Марина Серова - Прямо в яблочко

— Ну и вид у тебя! — Стены тряслись от его смеха. — Ты что думаешь, у меня и дома, как в офисе?! Там ведь все для клиентов — аляповато и с дурацкими прибамбасами, а здесь я сделал все так, как мне нравится! Устраивайся.

Честно сказать, я и в самом деле ошалела. До сих пор я считала, что Олег — этакий нувориш, богатый до безумия и при этом лишенный всякого вкуса. Но я ошибалась, и мне это было приятно, так как он мне с самого начала очень понравился. Я подошла к окну. Олег, опережая меня, подскочил и открыл передо мной пластиковую раму. Я вдруг подумала, что за все время нашего знакомства он всегда угадывал мои мысли.

— Олег, где здесь у тебя кухня? — спросила я, оглядываясь по сторонам. — Очень есть хочется. Я приготовлю что-нибудь.

— Не суетись, я послал за экономкой. — Он расположился на огромном кожаном диване. — Она скоро придет и приготовит нам завтрак, а сейчас сядь и успокойся.

Олег достал из бара бутылку марочной мадеры и налил в два фужера благородного вина. Я взяла свой фужер и отпила небольшой глоток. Вино было терпким и почти не сладким на вкус. Олег держал фужер своей огромной ручищей, в которой тот казался очень хрупким, и смаковал вино.

— Ну, как тебе вино, Танечка? — По его затуманенному взору было видно, что он большой любитель коллекционных вин. — Налить еще? Это тебе не хухры-мухры! Сорок девятого года винцо-то!

— Налей, если не жалко. — Вино было действительно великолепным. — Где же твоя горничная? Очень кушать хочется!

— Не горничная, а экономка! — Он сделал оскорбленное лицо. — Стал бы я горничной такие деньги платить!

И расхохотался громко и так заразительно, что я не удержалась и засмеялась вместе с ним. Он все больше и больше мне нравился. Чем дольше мы общались, тем больше я убеждалась, что скучать мне не придется. Олег все время хохмил и смеялся, лицо его никогда не было печальным. Когда его что-либо огорчало, физиономия у него приобретала вид серьезный и сосредоточенный, но никак не унылый.

За разговором мы не заметили, как появилась экономка и принесла скромный завтрак миллионера: кофе, тосты, масло, мед, сливки, шоколад, фрукты и еще много всего. В отдельной вазочке лежало что-то, названия чего я не знала.

— Олег, а это что такое? — спросила я, указывая на вазочку.

— Угадай с трех раз!

— Фиг его знает, — я судорожно пыталась догадаться и сказала наугад: — Шербет!

— Ха! Нет, Танечка, это не шербет! Это фисташки!

— Фисташки?! — Я ела фисташки и раньше, но то, что стояло передо мной, совершенно не было на них похоже.

— Да, фисташки! Фисташки, жаренные в кокосовом масле.

— Жаренные в чем?!

— В кокосовом масле. Попробуй, очень вкусно.

— Да, вас, богатых, не понять! Сливочное знаю, постное знаю, машинное знаю! А кокосового не знаю, — возмутилась я, но все-таки попробовала.

Фисташки были чуть сладковатыми, но очень вкусными.

— Ну и как?! — Олег взял из вазочки несколько штук.

— Отменно! — Я выпила кофе.

Было так приятно и спокойно, но нужно приниматься за дело: выяснить, насколько надежна система безопасности, и нет ли в доме каких-нибудь устройств слежения. Ведь не исключено, что киллер сменит тактику. Хотя это и маловероятно, но все же возможно. Поэтому надо быть готовой ко всяким неожиданностям и держать порох сухим.

— Олег, покажи мне, пожалуйста, свой дом, — сказала я, допивая кофе.

— Отлично, что хочешь увидеть? — спросил он, вставая.

— Дом как-нибудь охраняется? Ну там, сигнализация, видеокамеры и тому подобное?

