Галина Романова - Призрак другой женщины

Витька встал как вкопанный, не добравшись до ступенек. Стянул с лысого черепа заячий треух, смял его в руках и оторопело заморгал, глядя на Катю.

– Понял, нет? Самогонки не дам!

– Матерь Божья… – Витька неистово и неправильно перекрестился, перепутав плечи. Взглянул на нее с обидой. – Как же ты на бабку-то свою похожа, Катька! Такая же злыдня! Утро только-только началось, а ты уже орать! Вылитая Васька! Та горлопанила…

– Эй! – Она вытащила руку из кармана. Пощелкала пальцами из стороны в сторону. – Ты ничего не перепутал, нет? Горлопанишь чуть свет ты! Времени знаешь сколько?!

– Восемь почти, магазин у железки открылся. – Витька задрал лысую башку и поскреб заросший кадык.

– Так и шел бы в магазин у железки, чего сюда приперся?

Катя чуть сбавила обороты. Сравнение с бабкиным нравом ей пришлось не по вкусу. И ведь Витька не первый за последние месяцы, кто говорит ей об этом. Был еще и соседский Лешка, и Макар, тот самый жених несостоявшийся, и Митька. Ото всех досталось, короче.

– В магазине у железки меня больше не кредитуют, – пожаловался Витька и присел на корточки, устав столбом торчать перед «здоровенной девкой», как он ее называл. – И новостей моих купить там нет желающих.

– А я должна? Должна, стало быть, купить твои новости? – фыркнула она и тряхнула головой. После тревожного сна волосы ее напоминали развороченный пук сена и лезли в глаза.

– Должна, дура, и купишь. – Витькин сизый рот поехал на сторону, он сплюнул. – Сто баксов, Катька, и ни центом меньше.

Минуту она рассматривала Витьку – закоренелого местного пропойцу, бездельника и побирушку. Сказать о нем доброго было почти нечего. Но одно сказать можно было точно – Витька не был вруном. Если он что-то говорил, когда был в состоянии через губу переплюнуть и выговорить, то это было правдой.

– Ладно… Черт с тобой, алкаш проклятый! – Она кивнула, повернулась на резиновых каблуках и направилась обратно к двери.

– Эй-эй-эй, Катька! Да погоди ты!!! – взвыл непрошеный ранний гость и рванул за ней следом, ухватил за рукав куртки. – Ну ладно, не надо денег, выпить налей, а? Нальешь, а?

– Иди за мной, чудовище! – скомандовала она и тихонько про себя посмеялась.

Если честно, она уже двинула в дом за деньгами, слишком уж заинтриговал ее Витька. Если так рано явился, посмел разбудить, да еще и интересничает, значит, новость стоящая. Но он не выдержал первым, и то ладно.

Она втолкнула Витьку в кухню и прикрыла за ним дверь. Повесила бабкину куртку на крюк за кухонной дверью, стянула сапоги, швырнула их обратно в коридор, обулась в тапки. Нырнула в свою спальню и поверх длинной ночной сорочки надела толстый желтый халат.

– О, Катька, ты прямо как лимон! – оскалился Витька в ухмылке и плотоядно покосился на ее грудь. – Богатство-то у тебя какое там, Катюха! И чего бережешь? Для кого бережешь? Митька малый…

– Так! – Она с грохотом поставила на большущий, пригодный для хорошего полевого стана стол трехлитровую банку с самогонкой. – Заткнись лучше, если хочешь выжрать!

– О, о, о! Я и говорю, – вылитая бабка! Та тоже так сквернословила. А еще с высшим образованием, называется! Кто ты там получилась-то после учебы? Минджанер или инжанер? – Витька заржал, с гулом сглатывая слюну. – Все равно хамишь, как неуч. Непорядок, Катерина!

Она со вздохом протянула ему граненый стакан, наполненный до половины. Не признать правоты его упреков в грубости Катерина не могла. С ней в последнее время и правда что-то творилось непонятное. Вот как бабка померла несколько месяцев назад, так и началось. Кошмары какие-то мучить начали, хоть спать не ложись. Шаги за спиной все время мерещились. Дом вдруг наполнился странными звуками. И, что самое странное, говорить и мыслить Катерина вдруг принялась как бабка ее покойная. Так же зло, дерзко и цинично. Может, дом пропитался бабкиным ядом настолько, что источает теперь на нее эти пары?

– Что за новость? – Она задвинула банку за спину, привалившись к столу бедром. – Больше не налью, пока не расскажешь.

– Понял, – кивнул Витька и пошарил глазами по полкам. – Нет в рот-то чего-нибудь закинуть?

– О господи! Дай воды попить, а то так жрать хочется, что и переночевать негде, так?!

Но все равно достала из огромного двухдверного холодильника пару холодных котлет и свежий огурец, отрезала хлеба. Витька смел с тарелки все, не успев присесть. Отдышался, рыгнул, как положено, извинительно прикрыв сизый рот ладонью. Потом сыто глянул на нее осоловевшими глазами и говорит:

– Сносить тебя собираются, Катька.

– Чего?! Чего?!

– Дом, говорю, сносить твой собираются. Новости из первых уст, поверь.

– А еще чей?

Она еще пока не осмыслила ничего до конца, просто решила внести уточнение.

– Больше пока ничей, говорят. Только твой.

– А что так? Больше ничей, а мой… Нет, тут какая-то лажа, Витек. Кто сказал? Когда? Давай, давай, колись, если хочешь, чтобы я налила тебе еще. Ну!

– Короче, слушай…

Оказывается, еще в пятницу к магазину на железнодорожной станции подъехал большой солидный дядя в большом солидном джипе. Зашел в окружении охранников в магазин, улыбнулся всем оглушительно.

– Бабы от его улыбки оглохли, короче, – пояснил Витька, заметив ее изумление.

Потом этот дядя достал какой-то план местности, разложил на прилавке.

– Позволили ему потому, что он перед этим половину товара скупил девкам для плана и премии, – снова внес пояснение гость.

Поводил холеным пальцем дядя по плану туда-сюда, потом ткнул в точку с номером Катькиного дома и начал наводить сведения о владельцах.

– Бабы ему и сказали, что хозяйку мертвой нашли на путях железнодорожных. Мол, упала и голову о рельс раскроила. А в доме ее внучка живет. И все.

Большой дядя тут же обрадовался, сказал, что проблем, как он думает, никаких не будет, еще пошептался в управе с первым замом главы, а потом уехал.

– И в чем мои проблемы? – тут же спросила Катя, потому что Витька замолчал, снова плотоядно уставившись на ее бок, за которым пряталась банка с самогонкой. – Пока что ты мне ничего стоящего не сообщил, Витя.

– Погоди трындеть-то, – вскинул он вверх заскорузлую растопыренную лапу. – Это еще не все новости. Но…

– Понятно. – Катя налила еще в стакан, швырнула на тарелку еще одну котлету. – Дальше!

– Бабы болтают, что первый зам главы весьма подробно поговорил с дядей. И завтра к тебе собирается наведаться с коммерческим предложением.

– Это каким?

– Предложат тебе переехать в квартиру в новостройке, большую хотят предложить, и какие-то деньги, сумма не уточнялась, – досадливо чмокнул языком Витек, дожевывая холодную котлету.

– А зачем мне это?

– Тебе незачем. А им что-то строить на этом месте приспичило.