Питер Робинсон - За гранью

Это Люси меня ударила, вспомнила Мэгги и чуть было вновь не провалилась в спасительный обморок. Я увидела видеозапись — Люси и Терри с той несчастной девушкой… Люси выглядела такой довольной, такой… счастливой.

Мэгги попыталась пошевелиться и поняла, что руки и ноги привязаны к металлическим спинкам кровати. Она была привязана и распластана точно так же, как та девушка на видео. Ее охватила паника. Собрав силы, она попыталась ослабить путы, но единственным результатом попытки был громкий скрип пружин матраца. Открылась дверь, и вошла Люси, по-прежнему одетая в джинсы и футболку.

Люси медленно покачала головой.

— Вы сами виноваты, Мэгги, — сказала она. — Вы же сказали, что вернетесь на следующий день.

— Так это были вы, — простонала Мэгги. — На том видео. Это же низко, отвратительно.

— Это вы так считаете. Запись для ваших глаз и не предназначалась, — ответила Люси, садясь на край кровати и поглаживая бровь Мэгги.

Мэгги вздрогнула от отвращения. Люси рассмеялась:

— Да не дергайтесь вы, Мэгги. Не будьте такой скромницей. Тем более вы не в моем вкусе.

— Вы убили их. Вы и Терри.

— Ошибаетесь, — возразила Люси; встав с кровати и сложив руки на груди, она зашагала по комнате. — Терри никогда никого не убил. У него на это не хватало духу. Да, он любил привязывать их голыми, не отрицаю. Он любил делать с ними разные штучки. Даже после того, как они умирали. Но убивала их я сама. Бедные девочки!.. Представляете, они бы еще так долго страдали, а я погружала их в сон. Я всегда была доброй и великодушной.

— Да вы сумасшедшая! — вскрикнула Мэгги, пытаясь освободиться.

— А ну спокойно! — Люси снова присела на кровать, на этот раз не касаясь Мэгги. — Значит, сумасшедшая? Я так не думаю. Если вы не принимаете того, что я делаю, это вовсе не значит, что я сумасшедшая. Я другая, это верно. И нужно мне другое, не то, что вам. Но я не сумасшедшая.

— Но зачем вы делали это?

— Я не могу объяснить вам ход моих мыслей. Я и себе-то не могу! — Она опять рассмеялась. — В особенности себе. Пусть потрудятся психиатры и психологи. Они будут препарировать мое детство, примерять и приспосабливать ко мне новомодные теории, но, даже если выяснят, когда и с чего это началось, все равно не смогут применить свои объяснения к такому человеку, как я. Я — это я. Так получилось. Ведь появляются же овцы с пятью ногами и собаки с двумя головами. Называйте это как вам вздумается. Называйте меня хоть воплощением зла, если это поможет вам что-то понять. Для меня самое важное сейчас — решить, как мне жить дальше.

— Так почему вам просто не уйти? Бегите прочь. Я никому ничего не скажу.

Люси посмотрела на нее с грустной улыбкой:

— Как бы мне хотелось вам верить, Мэгги! Как было бы хорошо, если бы все было так просто!

— Так оно и есть, — настаивала Мэгги. — Идите. Просто уйдите. Исчезните.

— Нет, не могу. Вы видели пленки и знаете, что на них. Поэтому я не могу оставить вас в живых. Мэгги, я не хочу вас убивать, но мне придется. Я просто обязана это сделать. Обещаю, что буду очень нежной, совсем как с другими… с остальными девушками.

— Но почему я, — проскулила Мэгги. — Почему вы выбрали именно меня?

— Неужели не понятно? Да потому, что вы с такой готовностью поверили, что я жертва домашнего насилия, как и вы. Честно говоря, Терри становился непредсказуемым и несколько раз поднял на меня руку. Это подлинное несчастье, что у таких мужчин не хватает ума, зато достаточно развиты мускулы. Ладно, теперь это не имеет значения. А знаете, кстати, как я с ним познакомилась?

— Нет.

— Он меня изнасиловал. Вижу, вы мне не верите. Как можно поверить в такое? Но все было именно так. Я вышла из клуба, направлялась к автобусной остановке, а он затащил меня в аллею и изнасиловал. У него был нож.

— Он вас изнасиловал, и вы вышли за него замуж? И не обращались в полицию?

Люси рассмеялась:

— Он и не подозревал, во что вляпался. Я превратила его жизнь в сплошное насилие над ним. Возможно, он понял это не сразу, но я насиловала его так, как ему и в эротических снах не снилось. Со мной такое случилось не впервые. Поверьте, Мэгги, я знаю все об изнасиловании от специалистов в этом деле. Он не мог сделать со мной ничего, чего бы я не испытала прежде, причем неоднократно. Он думал, что управляет ситуацией, но порой бывает, что на самом деле управляет всем именно жертва. Как мы вскоре выяснили, нас многое объединяло. В сексуальном смысле. Да и в других делах тоже. Он продолжал насиловать девушек и после того, как мы стали жить вместе. А я подначивала его, заставляла рассказывать во всех подробностях, что он делал с ними, как издевался.

— Не понимаю, — с дрожью в голосе произнесла Мэгги, в ужасе от того, что у нее не получиться уговорить Люси.

— Разумеется, не понимаете, — примирительным тоном ответила Люси. — Да и надо ли? Вы оказались полезной, и я хочу вас отблагодарить. Вы предоставили мне место, где я спрятала пленки. Я понимала, что это улики, которые помогут засадить меня в тюрьму.

— Где они?

— Да они все время были у вас, Мэгги. Помните, я зашла к вам в субботу, перед тем как начался весь этот ад?

— Конечно.

— Я принесла их с собой и спрятала за коробками на чердаке, когда поднялась наверх в туалет. Вы сказали, что никогда не заглядываете на чердак.

Мэгги заглянула туда единственный раз — в день переезда. Чердак был душный и пыльный, и она отпрянула, чувствуя приближение приступа аллергии. Она, должно быть, сказала об этом Люси, когда показывала дом.

— Так вы решили, что я смогу быть вам полезной, и поэтому подружились со мной?

— Я знала, что мне потребуется друг, надежный во всех отношениях, даже защитник. А вы как раз очень подходили для этой роли. Спасибо вам за все, что вы говорили обо мне. Спасибо, что мне верили. Убийства и мне тоже не в радость. Какая жалость, что все закончится подобным образом!

— Нет, не надо! — взмолилась Мэгги. — О господи! Не делайте этого. Я ничего не скажу. Обещаю.

— Ну еще бы, сейчас, когда вы дрожите от страха, вы можете обещать что угодно, но стоит мне уйти, страх у вас пройдет и вы все расскажете полиции. — Люси вытащила ремень из джинсов.

— Что вы делаете?

— Я же сказала вам. Я буду очень нежной. Вам нечего бояться, почувствуете легкую боль, а потом просто уснете.

— Нет!

Кто-то заколотил во входную дверь. Люси застыла на месте, а Мэгги затаила дыхание.

— Тихо, — прошипела Люси, зажимая рукой рот Мэгги. — Сейчас уйдут.

Но грохот в дверь продолжался. Затем раздался голос:

— Мэгги! Откройте, это полиция. Мы знаем, что вы дома. Мы говорили с вашей соседкой. Она видела, как вы вошли в дом. Открывайте, Мэгги, нам надо поговорить. Это очень важно.