Дарья Донцова - Синий мопс счастья

Вот лентяйки, ведь деньги плачу, отличная прибавка к пенсии или зарплате. Но нет, никто не желает трудиться, хотят доллары просто так получать. А потом появилась Римма, и проблема решилась! Такая замечательная девушка! Ни разу не пропустила прогулки, приходила минута в минуту, очень аккуратная, одним словом, находка. Тихая, лишнего слова не обронит. Я про нее знала минимум информации: учится в школе, живет в бараках, мать пьяница. Иногда я ей старые вещи отдавала, и девочка так меня благодарила, что неудобно делалось.

– Она никогда с вами не откровенничала?

– Нет.

– Не жаловалась на жизнь?

– Нет. Ходила к нам долго. Последнее время я дала ей ключи, она очень честная, можно было оставить любые деньги – не возьмет. И ни разу не пропустила службу. Вот почему я заволновалась, когда она не пришла в урочный час, и побежала к ней домой.

Наташа сразу нашла нужную комнату, открыла незапертую дверь и обнаружила Римму в куртке и сапогах лежащей около кровати.

– Вы пытались ее спасти?

Наташа покачала головой:

– Нет.

– Почему? Ведь вы медик! Отчего не делали искусственное дыхание, массаж сердца.

– Бесполезно было, – тихо ответила Наташа, – реанимационные действия хороши лишь тогда, когда человек скончался на ваших глазах. А когда я влетела в ее комнату, Римма уже давно была мертва.

– А отчего она умерла?

Наташа дернула поводок.

– Эй, Сима, пошли кушать. Отчего? Разве можно ответить без экспертизы! Но лично мое, частное мнение: у Риммы скорей всего имелся порок сердца.

– Почему вы так решили?

– По некоторым признакам похоже было. Кстати, патология развития часто бывает у детей алкоголиков. Лично мне кажется: у девочки случился сердечный приступ. И Борис Сергеевич того же мнения.

– Ваш муж тоже ходил в барак?

– Нет, конечно, он с моих слов заключение сделал. Поверьте, нам искренне жаль Римму, но ничего про нее, кроме общих сведений, мы не знали. И, как нам с мужем кажется, в смерти девочки нет ничего криминального.

Мы вошли в лифт, чуть раскачиваясь и постанывая, кабина поползла на нужный этаж.

– Где вы познакомились с Риммой? – поинтересовалась я.

– Ее Виталик привел.

– Ваш сын? – удивилась я.

– Да, – кивнула Наташа, – просто однажды я иду домой и вижу, как наших собак прогуливает незнакомая девочка. Ну вошла в квартиру, а Виталя и заявляет: «Мать, я нашел прислугу, можешь много ей не платить, грошам обрадуется». Вот так Римма у нас и появилась.

– И вы не поинтересовались, откуда сын знает Римму? – еще больше удивилась я. – Не проверили девочку? Однако вы сильно рисковали, сейчас время суровое, мало ли кто мог проникнуть в квартиру. Молодые люди беспечны, увидят друг друга на дискотеке и считают, будто отлично знакомы.

Наташа стала рыться по карманам в поисках ключей.

– Паспорт у Риммы я посмотрела, увидела московскую прописку, потом меня подкупила ее предельная откровенность, девочка не стала врать, сразу сказала, что происходит из социальных низов, мать алкоголичка, отца нет, деньги очень нужны. И потом, мой Виталя по танцулькам не шляется, с сомнительными девицами знакомства не заводит, отсидев лекции, мальчик идет в тренажерный зал. Среди его приятелей лишь хорошие дети из приличных семей. Не могли бы вы подержать Нану, пока я Симе лапы вымою?

Я кивнула, Наташа подхватила одного миттельшнауцера и, сгибаясь от тяжести, понесла его по коридору. Показательно-образцовый Виталик, студент, отличник и спортсмен, даже не выглянул в прихожую, он и не собирался помогать маме, которая вернулась с прогулки в окружении «песиков сыночка».

Сидевшая у моих ног собака тихо заскулила, я погладила ее по голове.

– Сейчас тебя тоже возьмут на санобработку, потерпи чуток, потом получишь миску с кашей, я же пойду поболтаю с Виталием. Кажется, он частенько врет матери. Ведь познакомилось же где-то сие сокровище с Риммой Борискиной? И навряд ли они встретились в аудиториях института или залах фитнес-центра.

Когда я вошла в комнату, Виталий сидел у компьютера. Услыхав шаги, парень быстро кликнул мышкой, на мониторе мигом сменилась картинка, появился текст, набранный мелким шрифтом.

– Чего надо? – капризным тоном осведомился юноша. – Не видите, я курсовую пишу!

Я усмехнулась:

– Только что ты спешно выскочил из порносайта!

Виталий поджал губы.

– Мой комп, какое право вы имеете мне делать замечания? И ваще, вы кто такая?

– Компьютер твой, – согласилась я, – в прогулках по «горячему» адресу нет ничего плохого, многие люди так проводят свой досуг. Замечаний я не делала, просто констатировала факт: ты не работаешь над курсовой, а любуешься голыми девицами. Злиться тут нет причин, я ничего не придумала. А вообще-то я служу в Главном следственном управлении и пришла задать тебе пару вопросов о Римме – надеюсь, ты слышал о ее смерти?

Виталий скривился:

– Да уж! Сплошные неприятности, мать в истерику впала, послала меня в аптеку, валокордин покупать. Пришлось на проспект плюхать, целый час туда-сюда таскался. Между прочим, мамахен в больнице работает, не первый трупешник видит, с какой стати так пугаться?

Ну и зачем объяснять такому, что в клинике доктор видит «чужую» смерть, а здесь умерла хорошо известная девочка.

– Не о матери речь, а о тебе!

– И при чем тут я? – лениво протянул Виталий.

– Ты хорошо знал Римму?

– Вовсе нет.

– Совсем?

– Пять слов ей сказал!

– Прямо-таки пять?

– Ну десять, – сердито ответил Виталий, – если сталкивались, обменивались приветствиями. О чем мне с этой малограмотной, нищей девицей трепаться? Не нашей стаи птица!

– А вот мне одна птичка совсем другую песню спела, – спокойно возразила я.

– Какую? – насторожился студент.

– Ты приглянулся Римме, и она делала все, чтобы тебе понравиться!

Виталик засмеялся.

– Я многим нравлюсь. Такого жениха еще поискать: красивый, умный, сексуальный, обеспеченный. Знаете, какие бабы мне на шею вешаются! Точно, Римка пыталась мне глазки строить, только живо поняла: тут ей ничего не светит – и отлипла. Не сама, правда, пришлось работу провести. А то вначале завела моду, обработает собак и пищит: «Виталик, угости кофейком». Я ей кружку налил, потом листок бумаги взял, крестик поставил и велел: «Расписывайся». Эта дура и спрашивает: «Ой, Виталик, зачем?» – «Мать у тебя из зарплаты вычтет за угощение». Живо удрала и больше не приставала.

– Но ведь это ты Римму на работу пристроил.

– Точно.

– Где же вы познакомились?

Виталий потянулся, поерошил идеально постриженные волосы и равнодушно бросил:

– В институте, на дискотеке.

– Да ну? В каком же?

– Я у отца учусь, – бойко ответил парень, – в Академии медицинской психологии.