Наталья Александрова - Глаз Ночи

Тем временем в кабинет вызвали одну из миловидных провинциалок, претендовавших на работу горничной. Девушка оправила платье, глубоко вдохнула, придала своему лицу деловитый и независимый вид и строевым шагом вошла в кабинет.

Ровно через три минуты она вылетела обратно, всхлипывая и размазывая по лицу слезы с тушью. Вслед ей неслись обрывки ругательств, какие употребляют в своем узком кругу водопроводчики с большим стажем и матросы речного флота.

На все попытки доброжелательных коллег выразить ей сочувствие и расспросить, что же произошло в кабинете, девушка только всхлипывала и отмахивалась.

– Я же говорила, Ангелова – это настоящий дьявол, – прошептала пухлая тетушка, пробегая мимо Лолы и трагически заламывая руки.

В кабинет вошла следующая кандидатка в горничные и, точно так же, как первая, вылетела в слезах через три минуты, сопровождаемая отборной руганью. В довершение общей картины девушка выбежала из кабинета в одной туфле, хромая, а вторая туфля полетела ей вслед.

В приемной наступила драматическая тишина, нарушаемая только всхлипами двух жертв страшной Ангеловой.

Дверь кабинета снова открылась, в нее выглянула крайне озабоченная двуликая девица. Окинув взглядом весь собравшийся в приемной контингент, она поманила пальцем Лолу и полушепотом спросила ее:

– Горничная?

– Горничная, – подтвердила Лола, энергично кивнув.

– Пошли, – тем же полушепотом сказала девица, с опаской заглянув в кабинет.

Лола бросила взгляд на свое отражение в зеркале, поправила омерзительный завиток на лбу, как можно больше ссутулилась и направилась в кабинет выразительной расхлябанной походкой отработавшего две смены шахтера.

– Держись, девочка, – напутствовала ее пухлая тетка, перекрестив ей спину и жалостливо вздохнув.

В кабинете Лола увидела вальяжно раскинувшуюся в кресле потрясающую красотку-блондинку, фигура которой как нельзя лучше подходила для рекламы фитнес-центра, а лицо, при всей его безусловной привлекательности, было лицом разъяренной мегеры.

– Я не в бордель персонал нанимаю! – орала красотка на угодливо согнувшуюся перед ней элегантную даму средних лет, судя по всему – менеджера агентства. – Если бы мне нужны были шлюхи – я бы вам так и сказала, а мне нужна, блин, горничная! Вы понимаете, что такое горничная? Это, блин горелый, скромная девушка, которая умеет держать в руках пылесос и пыльную тряпку, а заодно может налить мне чашку чая, а не размалеванная потаскуха, которая будет вертеть задницей перед моим мужем! Осознаете разницу?

– Ну что вы, Валерия Федоровна, – заискивающе лопотала дама, – у нас очень, очень скромные девушки, с самыми лучшими рекомендациями, скромные и порядочные! Мы особенно стараемся отбирать девушек из провинции, они там совершенно не испорчены, не то что в больших городах… а то, что они привлекательны – так это же хорошо, ведь вы хотите, чтобы в вашем доме все было красиво – и мебель, и утварь, и прислуга…

– Если я покупаю красивую мясорубку, – язвительно проговорила клиентка, – я могу быть уверена, что она не залезет однажды в постель к моему мужу! Банкетка не будет задирать перед ним юбку! Тумбочка не будет вертеть задом! А ваши «невинные провинциалки» только об этом и думают, у них это вот такими огромными буквами написано на физиономиях!

– Валерия Федоровна, – робко прервала клиентку девушка, которая привела Лолу, – взгляните, пожалуйста, может быть, вас устроит вот эта кандидатура!

Мадам Ангелова перевела пылающий взор на Лолу, и в глазах у нее появился некоторый интерес, смешанный с сомнением.

– Ну и образина! – проговорила она после минутного молчания. – Ты, чудо природы, ты хоть тряпку-то держать в руках умеешь?

– Вот мои рекомендации, – гордо проговорила Лола, еще больше ссутулившись и старательно скривившись на один бок, и протянула Ангеловой рекомендации Лениного изготовления.

– Подотрись ими! – ответила Валерия презрительно. – Мне не рекомендации нужны, а горничная! Ну-ка, повернись спиной!

Лола сделала тур вокруг своей оси, всячески изображая крайнюю неуклюжесть, и Ангелова, судя по всему, осталась довольна.

– Работа в загородном доме, с постоянным проживанием, один выходной в неделю, зарплата триста долларов…

– Я согласна, – пробормотала Лола.

– А тебя никто и не спрашивает, – буркнула хозяйка, – главное, что я согласна тебя взять!

Лола успела еще заметить, что обе половины лица двуликой девицы выражают теперь откровенное облегчение, и вышла из кабинета вслед за мадам Ангеловой.

Дом у банкира Ангелова был неплох, Лола сразу это оценила. Внутренняя отделка тоже задумана и выполнена с большим вкусом. Хозяйка перехватила ее взгляд и нахмурилась:

– Нечего по сторонам пялиться, тебя сюда для работы привезли!

Охранник Геннадий, он же по совместительству садовник, еще когда отпирал ворота, с любопытством уставился на Лолу, но, разглядев ее как следует, разочарованно поморщился: уж больно неказиста.

Прислуги в доме Ангеловых, кроме Геннадия и шофера Володи, было еще трое: кухарка Людмила, старшая горничная Луиза Семеновна и Лола. Людмила обреталась только на кухне, по дому не ходила, Володя занимался машинами, так что Лоле больше всего приходилось общаться с Луизой Семеновной – женщиной средних лет неприметной наружности. Говорила она тихим голосом, к лицу ее, казалось, навсегда прилипла подобострастная улыбка. При появлении поблизости хозяйки Валерии Федоровны Луиза начинала часто кланяться, как китайский болванчик, и на все замечания отвечала только одно: «Сию минуту будет сделано!»

То ли оттого, что хозяйке нравилась такая неприкрытая подобострастность, то ли оттого, что Луиза Семеновна обладала просто патологической аккуратностью, но она сумела продержаться в доме Ангеловых почти год и заслуженно считалась ветераном.

Сразу же по приезде Луиза Семеновна выдала Лоле форму горничной – мешковатое платье цвета спитого чая, с белым круглым воротничком, который полагалось отпарывать каждый день и пришивать чистый, как в младших классах школы, а также передник в серую и черную клетку. Увидев передник, Лола не выдержала:

– Где его откопали, на заказ, что ли, шили?

– Конечно, на заказ, – ответила Луиза, не уловив иронии, – форму всегда на заказ шьют. Ну что, хозяйка тебя просветила насчет обязанностей?

– Уборка! – Лола пожала плечами.

– Форму всегда носить, – начала перечислять Луиза, загибая пальцы, – туфли на каблуках не вздумай, да и работать в них неудобно; на хозяина даже глаз поднять не смей – сразу выгонят, хотя кто на такую посмотрит; убирай тщательно, потому что хозяйка сама все проверяет, хуже старшины в армии; ночью из своей комнаты не выходить… да вот еще что, Генка-охранник у нас тот еще бабник, да и то сказать – скукотища тут молодому мужику при воротах состоять! Так ты с ним – ни-ни, а то обоих выгонят и денег не заплатят! Хотя на тебя-то, пожалуй, и Генка не польстится, – добавила Луиза без всякого злорадства, просто констатируя факт.