— Конечно, в подвале — пульт управления системой безопасности. Если хочешь, я тебя провожу, — Гордеев подал мне руку.

Мы спустились в подвал. Олег зажег свет, и я увидела суперсовременный пульт, служивший для управления новейшей системой сигнализации, стоимостью примерно тысяч двадцать долларов. Мониторы светились сероватым светом, каждый показывал свой участок вокруг дома. Тридцать две видеокамеры перекрывали весь участок земли вокруг дачи, их показания отображались на восьми мониторах — по четыре камеры на монитор. Не вставая со стула, из этой комнаты можно было следить за всем, что происходит около дома, и в случае чего поднять тревогу. Но даже если бы около мониторов вдруг никого не оказалось, то на этот случай система была укомплектована аппаратурой для распознавания видеообразов, которая сама поднимала тревогу в том случае, если на территорию проникал кто-нибудь посторонний.

Мне почему-то стало жалко себя. Такая железяка стоит столько, сколько мне и за три года не заработать. Раз так, то за каким чертом я здесь нужна?!!

Олег потряс меня за плечо и сказал, как всегда, угадывая мои мысли:

— Таня, не делай такого лица, это же просто железный хлам; без человека его все равно что и нет.

— Послушай, Олег, как ты всегда умудряешься догадываться, о чем я думаю? — спросила я, поворачиваясь к нему.

— Так я же с людьми работаю, — он ухмыльнулся и пошел к выходу, — все, что угодно, научишься по лицам понимать.

— Ну, ты шаман, однако! — Я пошла за ним, так как мне тут уже нечего было делать.

Охрана дома была поставлена на высоком уровне. Ничем улучшить ее я не могла, так что мне оставалось только сидеть и ждать, когда киллер сделает свой первый шаг.

Я сидела на первом этаже около камина, курила и читала какую-то книгу. Каждые полчаса я вставала, подходила к окну и осматривала окрестности в большой пятидесятикратный бинокль. День заканчивался, но ничего путного я так и не высмотрела. Я была совершенно уверена, что придется караулить у окна всю ночь и весь завтрашний день. Мне никак нельзя было упустить момент, когда объявится киллер. Олег расположился рядом со мной, он очень мучился вынужденным заточением. Для человека с таким темпераментом это, наверное, было хуже любой пытки. Он то сидел рядом со мной в кресле и курил, прикуривая очередную сигарету от окурка предыдущей, то вдруг вскакивал и начинал носиться по дому, опрокидывая вещи и даже не замечая этого.

— Таня, может быть, я выйду на улицу? — Олег запустил пятерню в густую шевелюру. — Хоть на минутку.

— Перестань, Олег! — Услышав его просьбу, я вспомнила Дыка, и мне стало грустно. — Сколько можно говорить, ты и пяти минут на месте не можешь посидеть!

— Ну и что с того?!

— А то, что один такой тоже на улицу хотел пойти погулять, и чем все кончилось! — Я невольно поморщилась. — Взяли да покалечили, еще неизвестно, выживет ли!

— Что ты разошлась? — Олег немного испуганно покосился на меня.

— А то, что мы с тобой здесь всего три часа, а ты уже на стенку лезешь. У тебя клаустрофобии нет?

— Ну ладно тебе, совсем опустила.

Он вернулся в кресло, закурил, и вскоре послышался громовой храп. Так-то лучше, хоть беситься не будет. Я вернулась к своей книге, какому-то детективу, найденному мной на книжной полке в бильярдной комнате. Время тянулось медленно, я стала клевать носом. Засыпать мне было нельзя, поэтому я вышла на кухню и попросила экономку сварить мне кофе. Пока она возилась с кофеваркой и гремела чашками, я снова подошла к окну. Дом, приближенный мощнейшим биноклем, был передо мной как на ладони. Мне была видна каждая царапинка на его стенах. Особенно тщательно я наблюдала за выбранным мной накануне окном, пытаясь разглядеть в темном проеме хоть какое-то движение. Но все было тихо и пусто: ни одной машины, ни одного человека.