Дарья Телегина - Душные бандиты

Откусив зубами нитку, Петруха бросил взгляд на экран.

— МАГ… Да что за идиотов они пускают на эту передачу! Магия! — вскрикнул он.

Тут же возникла новая тройка, завертелся барабан, прозвучало задание…

— Какое животное боготворилось приверженцами культа Сета? — с умным видом вопросил Якубович. — Григорий Федорович, расскажите пока немного о себе! Кто вы, откуда, чем занимаетесь?

— Я инкассатор! — гордо заявил игрок. Алексеев впился глазами в экран и с ужасом узнал одного из убитых на Садовой. «Быть не может! — похолодело у него внутри. — А, мне, наверное, не сообщили, что он оклемался… Да нет, ерунда… А, точно, передача же заранее записывается!»

— В каком городе вы живете?

— В Санкт-Петербурге!

— Замечательно! Вы банкрот! Ход переходит к вам, Виктор, пожалуйста, расскажите нам…

— Я инкассатор из Санкт-Петербурга!

— Коллеги? — подмигнул ведущий. — Трудно работать? А! Вы также банкрот! Наш следующий участник — Алексей Симаков, тоже из Петербурга! Двести пятьдесят очков на барабане — буква?

— К? — подумал вслух Алексей.

— Есть такая буква! Даже две! — обрадовался Якубович. — Вы готовы назвать слово? Нет? Ну, тогда расскажите телезрителям: кто вы по профессии?

— Грабитель! — сообщил Алексей. Петруха ошалело смотрел в телевизор, поражаясь откровенному признанию и удивляясь тому, что не может узнать человека, вряд ли случайно оказавшегося в одной связке с убитыми на Садовой инкассаторами.

— Да, — качал головой Якубович. — Кого только не встретишь на нашем Поле Чудес! Здесь и ветераны, и ветеринары, и пионеры, и пенсионеры. Ваши коллеги, Алексей, наверняка уже участвовали в наших прошлых играх, но ни у кого не хватило мужества признаться в этом! Студия, поприветствуем храбреца!

Раздались аплодисменты. Храбрец смущенно поклонился.

— А скажите, много ли получают грабители? — полюбопытствовал ведущий.

— Ну, это раз на раз не приходится, — замялся Алексей. — Вот, помню, пришел я один раз на хату…

«Совсем охренели! — разозлился опер. — Да его из зала под белы ручки вывести должны! Беспредел — воры преспокойненько делятся секретами мастерства, им хлопают…»

— Сектор «Приз»! — захлебнулся радостью ведущий. Зрители разразились аплодисментами. Длинноногая девица, покачиваясь в такт победно звучащей музыке, внесла ящик. — Предлагаю вам сразу миллион, и расходимся?

— Нет, приз!

— Вы отказываетесь от миллиона ста тысяч?

— Приз! — гудела студия.

— Приз! — уверенно кивал Алексей.

— Ну подумайте, — вкрадчиво убеждал Якубович. — Зачем вам этот приз? Смотрите, вот, трясу ящик… Совсем легонький! Вдруг там пакетик супа? Или шариковая ручка? А на миллион триста вы вон сколько пакетиков купите!

— Приз! Приз! — взывал зал.

— Не, приз! — помотал головой Алексей. — Он мне для работы нужен!

— С кем я разговариваю? — шутливо обиделся Якубович. — Конечно, что вам полтора миллиона? Вы же за вечер в десять раз больше можете заработать…

— Я обычно днем хожу, когда все на работе, — разъяснил Алексей.

— Отлично! — ликовал Якубович. — Последний раз предлагаю — миллион семьсот? Ну, я так и знал… Два миллиона?

— Приз! Я с ним куда больше срублю! — стоял на своем Алексей и в нетерпении весь напрягся.

— Держите ваш приз! — как бы нехотя протянул ему что-то ведущий. Грабитель подпрыгнул от радости и продемонстрировал в камеру маленькую красную книжечку. Петруха вздрогнул.

— Разверните, покажите всем! — предложил Леонид Аркадьевич.

— Второе отделение милиции… Алексеев Петр Алексеевич! — прочитал счастливчик и помахал развернутым удостоверением.

— А ничего, даже немного похожи, — сравнил Якубович. — Мой вам совет — отпустите бороду, так и не отличишь!

— Можно, — ухмыльнулся грабитель. Алексеев затрясся в бессильной ярости, не смея верить своим глазам.

— Я готов назвать слово! — встрял инкассатор, дождавшись, когда грабитель с призом покинул игровой стол, и, крутанув барабан, громко выкрикнул:

— Крокодил!

Раздался шквал аплодисментов, замелькали рекламные ролики, вновь появился ведущий, возгласивший: «Игра со зрителями!»

— Здесь, на табло, зашифровано слово, обозначающее наиболее известный экспонат Египетского зала Государственного Эрмитажа! Ну?

— Икона! — крикнул кто-то.

— «Икона»! — усмехнулся ведущий. — Может, свеча?

— Книга! Ладан! Кагор! — предлагали свои версии зрители, мечтая о призе.

— «Водка»! — парировал Якубович.

— Мумия! — крикнул кто-то сверху.

— Мумия! Конечно, мумия! — расцвел Леонид Аркадьевич. — Кто вы, представьтесь?

Он приветливо кивал спустившейся победительнице игры со зрителями, и Петруха с удивлением узнал ее.

— Революция Семеновна Ривкина! — торжественно произнесла она.

— Откуда, чем занимаетесь?

— Сейчас уже ничем, а еще недавно была пенсионеркой. Жила в Ленинграде! — сообщила Семеновна.

«Неужели переехала? — просиял Алексеев. — То-то Мария Даниловна обрадуется!»

— Вот ваш приз! — щелкнул пальцами Якубович, и на экране появился поднос с четырьмя сосудами, крышка каждого имела форму какой-то злобной звериной морды.

— Это канопы! — пояснил ведущий. — Уверяю вас — они вам очень, очень нужны!

Довольная Семеновна подхватила сосуды и исчезла из Поля зрения.

— Я объявляю о начале финальной игры! Вот задание, — бойко продолжал вести передачу Якубович. — Что практиковали жрецы культа Сета в Древнем Египте? Тишина в студии! Задание трудное!

Игроки крутили барабан, называли буквы, ясности пока не наступало как для них, так и для неожиданно для самого себя поглощенного игрой Алексеева.

— Разрешите вручить вам подарок? — прозвучал робкий голос, и на экране появилась Мария Даниловна.

— У вас сто очков…

— Сначала подарок! — зашуршала она каким-то свертком и вскоре извлекла его содержимое.

— Это ритуальный наряд… спецодежда, можно сказать, — объясняла она, наряжая ведущего. — Жрецы облачались в него, бальзамируя усопших.

Якубович продемонстрировал многомиллионной аудитории, как выглядел бы жрец десятки веков назад, будь он сходной с ним комплекции.

— Сто очков… Буква? — напомнил он, весело сверкая глазами из-под громоздкой маски шакала.

— Я попробую назвать слова… «Обмен душами»!

— Абсолютно верно! — захохотал «шакал». Пенсионерка Сухова скромно раскланялась.

Алексеев пристально смотрел на экран, отказываясь верить увиденному и услышанному.

— Вот задание на суперигру! Слова длинные, поэтому я разрешаю вам открыть четыре буквы! Ну, Петр Алексеевич, вы готовы?

Петруха, не отрываясь, взирал на себя, размышляющего в телевизоре над вариантами ответов.

— Повторяю! Кого должен спасти оперуполномоченный Алексеев?