Сергей Самаров - Время теней

Офицер кивнул, а Слава отошел на несколько шагов и достал трубку спутникового телефона.

- Полковник Раткович, кхе-кхе... - представился и прокашлялся со сна знакомый голос.

- Мате, это Макараджич. Я твою просьбу выполнил. Сейчас передаю пленных, постарайся забрать их. А я пошел дальше.

- Отлично, Славко! Молодчина! Откуда забрать?

Слава подозвал офицера и передал ему трубку.

- Полковник Раткович. Договоритесь насчет пленных, - а сам пошел к Хаггарду.

- Майор, что я должен сообщить вашему командованию, чтобы они забрали тело вашего рядового?

- Вот это и сообщите. И место, откуда забрать.

- Может быть, поговорите сами?

- Могу и сам. Развяжите руки.

Уверенный в своих силах, Слава развязал американца без сомнения и даже помог ему, раненному в ногу и хромающему, сесть в машину. Майор быстро защелкал тумблерами рации, надеясь, что капитан не сможет запомнить его манипуляции. Напрасно. Слава запомнил все.

- Мне нужен полковник Йорк.

- Кто его спрашивает? - Женский голос настолько приятен и мелодичен, что Слава невольно захотел умыться и побриться.

- Майор Хаггард говорит.

- Одну минуту.

Техника у американцев работает хорошо. Слышимость такая, будто разговаривают из соседней машины.

- Полковник Йорк. Слушаю, майор? Как у вас дела?

- Мы захвачены в плен сербским спецназом. Обращаются с нами, как с обезьянами. Вы это запомните?

Майор косо посмотрел на Славу, думая, что тот постарается прервать передачу. Но капитан только усмехнулся. Пусть жалуется, пусть страху нагоняет.

Пусть поймут, что война - это не благоустроенные туалеты, без которых американская армия даже бастует, как случилось во время операции "Буря в пустыне".

- Понятно, - печально сказал полковник. - Крепитесь. Как там Питер?

- Питер убит.

Полковник надолго замолчал. Слава тут только вспомнил, что часового тоже звали Йорком.

- Он был часовым, когда на нас напали. У нас в команде двое ранены. С нами объект. Тоже ранен.

- Тело с вами?

- Нет. Его оставили возле дома. Квадрат А 16.

Вы можете забрать. Это предлагает капитан сербского спецназа. Он рядом со мной. Я сожалею, полковник...

- Спасибо, что сообщили, майор. Желаю вам удачно выпутаться... Я позвоню сегодня же в Вашингтон. Может, удастся что-то для вас сделать.

Конец связи.

Рация запищала, и майор выключил ее.

- Сын? - спросил Слава.

- Это сын его покойного брата. Полковник хотел сделать из мальчишки мужчину. Не успел.

- Многие из вас больше ничего уже не успеют сделать в жизни. Это я вам обещаю... - жестко сказал Слава, которого разговор майора с полковником по-человечески тронул, и он за это сам на себя разозлился. - С вами по-хорошему разговаривать нельзя. Вас надо уничтожать. Только тогда оставшиеся что-то поймут. Может быть, поймут...

Хаггард на проповедь не отреагировал. Или сделал вид, что не реагирует.

- Кто тот человек? - кивком показал майор.

Солдаты гнали в лес пинками албанского офицера.

- Албанский сепаратист. Они захватили пост и отрезали головы трем солдатам.

По телу майора пробежала такая сильная дрожь, что Слава заметил это даже со стороны.

- С ним сделают то же самое?

- Нет. Это они могли бы сделать здесь, на дороге. Его просто повесят.

- Да... - в голосе Хаггарда появились философские нотки. - Хорошо, что мы американцы, а не албанцы. Иначе и нам болтаться бы на ветру.

Слава верно уловил момент и сориентировался правильно. Будущему допросу у полковника Ратковича он может помочь уже сейчас.

