Алафер Берк - Никому не говори

Он указал на парня, упражнявшегося в стойке на руках на лужайке к северу от собачьего парка. Элли поблагодарила Марти, и они с Роганом двинулись в сторону Кейси. На полпути она поняла, на что намекал Марти.

— Не возражаешь, если я возьму его на себя?

— Тебе все еще кажется, будто ты имеешь влияние на тинейджеров?

— Ты же включаешь свое обаяние при общении со стаей пантер, когда того требуют обстоятельства. Только обещай мне, что не скажешь ничего, что может напугать этого парня. А лучше вообще ничего не говори.

— Кейси Хейнц?

Кейси вытер руки о штаны цвета хаки и огляделся, как будто в этом разговоре собирался принять участие кто-то еще.

— Это просто здорово, — сказала Элли. — У меня бы переломились запястья, если бы я попробовала сделать подобное. Вероятно, потому, что я провожу слишком много времени за компьютером, печатая отчеты. Твоя подруга Рамона сказала нам, что мы можем найти тебя здесь.

Она представилась сама, представила Рогана и предъявила свой жетон.

Наблюдая за тем, как Элли записывает его имя в блокнот, парень сказал:

— «Хайнц» — как кетчуп. Не «Хейнц».

— Кейси — это какое-то сокращение?

Ответ последовал после едва заметной паузы.

— Нет. Просто Кейси.

— Понятно, — сказала Элли с улыбкой. — Ты знал Джулию Уитмайр?

— Только через Рамону. Ну да, конечно, мы были знакомы.

— Мать Джулии сказала, что однажды видела тебя в их особняке. Ты часто бывал там?

Кейси удивленно поднял брови:

— Вот уж не думал, что эта женщина заметила меня. Как это она могла запомнить какого-то бездомного парня?

— Я думаю, ее выражение «уличные» объясняет то, что она тебя запомнила. По ее словам, в тот день она видела в доме двух парней и одну девушку.

— Ну да. Наверное, это были Брэндон и одна девушка, с которой мы иногда видимся в парке. Ее зовут Вонда.

— Вы регулярно бывали у Джулии?

— Я был у нее четыре или пять раз, и обычно мы всего лишь заходили за ней с Рамоной в свободные дни, чтобы прогуляться. Тогда нам просто не повезло, что ее мать оказалась дома. Вонда все восхищалась, как одевается Джулия, когда мы пару раз проводили вместе время у фонтана.

— Ты имеешь в виду здесь, в парке?

— Да. Потом Джулия сказала мне, чтобы я привел к ней Вонду в следующий раз, когда ее встречу. Она хотела отдать ей всю эту одежду, которая вызвала у нее такое восхищение. Мы уже собирались уходить, когда вернулась мать Джулии. У нее был такой вид, как будто мы собирались вынести из дома фарфор или что-нибудь типа этого.

— Весьма щедро со стороны Джулии. Это было типично для нее?

Кейси пожал плечами:

— Да вроде того. Но она всегда хотела, чтобы все знали о ее благотворительности. Извините, с моей стороны, конечно, не очень красиво говорить такое с учетом обстоятельств.

— Ты когда-нибудь оставался с Джулией наедине?

Парень испуганно взглянул на нее:

— Вы думаете, я имею какое-то отношение…

— Нет-нет, — поспешила успокоить его Элли, сделав шаг назад, чтобы у него было больше пространства. — Ничего подобного, Кейси. Я задала этот вопрос только для того, чтобы понять, насколько хорошо ты знал Джулию. Это может помочь соотнести твои впечатления с контекстом событий.

— Ладно, хорошо. Мы никогда ничего не делали с ней вдвоем. Правда, несколько раз после общения в компании с остальными мы шли с ней вместе в одном направлении. Однажды все рано разошлись, и мы пошли посмотреть новую часть Хай-Лайн, когда она только что открылась. Но в основном, как я уже говорил, мы знали друг друга через Рамону.

