Елена Арсеньева - Безумное танго

От этой мысли по телу прошла судорога, Юрию даже показалось, что он вскочил, ринулся куда-то… но нет, ничего подобного, он только вздрогнул. Однако даже и это легкое движение не осталось незамеченным.

– Эй, он шевелится! – испуганно вскрикнула Инга. – Очухался, что ли?

Кто-то бесцеремонно ткнул Юрия в бок. Стон удалось сдержать, удалось остаться безвольно-неподвижным.

– Не-а, – отозвался самодовольный мужской голос. – Я его крепко приложил!

– Между прочим, он Казю еще крепче приложил, – отозвался другой голос – угрюмый. – В такой отключке валяется, что и не знаю…

– Этот тоже в отключке, – перебил самодовольный голос, и Юрию остро захотелось встать, схватить его обладателя за горло и трясти до сих пор, пока это самодовольство не сменится жалким сипением.

– Вот и хорошо, – сделал вывод угрюмый. – Теперь осталось решить, что делать дальше. Во-первых, какого черта он сюда полез?

– Да окно, блин, не завесили толком! – с досадой выкрикнула Инга. – Окно, понятно вам? Еще слава богу, что он один заявился, а не с отрядом ментов!

– Ну, Казя! – выдохнул угрюмый. – Ну, Ка-зя… Душу выну!

– Не суетись, – подхихикнул самодовольный. – Уже и без тебя постарались.

– М-да… – тяжело прозвучало в ответ. – Ни хре-на…

– Хватит охать! – с истерическими нотками простонала Инга. – Что теперь с этим придурком делать, я вас спрашиваю?

И внезапно до Юрия дошло, что он свалял очередную глупость. Инга-то, похоже, вовсе не жаждала, чтобы ее спасали от насильников! Вообще создается впечатление, что и насилия никакого не было. Ну да, ну да! Если вспомнить скупые намеки Алёны, у младшенькой сестренки множество нетрадиционных пристрастий. Похоже, она неравнодушна к групповухе, это придает остроту сексуальным ощущениям, причем групповуха сия непременно должна вершиться при ослепительно ярком свете. Чтобы, так сказать, никаких недомолвок не оставалось.

О, бог ты мой… Вот уж воистину: хотел как лучше, а получилось как всегда. Но где все-таки Алёна? Ушла небось по каким-то делам, а сестренка воспользовалась моментом, кликнула-гаркнула призывно, слетелись сексуальные маньяки, как воронье на падаль…

– А мне почему-то кажется, Ингусик, что ты врешь, – возник в это мгновение третий голос, по-женски высокий, но при этом, несомненно, принадлежащий мужчине. – Он тебя определенно знает. Он ведь рвался тебя спасать от нас, сволочей таких! Ну скажи, где ты найдешь случайного человека, чтобы ни с того ни с сего ринулся спасать незнакомую девицу, которую трахают двое каких-то слонов? Сметая все на своем пути, рискуя качественно схлопотать по маковке – что, кстати, и произошло. Да он, этот случайный человек, скорее попросится третьим быть!

– Четвертым! – зазвучал самодовольный голос. – Третьим я был бы!

– Много вас таких, у меня на всех дырок не хватит! – взвизгнула Инга. – И я же говорю: не знаю никакого Юрия Никифорова, сколько раз повторять!

«Как это не знает? – вяло проплыло в голове Юрия. – Только что назвала мое имя… а откуда она его взяла, интересно?»

– Мы сами дураки, – проворчал угрюмый. – Я же давно говорил: менять надо место! Повадились тут: сперва этот безумный хачик, который за твоей сестрицей охотится, потом она сама вдруг нагрянула, теперь вот этот явился… Я же говорил, так? Говорил! Так разве кто-то из вас меня хоть раз слушался?

– Тихо! – звучно шлепнул ладонью о ладонь обладатель высокого голоса. – Хуже всего во всей этой истории то, что он видел меня. Понятно вам? И кто бы он ни был: твой тайный воздыхатель, Ингусик, или приятель твоей сестрички, будущей монашенки, – это сейчас не суть важно. Важно только одно: этот хрен на ножках никому не должен рассказать о том, что он видел здесь. Ясно?

– И как ты это собираешься обеспечить? – всхлипнула Инга. – Язык ему отрезать, что ли? Ну-ка, подождите. Дайте-ка я на него еще раз посмотрю. Может, и правда я с ним когда-нибудь спала, да ведь память, знаете, девичья…

Пальцы с острыми ноготками впились в щеки Юрию, и он с трудом заставил себя не сморщиться от боли.

– Фу, он весь в слюнях, – брезгливо пробурчала Инга, немилосердно ворочая его голову туда-сюда.

– А ты его умой, – хихикнул самодовольный.

Инга без промедления назвала место, куда он, по ее мнению, должен навсегда отправиться, и отпустила наконец Юрия, который умудрился так и не раскрыть глаз.

– Нет, я его впервые в жизни вижу, – убежденно сказала она. – И рядом с Алёной никто похожий не мелькал. Впрочем, рядом с ней вообще никто не мелькал, это уж по жизни!

– Мужики, а если это… – заикнулся угрюмый. – Если это менты или ФСБ на наш след встали?

«Однако!..» – ошеломленно подумал Юрий.

– Тем хуже, – задумчиво произнес самодовольный голос. – Тем хуже… для него. Так, девочка, быстренько пошла и принесла какую-нибудь матрасовку, или крепкий пододеяльник, или, если сыщется, большой мешок – как для картошки, ясно?

– За-чем? – с запинкой спросила Инга.

– Ну, не строй из себя дитя, – отозвался обладатель самодовольного голоса, который сейчас был только злым и озабоченным. – Иди и сделай, что тебе сказано, быстро, ну!

По полу торопливо прошлепали босые ноги.

– Одевайтесь, мужики, – раздалась команда. – Сейчас груз выносить будем.

Никто не проронил ни звука – молча зашуршали одеждой. Похоже, этот человек с самодовольным голосом был здесь главным.

Юрий лежал как неживой. Что они собираются делать? Матрасовка или мешок… груз… Это что, он – груз?!

Внезапно дошло незамысловатое открытие: его полоса везения в беге с препятствиями кончилась. Похоже, судьбе осточертело, что он сам, добровольно влезает в опасности, чреватые очень, ну очень крупными неприятностями. Авантюра со случайным заработком в Аммане, глупая доверчивость, с какой он потащился сначала за парнем в оранжевой каскетке, а потом на античные развалины, путешествие на теплоходе «Салон Каминов», наглое явление домой, в родительскую квартиру, идиотский звонок к Сане на работу – все это ему как-то сошло с рук, судьба потворствовала ему до тех пор, пока могла, но – всему приходит конец.

Что делать? Вскочить, наброситься на них, попытаться прорваться? Но их трое. Пока будешь тратить время на борьбу с засовами и замками… Подождать, пока выволокут во двор и там, на свободе?.. А если его «упакуют» прямо сейчас, в доме? Что же он не позаботился, как граф Монте-Кристо, обзавестись вострым булатным ножичком, которым в последнюю минуту можно вспороть мешок или что там для него приищет Инга?

– Вот, – послышался ее запыхавшийся голос, – пододеяльник. Ничего больше нет подходящего, но ничего, это натуральный лен. Как ты думаешь, он сюда уберется?