. Ясное дело, что давать деньги было нельзя, но Лариса жалостливая, а двести рублей для нее ничего не значат.

Неля схватила подачку, исчезла, обещав вернуть долг через месяц. Но не прошло и семи дней, как она объявилась вновь и опять попросила материальную помощь. Кляня себя за глупость, Федотова опять дала денег. Однако когда Неля притопала в третий раз, Лариса обозлилась и сказала:

— Дорогая, тут не фонд помощи алкоголикам, ты мне и так уже должна достаточно.

Неля ухмыльнулась, обнажив черные корешки зубов:

— Нет, это ты мне теперь всю жизнь должна будешь.

— За что? — изумилась Лариса. — Когда я у тебя хоть рубль брала?

— А за то, — преспокойно ответила Неля, продолжая гадко ухмыляться, — что твоя Ксюха и Рита, дочка покойной Ольги Родионовой, похожи, как две капли воды, ну чистые близнецы. У меня и фотка есть, да ты глянь, не стесняйся.

Лариса уставилась на снимок и обомлела. Перед ней было изображение Ксюши. Только через пару минут до Федотовой дошло, что у девочки на фото глаза карие, а не ярко-голубые.

— Ну как, — ухмыльнулась Неля, — стоит такая новость денег?

Лариса молчала, соображая, как выкрутиться из более чем неприятной ситуации.

— Да, — протянула Неля, — хорошо ты, Лариска, живешь, богато, евроремонт, ковры, посуда. Тяжело будет в сарае оказаться. Да и работать небось не привыкла.

— С чего бы мне в сарай переезжать, — хмыкнула Федотова.

— Да Колька тебе и квартиры не купит, — пояснила Неля, — вытолкает за обман голой на улицу, вместе с выблядком, очень уж он ревнивый. А тут такой облом вышел! Столько лет чужую девку кормил да жену-обманщицу!

— Сколько? — спросила Лариса.

— Пятьсот баксов, — ответила Неля.

— И вы платили? — поинтересовался я.

Женщина кивнула.

— Теперь и вам придется деньги давать. Говорите лучше сразу сумму, не тяните.

— Значит, вы испугались, что я пойду к Неле, та все расскажет, — протянул я, — поэтому подсыпали мне в кофе какой-то дряни и увезли Нелю в Криково?

— А что делать было? — заломила руки Лариса. — Все жду, когда эта дрянь допьется до смерти, а ее ничего не берет, теперь еще вы на мою голову свалились. Ну, сколько?

— Совершенно не… — начал я, но тут раздался стук в окошко.

Мы разом повернули головы вправо. За стеклом в наступающих сумерках маячил силуэт мужчины в ярко-синей куртке.

— Нет, — прошептала Лариса, — нет, только не это, нет.

Я в изумлении глянул на нее. Лицо женщины посерело, на переносице выступили капли пота, глаза странно расширились.

— Что с вами? — испугался я.

— М-м-м-м, — простонала Лариса и свалилась на бок.

— Откройте же, пожалуйста, — постучал еще раз мужчина.

Я быстро распахнул дверцу.

— Кто вы?

— Вадим Кротов, — ответил парень, — вот там живу, в зеленом доме, подбросьте до города, а? Вот хорошо, что на вас наткнулся, думал, что до шоссе переть на своих двоих придется, а тут машина, просто удача. Ой, а что это с ней?

— Не знаю, вы постучали в окошко, а она в обморок упала.

— Да это же Лариса! — воскликнул юноша. — Соседка наша, может, снежком ей лицо протереть?

Мы пробовали привести Федотову в чувство, но безрезультатно.

— Вы умеете водить машину? — спросил я.

— Да, но только «Жигули», иномарку не пробовал.

— Садитесь в мой автомобиль, — велел я, — и езжайте следом.

Примерно минут через сорок мы добрались до НИИ имени Склифосовского. Лариса так и не пришла в себя. Из полуоткрытого рта стекала струйка слюны, время от времени женщина издавала протяжный, какой-то звериный стон.

— О-о-о.

Вконец перепуганные, мы с парнем внесли ее в приемный покой и отдали врачам. Потом он ушел, я же позвонил домой к Федотовым, налетел на Николая и сообщил, что его жена заболела.

— Еду, — коротко отреагировал тот.

Я сел в коридоре на банкетку и прислонился к стене.