Вэл Макдермид - Чужое терзанье

И вот он целую вечность сидел на кровати и крутил сверток в руках, рассматривал со всех сторон. Потом все-таки решил развернуть и посмотреть, что внутри. Вообще-то он догадывался, но хотел убедиться. Сначала развязал, заставив свои неловкие пальцы постепенно справиться с узлом. Не стал перегрызать ленту зубами или резать швейцарским армейским ножом. Аккуратно свернул бумагу и ленточку и убрал в ящик.

Да, он угадал правильно! Внутри лежала видеокассета. Вспотевшими руками он сунул ее в щель, взял пульт и включил телик. И увидел все — во всем великолепии. Свою первую миссию, свою первую акцию по очистке мира от скверны.

На этот раз эрекция его не подвела.

В детстве ему снились кошмары. Они прекратились, только когда он начал ширяться. Теперь уж и не вспомнить, когда в последний раз он ложился в постель, не зафигачив в вену хотя бы одну дозу, и с криком просыпался от страшного сна, дрожащий, мокрый от пота, запутавшись в сбившихся простынях. И все-таки он до сих пор не забыл, как огромная фигура стояла над ним, открывая и закрывая пасть, и изрыгала слова ненависти. Он съеживался от ужаса, а орущая фигура разбухала, будто жуткий монстр из японского комикса манга. Слов он никогда не мог разобрать, но они будто сдирали с него кожу, и он чувствовал себя беспомощным и истекающим кровью.

Еще хуже то, что, когда он просыпался, никто его не успокаивал. У него не было утешительных воспоминаний о доброте и ласке, которые могли бы противостоять оглушительной ярости его кошмаров.

Даже трудно поверить, как все переменилось. Теперь он засыпает, убаюканный завораживающим ритмом Голоса. Он мог бы поклясться, что, даже если бросит колоться, все равно будет спать как младенец. Впрочем, проверять он не собирается. Ему слишком нравится жизнь без кошмаров, чтобы рисковать.

Сегодня вечером он строит планы. Голос звучит в его голове, говорит, что пора сделать еще один ход. Что наступает время для нового урока, для следующей главы. Голос говорит, что пора продолжить очищение мира.

Завтра вечером, когда он вернется домой, на кровати будут аккуратно лежать его инструменты. Завтра вечером он получит инструкции, как и в прошлый раз. Он не должен думать об объекте как о человеческом существе. Тогда в голову не полезет разная там чепуха, как в предыдущий раз, с Сэнди, когда в конце он начал сомневаться, стоит ли забирать у нее жизнь, и все у него перепуталось, и только память о Голосе заставляла его продолжать акцию возмездия.

На этот раз он не должен думать о ней как о существе с именем. Пускай лучше представит себе, что она мерзкая гадюка, которую нужно уничтожить, чтобы она не отравляла мир, в котором ему еще жить и жить. Тогда он поскачет на белом коне к славе, как те герои в кино. Кровь и слава. Кровь и слава. И Голос.

Когда-то респектабельные люди могли приобретать секс-игрушки только одним путем — заказывать по каталогам то, что было застенчиво обозначено как «беспроводной массажер для шеи». Но в первом десятилетии двадцать первого века почти в любом городе Соединенного Королевства процветала по крайней мере одна крупная торговая точка, специализировавшаяся на удовлетворении всех мыслимых сексуальных фантазий. Поначалу это были убогие лавчонки с витринами из затемненного стекла, их регулярно пикетировали протестующие всех мастей: от евангелистов до женских комитетов, ратующих за исправление нравов. Однако очень скоро секс-шопы превратились в манящие яркими огнями дворцы торговли, а на их полках можно было теперь найти что угодно, от эксцентричных наручников, подбитых искусственным мехом, до орудий, чье назначение, к счастью, ускользало от понимания большинства покупателей, стремившихся лишь весело провести ночь.

Вокруг таких мест царило беспрестанное веселье. Секс-шоп «Пылающее О», типичный образец подобных заведений, находился на менее фешенебельном конце торговой улицы Динсгейт в Фирнхеме, одном из шести городков, окружающих Брэдфилд. По иронии судьбы, он занимал помещение бывшего игрушечного магазина. Витрины секс-шопа были закрашены пронзительно-розовой краской, чтобы не шокировать тех жителей, которые упорно не проявляли интереса к специфическому товару. Если учесть, что большая часть торговых заведений в этой части Динсгейт не могла похвалиться долгожительством и прогорала через год-полтора, а «Пылающее О» преуспевало уже четыре года, напрашивался вывод, что в городе находилось достаточно людей, чьи моральные нормы отступали на задний план под натиском излишне живого интереса к неизведанным берегам секса.

Разумеется, к вечеру воскресного дня в «Пылающем О» не было недостатка в покупателях. Несколько девочек-подростков недоверчиво хихикали при виде огромных фаллоимитаторов, но полдюжины других посетителей уделяли серьезное внимание различным кольцам для члена, наборам для анального секса, оковам для рук и ног, резиновым куклам и помпам для пениса.

Когда девчонки перешли к ассортименту стимуляторов для клитора, их место у витрины с дилдо занял некий покупатель, перед тем просматривавший стойку с видеофильмами. Рука в черной перчатке потянулась к одной из выставленных моделей — огненно-красной латексной имитации пениса. Сильные пальцы проверили его упругость и удовлетворенно вернули на полку. Рука взяла упакованный в коробку экземпляр и понесла к прилавку, прихватив по дороге пару наручников и оков для ног.

В оплате выбранного товара не было ничего зловещего, ничего, что заронило бы хоть на миг подозрение в голове у продавца — того гораздо больше интересовали перспективы брэдфилдской «Виктории» в вечернем отборочном матче, чем какая-то там сексуальная жизнь покупателей. В известной мере он был прав: мысль о том, что через сорок восемь часов его товар станет орудием убийства, наверняка лишила бы его спокойствия.

Выйдя из секс-шопа, покупатель свернул в переулок, ведущий к оживленному супермаркету. Через четверть часа равнодушная, усталая кассирша пробила чек на положенные в корзинку товары. Нарезанный батон цельнозернового хлеба. Полдюжины свиных сосисок. Четыре рулона туалетной бумаги. Бутылка водки. И четыре пачки бритвенных лезвий.

Голос подготовился.

Кэрол смотрела на гору картонных упаковок, и ее хорошее настроение постепенно улетучивалось. Пару дней назад она решила заказать мебель для нового жилища через Интернет — ради экономии. Теперь перед ней лежали две дюжины плоских коробок, а значит, ее ждали долгие вечера сборки, обломанные ногти и сдержанные проклятия. Все же она надеялась, что ее усилия себя оправдают. Строители неплохо поработали и превратили полуподвал в симпатичную квартиру. В воздухе еще висел едкий запах краски, но это была приемлемая цена за обретение личного пространства.