- Не обольщайтесь, майор. Лично я не вижу принципиальной разницы. Разве что албанцы воюют на своей земле. И их можно за это уважать. Вы же пришли на чужую землю. И уважать вас мне лично не хочется. Я бы обращался с вами хуже, чем с ними.

- Значит, нас тоже ждет веревка? - Майор нехорошо усмехнулся. - Хотя бы уж уважили, как солдат солдата, и расстреляли.

- Все зависит от того, как вы поведете себя на допросе. Но зарекаться от веревки я бы на вашем месте не стал. Итак, прошу перебраться в грузовик. Я передаю вас в распоряжение армейской части.

Когда "тени" забирались в "Хаммер", сербский офицер подошел к их машине.

- У нас четыре "иглы" есть. Могу половину уступить. Ради хорошего дела. Так сказать, в обмен на пленных. Ваши предполагаемые "гости" могут и с воздуха пожаловать, будет чем их встретить.

- Отлично. Берем! - сразу согласился Слава.

Ручной зенитный комплекс "игла" класса "земля - воздух" пришелся отряду очень кстати.

- И еще... - просительно поинтересовался офицер. - Вы не возражаете, если мы летчика для начала слегка побьем? А то потом с ним будут на высоких инстанциях общаться. Там почему-то бить не умеют.

А мы аккуратно, по почкам, чтобы ссался в штаны всю оставшуюся жизнь.

- Какому летчику?

- Вашему американцу...

Тут только Слава и сообразил, что за странный комбинезон на пленном американце, которого он принял за ценного специалиста. Это же просто летчик! Значит, сербы сбили американца, а спецназовцы - это команда по спасению. Американцы же заранее предупреждали, что будут вытаскивать своих сбитых пилотов.

- Какой самолет хоть сбили? Не знаешь? - поинтересовался расстроенный Слава.

- А ты что, не слышал еще? - Офицер чуть не подпрыгнул от радости. "F-117". Увидели их "невидимку"...

Это было, конечно здорово. Гордость американской армии, неуязвимый и невидимый "Стеле" запросто сбивают югославские ракеты, которым в обед сто лет. Кто-то на этом наживется в Штатах. "Локхид", конечно, будет требовать новых денег на новый самолет, более совершенный. Ради такого события они будут готовы и всю эту войну профинансировать.

Потому что заработают на создании новой модели куда как больше.

- Делай как знаешь... - сказал Слава офицеру. - Делай, как ты привык здесь жить, потому что это твоя земля. Пусть они тоже это поймут и привыкнут.

Дум, вперед!

"Хаммер" развернулся с включенными фарами.

И в свет этих фар попал Хаггард, уже взявшийся за задний борт грузовика двумя связанными руками - сербы связали майора заново - и с трудом поднимающий простреленную ногу. И показалось Славе, что взгляд, которым майор провожал спецназовцев, был просто торжествующий и злорадный. Не понравился этот взгляд. Он грозил какими-то неприятностями, грозил ловушкой, и Слава решил быть осторожнее.

Глава 20

УПРАВЛЕНИЕ.

ПРОФЕССОР ВЕНИАМИН САМОЙЛОВ.

ГРУППА

Машина уже стояла у центрального входа.

Вениамин Вениаминович глянул на часы, торопливо спустился по лестнице и укоризненно качнул головой при виде часового у дверей, который тут же виновато закрыл журнал в яркой обложке и вытянулся по стойке "смирно". Перешагивая через две ступени, профессор уже миновал крыльцо и готовился взяться за ручку дверцы машины, когда какая-то женщина схватила его за локоть и остановила таким сильным движением, что с профессора чуть не слетели очки. Он, погруженный в свои мысли и возбужденный телефонным звонком, который и заставил его срочно вызвать машину, сначала растерялся и даже почти испугался, но быстро вспомнил ее. Женщина просто сильно располнела. До такой степени располнела, что и узнать сейчас трудно.