Алексей Макеев - Дипломатический труп

Но Гуров тут же нашел объяснение этого факта в протоколе допроса.

– Стас! – позвал он приятеля, обзванивавшего пострадавших юных моделей. – Оцени-ка талант этих сопляков! Один из них, я думаю, главарь, совсем не дурак. Очень даже.

– А без прелюдий? – коротко осведомился Крячко, замерев с телефонной трубкой возле уха.

– Теперь мы знаем, как они «купили» бизнесмена, перебили его давних партнеров, занимающихся строительством и ремонтом. Человек, который пришел от преступников предлагать дешевую работу, объяснил низкую цену тем, что у него якобы есть свое подразделение в фирме, которая готовит мастеров. Сейчас у них стажировка. Эти «студенты» уже всему научились. Во время стажировки они лишь оттачивают свое мастерство. Большая зарплата им пока не полагается. Система известная. Такая же практикуется, например, в школах по подготовке мастеров для салонов красоты. Ты понял?

– То есть он не только в строительстве разбирается, еще и близок к модельному бизнесу, к индустрии красоты?

– Профессионально – навряд ли. Скорее всего этот тип отирается где-то рядом либо имеет знакомых девочек в той среде.

– А может, не раз делал ремонты в салонах красоты и тому подобных местах, вот кое-что и усвоил из особенностей, – предположил Крячко.

– Вот-вот! Ладно, давай, звони дальше.

– А ты не отвлекай!

Гуров махнул рукой и снова углубился в чтение копий протоколов допросов и заключений экспертов. Он решил, что хозяина магазина придется опросить еще раз, но это можно будет сделать и попозже. Следователь вытряс из него все, что можно, даже подробное описание внешности представителя строительной организации, приходившего к нему.

– Ты сейчас про портрет нашего клиента читаешь? – не поворачиваясь, спросил Крячко. – Так вот, интересно было бы сравнить фотороботы.

– Никто из парней, работавших со стороны во время ремонта в помещении ювелирного салона, под описание этого субъекта не попадает.

– Ясно, что в салоне работали исполнители, – спокойно возразил Крячко. – А вот в других делах надо будет попробовать составить фоторобот. Сдается мне, что главарь частенько светил свою морду. Видишь ли, Лев Иванович, он не дурак, это видно по его действиям. Этот умник должен понимать, что описания внешности будут, опознания свидетелями тоже. Он должен иметь какой-то способ быстро и надежно менять внешность. А когда быстро, то это значит и однообразно.

Восемь из двенадцати девушек, ставших жертвами хитроумного ограбления во время липовой фотосессии, собрались в кабинете Гурова к восьми вечера. Желательно было бы собрать всех пострадавших, но четверо уехали по контрактам кто в Питер, кто в Беларусь. Теоретически, чтобы восстановить картину преступления, достаточно было и этих. Правда, всегда оставался шанс, что какая-то характерная изюминка была замечена только одной девушкой, а ее сегодня как раз и не оказалось в кабинете сыщиков.

– Ну, девушки, приступим, – закончив объяснять цель сегодняшней встречи, предложил Гуров. – Итак, вы все находились вот в этой комнате, выделенной вам для переодевания. Которая из вас первой пришла по этому адресу?

Лев Иванович с указкой в руке стоял перед демонстрационной магнитно-маркерной доской, которую они с Крячко принесли из конференц-зала. Он маркером начертил на ней схему помещения из двух комнат с указанием размеров, расположением окон и мебели, которая была в помещении в тот самый вечер.

– Мы с Катькой первыми пришли, – заявила девушка в коротенькой джинсовой юбке, подняв руку.

– Катька – это кто? – Гуров улыбнулся и вопросительно повел взглядом по группе.

– Это я, – заявила блондинка с длинными красивыми ресницами.

– Тогда подробнее. Во сколько, кто вас встретил, что происходило дальше?

– Приглашение было к восьми вечера, – стала рассказывать первая девушка. – Мы с Катюхой приехали где-то без пятнадцати. Мой парень спешил и высадил нас возле этого дома. Было холодно, и мы сразу пошли внутрь. Хотели узнать, что да как, все такое. Заходим, а нам навстречу этот фотограф.

Последнее слово было произнесено с такой брезгливостью и пренебрежением, что Гуров не удержался и спросил:

– А вы по его внешнему виду тогда сразу поняли, поверили, что он профессиональный фотограф?

– Ну да! – заявила блондинка. – А чего? У него же на лбу не написано, настоящий он фотограф или липовый.

– Вообще-то я тогда еще сказала Катюхе, дескать, а не развод ли это все? – вмешалась в разговор ее подруга. – Как-то не очень похоже на фотостудию. Правда, этот Игорь с ходу стал распространяться, что у него не закончен ремонт, это временное помещение, получится и здесь. Если бы минут пятнадцать еще никто из девчонок не пришел, я уговорила бы Катьку уйти оттуда.

– Что именно вам в нем показалось подозрительным? Опишите его, – проговорил Крячко, поднимаясь из-за стола.

– Не очень высокий. – Девушка пожала плечами, потом посмотрела на своих подруг и засмеялась. – Да, чуть ниже нас. У меня метр семьдесят семь, значит, у него где-то сантиметров на пять или семь поменьше. Широкоплечий, но не культурист. Коренастый такой. Волосы длинные, на затылке собраны в пучок. Очки меня смутили. Он зимой вечером в помещении ходил в очках с чуть притемненными стеклами. Мы решили, что это просто понты.

– Но почему вы подумали, что этот тип – не настоящий фотограф?

– Фотограф-то он, может, и настоящий, – ответила блондинка. – Только повидали мы их всяких. Этот Игорь уж больно много говорил. О творчестве своем, о перспективах всяких.

– Молодой, начинающий, – напомнил ей Гуров. – Он же, по вашим словам, сам приглашал вас на фотосессию, потому что хотел сделать рекламу прежде всего себе.

– Таких мы тоже повидали на своем веку, – проговорила не по возрасту ворчливая блондинка. – Они никогда не показывают, что начинающие. Всегда стараются выпятить, что давно и долго занимаются фотографией, только теперь решили делать это за деньги.

– Да, понятно. – Гуров кивнул и посмотрел на Крячко. – Дальше что происходило?

– Пока мы с ним болтали, стали подтягиваться девчонки. Он всем рассказал, как и что будет снимать. Там во всю стену потрепанная растяжка с видами гавайских пляжей и пальмой на переднем плане. Вот мы в купальниках и парео должны на этом фоне позировать. Нас подкупило то, что он не по одной нас собирался из комнаты выводить. Предложил переодеваться, всем выходить и на стульчиках рассаживаться. А он, мол, будет нас вызывать. Даже ключ от комнаты отдал.

– В смысле? – не понял Гуров. – Почему даже?

– У нас шмотки недешевые, – проворчала блондинка. Колечки, сережки, кулончики. Мы, естественно, стали выяснять, а как с охраной помещения. Он расплылся так, вытащил из двери ключ и вон Ленке отдал. На, говорит, запрешь за всеми и с ключом приходи. Главная по раздевалке будешь.