Ирина Хрусталева - С легким наваром

– Ну, слава богу, а то я уж думал… – То, что он подумал, Николай не договорил. – Вероника, вот здесь я тебе фрукты принес. Ешь, поправляйся, завтра я приеду снова, а сейчас поеду, посмотрю, что там с домом. Когда ты полностью придешь в себя, ты мне все объяснишь, а сейчас не буду тебя больше утомлять. До свидания, Юлия, удачи тебе в сборе мочи.

– Спасибо, дорогой, постараюсь план по сбору перевыполнить, – шпилькой на шпильку ехидно ответила девушка.

@INT-20 = На следующий день, уже с шести утра их мучения начались с того, что медсестра вошла в палату и гаркнула:

– У кого утренняя моча, подъем. Быстренько в туалет, емкости наполнили. Потом шагом марш в палату, градуснички поставили, температурку измерили, а через десять минут ко мне на пост, давление мерить.

– Прямо не больница, а казарма, ать, два, время пошло, – простонала Юлька.

Она взяла бутылочку для мочи и, посмотрев на нее обалдевшим взглядом, возмутилась:

– Я что, снайпер, чтобы в такое узкое горлышко попасть? Вчера баночки были, а это что?

Медсестра добродушно захохотала и посоветовала:

– А ты в мужское отделение сходи, они эту задачу без проблем решают, может, и тебе помогут.

– Ага, и потом мне объявят: анализ мочи показал, что я импотент, приговор окончательный и обжалованию не подлежит.

Грудь медсестры заколыхалась от смеха.

– Ох, веселая ты девка, люблю таких. Ладно, сейчас на банку поменяю.

– Вот спасибо, и нам бы с подружкой еще халатики приличные, а то дали рванье, да еще с бинтами вместо завязок.

– А это уже не ко мне, это к сестре-хозяйке вопрос. Скажу по секрету, решить его можно.

Дальше все пошло своим чередом. После несъедобного завтрака пришли врачи на обход. После обхода в палату впорхнула медсестра с металлическим подносом, на котором в рядок были уложены шприцы.

– Так, девочки, на животики легли, попочки оголили, сейчас я вам укольчики поставлю.

После этой болезненной процедуры Вероника, кряхтя и охая, перевернулась на спину и простонала:

– Одуреть можно, сколько нам уже уколов впороли за сутки. Вчера три раза по четыре и сегодня опять четыре. У меня уже задница из плоскогорья в бугристую местность превратилась.

В это время в палату, точно тайфун, влетела мать Юлии.

– Девочки, миленькие, что произошло? Что с вами случилось? Юленька, доченька, как же так? Ведь ты сказала, что поедешь к бабушке. Как ты оказалась на даче у Вероники?

– Мам, на такое количество вопросов может ответить только кроссвордоман, – промямлила Юлия. – Ну и поехала, давно не виделись, соскучилась. Что удивительного?

– Что же там произошло? – утирая слезы, прорыдала женщина.

– Что бы ни произошло, это уже не имеет значения. Главное, мы живы, а остальное суета, – поглаживая мать по руке, проговорила Юля. – Мам, успокойся. Посмотри на меня, видишь, я здорова как лошадь. Чего плакать-то?

Надежда Ивановна вытерла слезы, трубно высморкалась и сразу же принялась за дело.

– Вот, девочки, я вам тут курочку пожарила с картошечкой, салатик накрошила и селедочку разделала. Там в сумке фрукты и соки лежат. В другой сумке халаты, тапочки и сменное белье. Там же туалетные принадлежности. Господи, какие же вы бледненькие, давайте кушайте. Я уж не буду у вас задерживаться, коли все нормально, а то я с работы отпросилась. Вечерком забегу снова.

Она поцеловала их и так же стремительно, как и вошла, выскочила из палаты. Юлька тут же, потирая руки, залезла в сумку и вытащила пластмассовый контейнер с курицей и картошкой.

– О, как здорово, еще тепленькая. Давай, подруга, наваливайся, а то от местной жратвы ноги протянем. Видала, как кормят? Прямо ресторан «Астория».

Девушки с аппетитом принялись за еду и вдруг услышали глубокий вздох, который доносился с койки у окна.

– Баба Маш, давай с нами кушать, а то я смотрю, вы и на завтрак не ходили, – предложила Юля.

– Спасибо, деточка, что-то не хочется, мне бы врача позвать, сердце, кажется, прихватило.

Юля тут же подскочила, как ужаленная, и схватила свою сумку.

– Баба Маш, вот, выпей лекарство, пока мы за врачом сбегаем. Очень хорошее, от сердечных приступов. Я его все время в сумке держу, так, на всякий случай.

Она подлетела к бабуле и, запихнув ей таблетку в рот, помогла запить водой.

Пока Юля врачевала старушку, Вероника уже сбегала за доктором. Тот стремительно вошел в палату и, подойдя к бабуле, спросил:

– Что беспокоит, Марья Филипповна?

– Да уже вроде ничего, сынок. Вон Юлечка лекарство дала, вмиг отпустило.

– Да? Что за лекарство вы дали, Юлия Андреевна?

– Вот посмотрите, – та протянула доктору упаковку.

– Да, действительно хорошее, – дал заключение врач и удалился из палаты.

Девушки смолотили все, что было в контейнере, сверху приправили фруктами и залили соком. И уже сытые, как кошки после сметаны, улеглись на постель.

– Нужно будет к Софье Павловне сходить немного погодя, когда все обходы закончатся. Она в токсикологии лежит, на втором этаже этого же корпуса, я уже узнавала, – проговорила Вероника, а потом добавила: – И еще кое-кого навестить хочу.

– Это кого же? – удивилась Юлия.

– Да есть здесь один травмированный, со сломанными ребрами.

– Знакомый, что ли?

– Ага, знакомый. На дороге познакомились, его «Ягуар» с моей «десяткой».

– Неужели ДТП?

– Оно самое, – тяжело вздохнула Вероника.

– А ты мне ничего не говорила.

– Когда говорить-то было? Мы с тобой полночи о твоих мужиках проболтали, а потом взорвались.

Вероника поднялась с постели, натянула халат и пошла к двери.

– Ты куда это собралась?

– На кудыкину гору. Юль, можно без глупых вопросов? В туалет я, пописать захотела. Можно?

– Топай, топай, не расплескай по дороге. А я вот, наверное, всю мочу на анализы раздала, в туалет совсем не хочется.

– А тебя никто и не зовет, – засмеялась Вероника.

Когда Вероника вернулась от гинеколога, Юля ей сказала:

– А тебе тут опять приходили укол делать. Только я сказала, что ты сейчас в туалете. Обещали попозже прийти.

– Какой еще укол? Они что, совсем здесь офонарели? – взвилась Вероника и выскочила из палаты. Она как фурия подлетела к медсестре и зашипела: – У меня уже вся задница в шишках и буграх.

– Возьмите в холодильнике грелку со льдом и приложите к больному месту, – спокойно ответила та.

– Дашенька, если вы каждый час будете приходить ко мне со шприцем, то мне никакая грелка не поможет.

– Почему каждый час? Я вам утром сделала четыре, теперь в обед еще четыре, а потом уже вечером.

– А только что кто приходил, чтобы пятый сделать?

– Господь с вами, Вероника Дмитриевна, никакого пятого укола вам не назначали, и я никуда не приходила.

– А кто? – вытаращив глаза, глупо улыбнулась Ника.