Росс Томас - Прилипалы

— Дорогой папуля, пей и не задавай вопросов. Все равно завтра мне придется повторять то, что я скажу тебе сегодня.

— Что ты несешь?

— Я о том, что ты крепко набрался и завтра ни о чем не вспомнишь, — он посмотрел на Сэйди. — Найдется мне местечко?

— Конечно, дорогой. Устраивайся в комнате Е. Она последняя по коридору.

— Чего это с ним? — Келли коротко глянул на отца.

Она пожала плечами.

— Полагаю, предвыборная кампания. Три или четыре дня он выдерживает, а потом срывается. Прячется в бутылке.

— Вы не имеете права говорить обо мне так, словно меня здесь и нет, только потому, что я пропустил пару стаканчиков, — он начал подниматься.

Келли быстро подошел к нему и усадил в кресло.

— Расслабься, чиф, все в порядке.

Каббин вновь попытался встать, но Келли так же мягко придержал его. Каббин более не сопротивлялся.

— Я не понимаю, — прошептал он.

В комнату вернулся Фред Мур, протянул Келли полный стакан.

— Благодарю, Фред, — улыбнулся Келли, с грустью посмотрел на отца. Не следовало ему участвовать в этой кампании. Ушел бы на пенсию, предоставив другим бороться за президентское кресло. Он же не хочет быть президентом, это дело ему наскучило. И, похоже, давно.

— Вы хорошо выглядите, сэр.

Каббин вскинул на него глаза, затем застенчиво потупился.

— Наверное, сегодня я выпил лишнего.

— Такое случается.

— А что случилось с тобой?

— Меня отправили в административный отпуск. После душещипательной беседы.

— На предмет чего?

— Моего отношения.

— Какого еще отношения?

— Отношения к работе. Они рассчитывали на иное.

Каббин всмотрелся в сына, его загорелое лицо.

— Тебя вышибли, не так ли?

— Похоже на то.

— Почему, Келли?

Тот пожал плечами.

— Ладно, завтра я все улажу. Один телефонный звонок, и все образуется.

— У меня такой уверенности нет.

— Ты хочешь вернуться на ту же работу? — спросил Каббин сына. — Я это организую.

— Мне кажется, Келли не хочет возвращаться туда, — вмешалась Сэйди.

— Ты не хочешь возвращаться? — сонно спросил Каббин, слова с трудом сползали с его языка.

— Не хочу.

— Почему ты не хочешь возвращаться? — и тут голова Каббина упала, подбородок уперся в грудь.

Фред Мур тут же подскочил к нему, подхватил полупустой стакан, уже выпадающий из пальцев Каббина.

Келли Каббин несколько секунд смотрел на отца, допил виски, повернулся к Сэйди.

— Нужна моя помощь?

— Нет, он сам дойдет до спальни, — заверил его Мур.

— Тогда я поговорю с ним утром.

— Дай Келли ключ от комнаты Е, — распорядилась Сэйди.

Мур выудил из кармана связку ключей, отцепил один, протянул Келли.

— Благодарю, — Келли посмотрел на Сэйди. — Каковы его шансы?

Она вздохнула.

— Не знаю. Не слишком хорошие.

— То есть он может выиграть?

Она кивнула.

— К сожалению, может.

— Что ты такое говоришь, Сэйди, — подал голос Мур. — Дон обязательно выиграет, и все образуется.

Келли и его мачеха переглянулись, затем Келли улыбнулся Муру.

— Разумеется, выиграет, Фред. Утром увидимся. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — в унисон ответили Мур и Сэйди.

Едва Келли закрыл за собой дверь, Мур наклонился к уху Каббина.

— Мистер Каббин, президент готов вас принять, — проревел он.

Каббин подпрыгнул.

— Что… что… где?

— Сюда, мистер Каббин, — проорал Мур.

Каббин легко поднялся, повернулся и, направляемый Муром, двинулся к двери спальни. Решительным шагом, даже не покачиваясь. Мур подвел его к кровати.

— Ваше пальто, мистер Каббин!

Каббин позволил Муру снять с него халат.

— Сюда, мистер Каббин! — Мур по-прежнему орал во весь голос, помогая Каббину сесть на двуспальную кровать. Глаза Каббина закрылись, и он не протестовал, когда Мур закинул его ноги на простыню. Стоя у двери, Сэйди смотрела, как Мур укрывает ее мужа.

— Лучше поверни его на бок, Фред, — она сняла халатик. — Он иногда заходится в кашле, если лежит на спине.

Мур повернул Каббина на левый бок, лицом к стене. Затем начал развязывать галстук.

— Все в порядке, мистер Каббин? — спросил он нормальным голосом.

Каббин только вздохнул в ответ.

Мур повернулся к другой двуспальной кровати. Сэйди уже лежала под одеялом.

— Скорее, дорогой, — улыбнулась она.

Мур быстренько разделся и юркнул в ее постель. Когда его руки коснулись тела Сэйди, она подумала, как, впрочем, и всегда, что для любовника он не слишком искусен. Зато энергии у него с избытком. А потом мысли уступили место ощущениям.

На следующее утро, в пятницу, они дали Дональду Каббину проспаться. И пока Каббин спал, его враги и друзья работали не покладая рук, готовя его победу или поражение.

В Чикаго, на десятом этаже отеля «Шератон-Блэкстоун», в номере десять-тридцать семь, Чарлз Гуэйн, специалист по работе с общественностью, сидел за письменным столом и смотрел на чистый лист бумаги, вставленный в портативную пишущую машинку «Леттера-32». На лист этот он смотрел уже целый час, по ходу выпив четыре чашки кофе. Первые пятнадцать минут он составлял письмо об отставке. Последние сорок пять — обдумывал основные элементы предвыборной кампании Дональда Каббина. А потом, записав на бумажке несколько цифр, он начал печатать служебную записку:

«ОТ: ГУЭЙНА

КОМУ: КАББИНУ

НА ТЕМУ: КАК ВЫИГРАТЬ ВЫБОРЫ, ПОТРАТИВ ПО 1,01 ДОЛЛАРА НА КАЖДОГО ЧЛЕНА ПРОФСОЮЗА ИЛИ ОДИН МИЛЛИОН ДОЛЛАРОВ».

С меньшей суммой Гуэйн за работу не брался. А имея миллион, полагал он, что-то да можно сделать. Если же нет, Каббину придется прибавить к своему титулу приставку экс.

В номере 942 того же отеля Оскар Имбер говорил по телефону с Филадельфией. Его собеседник утверждал, что продает больше всех «фордов» в Пенсильвании. Профсоюз Каббина уже взял в лизинг у этого торговца чуть ли не сотню «форд галакси», возвращая их после пробега в пять тысяч миль. Торговцу эта договоренность приносила немалую прибыль, и Оскар Имбер звонил ему с тем, чтобы дать понять, что поражение Каббина поставит на прежнем соглашении крест, так что неплохо бы и помочь президенту остаться на прежнем месте.

— Конечно, Оскар, я ничего не понимаю в профсоюзных делах, но Дона считаю своим другом и хочу ему помочь.

— Ты можешь помочь ему пятью тысячами баксов.

— О Боже!

— Вчера я говорил с Доном об этом лизинговом контракте. Он заключается каждый год, так?

— Да, каждый год.

— Мы с Доном подумали, что целесообразно перейти к заключению пятилетних контрактов. Но такое возможно лишь после выборов.

— Понятно. Пятилетний контракт очень меня устроит. Что я должен делать? Послать чек?

— Мы хотели бы получить наличные, Сэм. Я подошлю к тебе кого-нибудь за деньгами. Если не возражаешь, завтра утром.