Лия Лин - Упади семь раз

И что у меня осталось от моих браков, кроме воспоминаний и детей? Да, свекрови остались, которые берут сорванцов на летние каникулы.

Ну почему? Почему мне не может наконец повезти? Стас так располагает к себе, хочется быть с ним, смотреть в глаза и не думать ни о чём. А внутренний голос твердит: «Мечтать не вредно. Вон он какой пижонистый, ты у него сто пятьдесят вторая только в этом году. С таким наплачешься…»

А кстати, что мне надеть? Может, попросить что-то у Андре? Нет, во-первых, она не в курсе. Во-вторых, что важнее, её шмотки будут мне великоваты. А у Надин гардероб, как у Дюймовочки… Собственно, чего я волнуюсь? Ведь, когда Стас подошёл к киоску, на мне не было ни макияжа, ни причёски, ни вечернего платья. Может, Надька что посоветует?

– Привет! Это опять я.

– Ну что, он тебя уже продинамил?

– Да нет. Голова кругом, хочется прыгать и танцевать. Думаю, чего бы надеть?

– А то вечернее платье с блёстками?

Именно это платье я приготовила на девичник.

– Я покупала его ещё при Ельцине!

– И что? Ельцина ещё народ помнит. А оно классическое. Я бы подвезла свой итальянский костюм, но ты ж не влезешь. Сколько раз тебе говорила – не жри после шести. А ты и в двенадцать ночи всё ещё закусываешь! Холодцом!

– И куда я теперь такая?

– Да отличная ты! Главное, чтобы лицо было счастливое! И глаза сияли. А на остальное он и внимания не обратит…

Я провалилась в мечтания: Стас дарит мне цветы, наливает шампанское в бокал.

Всё так и вышло. Глаза мои сияли, Стас наливал сливовое вино в бокал, а букет стоял рядом.

– Тебе нравится утка по-пекински?

– Да.

– А сливовое вино?

– Да.

– А о чём говорит эта гексаграмма?

И я вдохновенно выкладывала в ряды монетки, пока Стас распределял стебельки по кучкам, а потом не менее вдохновенно сочиняла нелепые объяснения.

– Может быть, потанцуем?

– Да.

Я забыла все слова, кроме «да». Поэтому когда Стас спросил: «Поехали ко мне?» – снова ответила:

– Да.

В это время у Стаса зазвонил мобильный. Выслушав взволнованную мужскую речь, Мультивенко нахмурился.

– Какие-то проблемы?

– Да, Лия, но это не важно. Вернее, важно, но мне показалось, ты сказала «да»? Поехали…

И там, где мы оказались после ресторана, я тоже отвечала «да», но уже губами и телом…

Я не могла остаться у Стаса на всю ночь. Волновалась о детях, о собаке Джульке. Но волновалась напрасно: в четвёртом часу ночи дома все спали. Поставив роскошный букет в вазу, включила мобильник и обнаружила на дисплее семьдесят четыре пропущенных вызова от Андре. Интересно, сколько же сегодня подруги выпили? Андре, скорее всего, до зелёных фей наквасилась, а коварная Надька, наверное, уговаривала её позировать для портретной обнажёнки. Только мечте Надин, как мне кажется, не дано осуществиться. Суеверная Андре шарахается от её предложений, как мои Али с Абрашкой от свинины. Ничего, узнаю новости завтра.

В животе заурчало. Ну вот зачем я вспомнила про свининку? Сочные кусочки в луково-хренном соусе по моему фирменному рецепту… Или лучше по традиционному китайскому? В кисло-сладком, с ананасами… Ну да, после секса мне всегда есть хочется. Только я успела об этом позабыть. Сглотнув слюну, виновато прокралась на кухню. Достала банку селёдки, отломила горбушку от батона. И то, и другое казалось жутко вкусным. И пусть меня потом будет ругать Надька, что я опять поправилась, пусть…

Спать не хотелось. Включила компьютер, в «Яндексе» засветились новости:

«Десятиметровый кит прыгнул на яхту, приняв её за самку».

Ну вот, и киты туда же…

Наскоро внеся изменения в перевод статьи и отправив его заказчику, обнаружила в электронной почте письмо с прикреплённым файлом. Пришло четыре минуты назад. Чуть не нажала на опцию «Удалить», прежде чем поняла, что оно от Стаса. Да, он мне что-то такое говорил, взяв мой электронный адрес. Просил через недельку-другую переслать письмо ему обратно. Отшутился на все мои вопросы.

Открыть файл с непонятным расширением не удалось, и я выключила компьютер.

Пережёвывая селёдку, я снова переживала самые яркие сцены вечера: неужели у нас может получиться со Стасом…

Я и предположить не могла, что ожидало нас завтра.

В четверг я выскочила из дома в спешке, проспав безнадёжные попытки будильника вовремя меня поднять. Успела только черкнуть записку Забаве, чтобы приготовила чего-то горячего мальчишкам. Обычно я встаю пораньше, что-то стряпаю на быструю руку и оставляю записки в холодильнике со стрелками: «Это Али», «Это Забаве», «Это Аврааму».

Влетев в киоск, я набрала номер Стаса. Нет ответа. Наверное, спит. Я мечтательно погрузилась в ничегонеделание – жара не сбавляла обороты, а покупатели не спешили повысить уровень своей информированности. Так и прошел рабочий день.

Расстроенная и вспотевшая, я решила вечером не засиживаться дома, а рвануть в мастерскую к Надин. Девчонки мне оборвали трубку – им было интересно перемыть кости моему новому ухажёру. Да и у Аньки запись очередного хита прошла удачно. Ждут меня.

Получила по банкомату рядом с домом деньги за статью – клиент не подвёл, честно перевёл на мой счёт без задержки. В подвальном магазине затарилась продуктами.

Уже на подходе к дому дорогу мне переехала поливальная машина, обдав облаком тёплой мороси. Я безо всякого удовольствия шагнула на мокрый асфальт.

В детстве мне нравилось, когда зимой передо мной проезжала снегоуборочная машина, обнажая из-подо льда серо-замёрзший асфальт. Или когда летом дворник подметал дорожку, останавливаясь перед очередным прохожим, даже маленькой девчонкой. Мне казалось – я ступаю по неизведанной, лунной поверхности, по которой ещё никто до меня не шагал. Поливальные машины меня приводили в особый восторг – я могла бежать за ними, промокая до нитки.

Куда уходит радость детского восприятия с годами? Вот сейчас мне было нерадостно: руки заняты пакетами с едой, а перед дверью – мокрый асфальт. Поставлю пакеты на него, пока буду доставать ключ и открывать входную дверь – выпачкаются. И мне же потом мыть пол в прихожей.

– Позвольте, помогу вам, – оторвал меня от раздумий мужской голос. – Я сейчас открою дверь. Давайте эти пакеты.

Рослый незнакомый мужчина обаятельно улыбался мне. Широкие плечи, сильные загорелые руки, открытая улыбка. Блондин. Нелепые очки на довольно красивом лице. Жаль – не мой типаж: мне всегда больше нравились брюнеты.

Неправильно истолковав мой оценивающий взгляд, блондин быстро сказал:

– Я не маньяк и не насильник, не бойтесь. Снял сегодня квартиру на третьем этаже в этом подъезде. Меня зовут Матвей, – мужчина открыл собственным домофонным ключом входную дверь. – Ну как, вы идёте?