— И я так понимаю, тебе известно, что случилось с Джулией этой ночью?

— Что она умерла? Конечно. Рамона позвонила мне, и я приехал к ней. Она сказала, мать Джулии не верит, что она покончила с собой. Вы поэтому нашли меня?

Этому парню совсем не обязательно было знать о том, что Элли и ее партнер расходятся во мнениях по данному вопросу.

— Ты, судя по всему, хороший, откровенный парень, Кейси.

Он прищурился:

— Стараюсь.

— Ну, так будь со мной откровенен. Что ты можешь сказать о Джулии, о чем не захотел бы говорить ее лучший друг?

— Что тут можно сказать. Она из очень богатой семьи. Красивая. Похоже, у нее были проблемы с родителями. Она постоянно ссорилась с матерью, говорила об отце, старалась проводить с ним больше времени, считала, что на нее не обращают внимания. А в остальном была вполне нормальной.

— У нее был бойфренд?

— Нет, постоянного не было. Она рассказывала мне, что познакомилась несколько недель назад с каким-то парнем, но я не спрашивал, чем это кончилось.

— Что за парень?

— Понятия не имею. Она упомянула о нем только однажды. Как я уже говорил, мы оба дружили с Рамоной, но не между собой. Это произошло как раз в один из тех немногих случаев, когда мы были с ней вдвоем. Мы сидели тогда в заведении «Блэк энд Уайт».

Элли с трудом сдержала улыбку. Это был небольшой бар в Ист-Виллидж, где иногда воскресными вечерами играл ее брат Джесс со своей группой «Dog Park». Она всегда поддразнивала Джесса, говоря ему, что в заведении полно подростков с поддельными удостоверениями личности. Однако тот верил, что это следующий CBGB.

— Рамона вызвала такси, а я проводил Джулию домой. Она изрядно выпила и все говорила, что ей хочется позвонить этому парню. Мне это показалось забавным, и я начал ее подзадоривать. Потом Джулия сказала, что у нее даже нет номера его мобильного телефона, что она вроде как не должна была ему звонить или что-то в этом роде. Все это было немного странно.

— А Рамона знает номер этого парня?

— Не уверен. Джулия сказала, что Рамона не одобряет это знакомство.

— Почему Рамона его не одобряла?

— Помните, я вам говорил о ее проблемах с отцом? Скажем так, это проявлялось в предпочтениях Джулии в отношении мужчин. Рамона постоянно пыталась убедить ее посетить врача в связи с этим. Из слов Джулии насчет неодобрения со стороны Рамоны я понял, что это какой-то пожилой мужчина.

— О каком возрасте идет речь?

— Ну, конечно, не о возрасте Хью Хефнера. Но я думаю, тому парню прошлым летом было около тридцати! Рамона тогда прочитала ей целую лекцию, и у меня сложилось впечатление, что с тех пор Джулия перестала с ней откровенничать.

В любой другой ситуации Элли посмеялась бы над тем, что тридцатилетнего мужчину называют «пожилым». Но если тридцатилетний мужчина вступает в отношения со старшеклассницей, он уже не просто пожилой, а старый.

— А почему ты решил, что она перестала откровенничать с Рамоной?

— Рамона, похоже, верила Джулии, когда та говорила, будто ей нужно читать, заниматься и всякое такое. Может быть, я чересчур подозрителен, но мне казалось, что она лжет. Однажды она сказала, будто собирается на крышу отеля «Стандард» с Маркусом, но потом Рамона выяснила, что Маркус был на дне рождения их одноклассницы. Рамона тогда здорово разозлилась. В другой раз Джулия сказала Рамоне, будто заснула под телевизор, и я сразу понял, что это ложь. Сегодня, когда она не пришла на встречу, я подумал, что это ее очередное таинственное исчезновение. Сейчас я чувствую себя просто отвратительно.