Сергей Самаров - Время теней

А связь так нужна именно сейчас, когда пришли сведения, которые необходимо передать трем взводам спецназа, ушедшим в рейд.

Владимир Андреевич нервничал. Нервничал и комбат Угрюмов, курил сигарету за сигаретой, ругал почем зря связистов и вообще все окружающие горы и долины. Операция так хорошо и тщательно готовилась и теперь могла сорваться из-за такого пустяка, как отсутствие устойчивой связи с рейдовиками.

- Кто хоть там командует? С головой парень?

- Тарханов. Старлей. С новым пополнением прибыл, - хмуро ответил Угрюмов.

- Необстрелянный?

- Да как сказать... У нас еще не воевал. А так - Ангола, Мозамбик, Сальвадор и еще что-то там. Не знаю я, как к ним относиться. Он боевик, а не командир. Здесь совсем другое дело.

- Это уже легче... Может, сообразит, - чуть успокоился Владимир Андреевич.

Он сам прошел тот же путь, что и этот незнакомый ему старлей. Имеет тот же опыт диверсионной работы в других странах. Комбат же, кроме Афгана, за плечами не имеет ничего, но считает, что этот опыт и есть главный. В чем-то Угрюмов прав. Работа в маленькой офицерской группе существенно отличается от командирской должности здесь. Офицер - это воин-профессионал. А Тарханов повел с собой группу солдат, которых сам обучал перед прибытием в Афган, за которых должен отвечать. Но может ли он так же надеяться на их умение, как должен был бы надеяться на боевых офицеров?

Ситуация сложилась нестандартная. Агентура донесла, что идет большой караван со "стингерами". Ох уж эти "стингеры", сколько бед они доставляют авиации... Командование поставило жесткие условия - караван уничтожить. Группа вышла. И когда до предполагаемого времени встречи осталось меньше суток, пришло еще одно сообщение - другой караван движется впереди основного. Караван с наркотиками.

Посылать вертолет - можно спугнуть моджахедов. Кто знает, где у них сидят свои люди, как они контролируют подступы к долине, где и должно развернуться действие. Какими средствами связи располагают. Группу высаживали далеко от основного направления, чтобы сбить возможных информаторов со следа. Сначала связь была устойчивая. Все шло по плану. А в последние сутки эфир доносит только треск, писк и молчание.

Если Тарханов не разберется, он может принять первый караван за нужный и завязнуть в бою с ним, а в это время второй - основной - просто обойдет их, если не захочет прийти первому на помощь. Владимир Андреевич специально приехал в батальон, чтобы проконтролировать ход операции. Как он хотел бы оказаться сейчас там, вместе с этим старлеем, чтобы самому принять участие в действии. Самому всегда легче, самому всегда кажется, что поступишь правильно.

Сколько трубок было выкурено за это время...

Сколько шагов пройдено по небольшой комнате...

Ожидание утомляло, напряжение нарастало. Так же нервничал и комбат, который связывал многие надежды с пополнением батальона. И вот первая операция, такая важная, и нечаянно получилось, что такая сложная.

- Есть, товарищ подполковник! - Ефрейтор-связист даже закричал от радости. - Памир на связи.

Первым до трубки допрыгнул подполковник.

Комбат оказался рядом и вытянул мощную шею, стараясь приблизить свое ухо к трубке.

- Памир, я Соловей. Слушаю тебя.

- Соловей! Я - Памир. Докладываю. Задание выполнено. Прошу выслать вертолет для вывоза раненых. Срочно. Обязательно с врачом. Повторяю.

Срочно вертолет с врачом...

- Второй караван...

- Второй караван уничтожен. Первый я пропустил через себя. Иду на преследование. Вышлите вертолет за ранеными. Я оставляю им прикрытие.

- Сколько раненых?

- Четыре человека. Один тяжелый. Один с серьезными ожогами. Вертолет требуется немедленно.

- Почему так долго молчали в эфире?

- Заметил наблюдателей противника. Сохранял молчание в целях маскировки. Когда вертолет будет - мать вашу! - я спрашиваю?

Владимир Андреевич растерянно передал трубку рации комбату. Оперативные вопросы уже ему решать. А самого подполковника просто возмутила речь старшего лейтенанта в эфире. Конечно, никто тому не представлялся, и не знал старлей, с кем разговаривает. Но тем не менее...

А впрочем... Вдруг представил Владимир Андреевич себя на месте командира роты - там раненые, вертолет требуется немедленно, а его начинают сначала расспрашивать... Старлей прав. В первую очередь он заботится о своих людях, а потом уже отвечает на вопросы. Что ему за дело до беспокойного ожидания в штабе. Так и надо себя вести. Тогда и твои люди будут на тебя надеяться, будут идти за тобой в бой, зная, что ты не бросишь их в беде. Тысячу раз прав старлей!

Комбат уже отдал распоряжение о вывозе раненых. Передавал летчикам координаты - отмеченную на карте точку. Вернулся к подполковнику. Он, конечно же, слышал, как командир роты покрыл матом старшего по званию. И ждал реакции, готовый, Владимир Андреевич видел, грудью встать на защиту своего офицера.

- Боевой парень, а? - со смехом спросил подполковник. - А ты говоришь, опыта у него нет. У него школа хорошая. Я сам через эту школу проходил.

И язык.., тоже, надо сказать, хороший. За своих парней глотку перегрызет.

- А у нас все такие, - ответил комбат. - Иначе нам не выжить.

- Дождусь я, пожалуй, его. Посмотреть хочу, что за старший лейтенант такой выискался.

Раненых вывезли быстро. Только узнать у них, как прошла операция, не удалось. Солдат сразу отправили в госпиталь. А полностью группу эвакуировали лишь на следующее утро. Причем пришлось вызывать для этого еще и штурмовые вертолеты. Старший лейтенант Тарханов догнал и уничтожил первый караван, но едва успел закончить этот бой, как тут же ввязался в следующий - с подоспевшей к духам помощью. Ему пришлось бы туго, но он вовремя отступил на господствующую высоту и оттуда применил против моджахедов "стингеры", которые захватил в уничтоженном караване. Ручные ракетные установки класса "земля - воздух" оказались вполне пригодными и для использования в классе "земля - земля".

Бой в окружении длился почти всю ночь. Когда от роты пришло сообщение и просьба о применении штурмовых вертолетов, Владимир Андреевич сам вылетел вместе с подмогой к месту боя. И даже удивился, увидев сверху всю картину.

Тарханов умудрился занять не просто первую попавшуюся высоту, а целую крепость, со стенами-брустверами, выложенными из крупных камней-валунов, с полнопрофильными окопами. Даже недоумение возникло - как же сами моджахеды не заняли такую позицию раньше спецназовцев, они-то знают местность гораздо лучше пришельцев. Как потом оказалось, каменные бастионы солдаты сами выстроили ночью, выкатывая валуны по кругу, и окопы вырыли сами же.

- Да, - уже после возвращения на базу, выслушав это объяснение, сказал Владимир Андреевич, - ты своих пацанов натаскал здорово.