Дарья Калинина - Колючки в брачной постели

Медицинская сестра и сама направлялась в ту же сторону и охотно взялась проводить подруг. А заодно и объяснить им, откуда у них в больнице столько живых цветов и рыбок.

– Профессор Мечников, основавший наше заведение, считал, что больные лучше выздоравливают, когда они окружены милыми домашними питомцами, животными и птицами. Сейчас в медицине вовсю используются его наработки. И паралитики с дельфинами плавают, и дэцэпэшные детки на пони карабкаются и становятся здоровей и лучше координируют свои движения. Да что там говорить, еще двадцать лет назад у нашей больницы была своя собственная небольшая конюшня! Да – да! Не смотрите на меня так удивленно! Была конюшня. Там жили три лошадки. И на территории больницы грузового транспорта не имелось вовсе. Все перевозки осуществлялись за счет гужевого транспорта. Я сама видела, как больные радовались и кидались к окнам своих палат, только услышав цокот копыт по асфальту!

Однако в 90-е годы, когда самим больным было нечего есть, конюшню с рабочими лошадками, как элемент недоступной роскоши, пришлось ликвидировать и перейти на более дешевый бензиновый транспорт.

Но здание конюшни, к счастью, не пропало. Там теперь располагается частная школа верховой езды, можно взять лошадь напрокат, а можно поставить свою собственную, чтобы у нее была крыша над головой и личный конюх. Конечно, если средства это позволяют.

– А рыбки? – робко произнесла Леся, указав рукой на очередное водное царство.

– Это часть нашей программы по созданию благоприятной для выздоровления атмосферы. Профессор Мечников считал, что в самой природе сокрыто здоровье человека. Мы оторвались от дикой природы, вообще от природы, отсюда и наши многочисленные болячки. Он считал, что человек должен больше времени проводить на свежем воздухе, поэтому наши больные могут гулять в любое удобное для них время. Одежда находится у них, мы лишь требуем, чтобы они снимали ее, когда возвращаются назад в отделение. Ну, и бахилы, конечно…

– Про бахилы мы уже все поняли. Но кто же взял на себя заботу о растениях и рыбках?

– Некоторые больные, особенно пожилые люди, лежат у нас неделями, а то и месяцами, – продолжала объяснять медсестра. – Обследование, анализы, потом лечение. В случае рецидива болезни они снова возвращаются к нам. И конечно, они привыкают к нашей больнице. И когда одни старички уходят домой, на их смену приходят другие, которые и ухаживают за рыбками и растениями.

– Вы заставляете своих больных работать?

– Вовсе нет! Что вы такое говорите! Как можно заставлять больных людей делать что-либо, что им не по вкусу. Мы с девочками с удовольствием польем цветы и покормим рыбок. Но больные сами хотят участвовать в уходе. Говорят, что скучают. Ну, и правда, сколько можно бока себе отлеживать. А тут и развлечение, и на душе становится приятно.

– И что? Эта программа работает?

– Когда мы только начинали по приказу главного врача озеленять нашу больницу, то считали, что дело это зряшное. Однако у каждого работника дома оказался цветок, который он мечтал отдать. Другие принесли аквариумы. И вы не поверите, наши тогдашние больные очень обрадовались нашему начинанию. Многие заставили своих родных принести в больницу цветы или рыбок из дома. И просто подарили их нам! Теперь каждый день, едва дождутся обхода и назначений врачей, спешат к своим любимцам. Кто-то тряпочкой листья протирает, кто-то поливает. Кто-то рыбок кормит, кто-то на конюшню спешит с мешочком моркови. За каждым пациентом закреплено одно или несколько растений. Все довольны, мы никого к уходу за растениями не принуждаем.

– А насчет живого уголка вы не думали?

– У нас на территории больницы располагается исследовательский медицинский центр. А при нем, ясное дело, имеется виварий, где содержат подопытных животных. Он занимает три отдельных здания, там живут белые мыши, крысы, хомяки и кролики. Есть баран с овечками, свиньи и еще один корпус с вольером, где содержат собак. Вон они, эти корпуса, там, можете их даже отсюда увидеть.

С третьего этажа были видны симпатичные красно – кирпичные с белыми оживляющими их деталями стены больничных корпусов. Виварий и конюшня были одноэтажными, максимум двухэтажными, вытянутыми в длину каменными бараками. А лечебные корпуса возвышались над ними гордыми тремя и четырьмя этажами, с красивым орнаментом и отделкой.

– Наша больница – уникальное явление, – продолжала объяснять медсестра подругам. – Тут мы лечим, учим и еще проводим научную деятельность. К тому же само место просто замечательное.

С этим было трудно не согласиться. Территория больницы с ее столетними липами, дубами и кленами больше походила на парк. Подруги невольно согласились, что лечиться тут было куда приятнее, чем в современных больницах, пусть даже и оборудованных по последнему слову медицинской техники.

Хотя с другой стороны, рыбки рыбками, но при тяжелом состоянии больного они вряд ли помогут. Рыбки хороши в качестве дополнительного вспомогательного и реабилитационного комплекса. Но в кардиохирургии рыбку вместо клапана в сердце точно не вошьешь.

– Ну, вот мы с вами и добрались, – сказала медсестра, когда они миновали несколько лестничных пролетов и прошли по целому этажу. – Туда идите, там ваша тетя и лежит.

И она махнула рукой куда-то вдаль. Дальше подругам пришлось добираться самим, но миновав пост с таблетками, столовую и комнату отдыха, они увидели палаты. Вот эти самые палаты подругам понравились существенно меньше, чем вся остальная территория больницы. Да, тут были очень высокие, не меньше шести метров потолки, но при этом в палате лежало человек пятнадцать, а то и двадцать.

– А где же тетя Люда? – растерялись подруги, так как ни одна из пациенток не была похожа на их знакомую.

– Вам, наверное, в платную палату. Это туда, дальше.

Одна из женщин махнула рукой на коридор. Подруги снова вышли туда, заглянули в соседнюю палату и наконец увидели тетю Люду, которая с видом королевы лежала на высокой заправленной белыми простынями кровати и казалась вполне даже довольной жизнью.

На голове у нее была симпатичная беленькая повязка, вместо прежнего мрачного черного платка. Да и одета тетя Люда была в домашний нарядный халат. И, как с удивлением заметили подруги, она успела подкрасить глаза и слегка тронуть помадой губы.

Подруги знали, что близкие не сказали тете Люде, что именно сегодня хоронят ее сестру и племянницу.

– Врач запретил нам ее беспокоить, – объяснила подругам Соня. – Сказал, что эмоциональные перегрузки сейчас для пациентки нежелательны.

Как поняли подруги, желание похоронить свою сестру и племянницу как можно быстрее тетя Люда высказала, еще находясь в полубессознательном состоянии. Братья поспешили выполнить желание матери. Но сейчас, полностью очнувшись и придя в себя, тетя Люда о своей просьбе совершенно забыла.