Ольга Володарская - Девять кругов рая

Когда они вошли в кабинет, оказалось, что директор там не один. У него посетители. Мужчина и женщина. Судя по виду, иностранцы. И скорее всего муж и жена.

– Проходите, девочки, садитесь, – радушно встретила учениц директриса. Обычно она бывала не столь приветлива. – Познакомьтесь, Элла и Грэг Маккенли. Хотят взять на усыновление девочку вашего возраста.

Потом выяснилось, что чета Маккенли полгода назад потеряла свою дочь. Девочка умерла от серьезной болезни. Причем обнаружилась она на последней стадии, когда уже ничего нельзя было поделать. Дочь Эллы и Грэга угасла за месяц. Пока она лежала в больнице, родители находились рядом. Чтобы хоть как-то отвлечь девочку и себя, смотрели телевизор. На глаза попалась передача про русских сирот, в каких ужасных условиях они живут. И чета Маккенли решила, что, когда их девочка упокоится с миром, они удочерят именно ребенка из России. Того же возраста, что и их покойная Элиза.

– Девочки, покажите себя с лучшей стороны, – тихо, чтобы не услышали Маккенли, проговорила директриса. – Притворитесь, если надо. Это ваш шанс!

И они принялись из кожи лезть вон, чтобы понравиться иностранцам. Особенно старалась Кобылина. Поскольку заметила, что привлекла внимание усыновителей. Чета Маккенли, и это было очевидно, сразу отдала предпочтение ей. Да еще Свете. Видимо, их покойная дочка была худенькой и невысокой, раз они именно на двух самых мелких девочек обратили свой взор.

Когда супруги Маккенли уехали, пообещав вернуться, директриса сообщила воспитанницам:

– Вы все произвели благоприятное впечатление на этих людей. Но выделили они Зарубину и Кобылину. Так что девочки, – она обратилась к Свете и Мане, – старайтесь. Учитесь. В следующий приезд они будут смотреть оценки и дневник поведения. Бестолочи и хулиганки никому не нужны!

Маня со Светой переглянулись. Учились они обе неважно. Но вели себя по-разному. Зарубина примерно, Кобылина неудовлетворительно.

Однако, получив предупреждение, Маня стала за собой следить. Она сдерживала гнев, душила в себе желание пакостить. Кобыла за неделю превратилась в пай-девочку. Только это ей не помогло. Маккенли все равно выбрали Свету.

Узнав об этом, Маня взбесилась. Но вместо того, чтобы избить Зарубину, придумала кое-что получше.

Свету должны были забрать из детдома утром. Но когда девочку пришли будить, ее кровать оказалась пустой. Воспитатели бросились на ее поиски. Но Светы нигде не было! Как и некоторых ее вещей.

– Светка сбежала, – сообщила воспитателям одна из девочек, первая «шестерка» Мани. – Сказала, что не хочет за границу уезжать.

– Но она же хотела!

– Передумала, значит. Она ж мать свою найти мечтает, об этом все знают. Вот и решила остаться в России.

О мечтах Светы на самом деле все знали. Поэтому педагоги поверили девочке и объявили Зарубину в розыск.

Нашли ее спустя два дня. Маккенли к тому времени уже покинули Россию. Они передумали брать на воспитание русских детей. Решили осчастливить ребенка из такой же неблагополучной Югославии.

А Света после их отъезда долго лежала в больнице. Дело в том, что нашли ее в канализационном колодце со сломанной ногой и вывихнутой рукой. Туда ее столкнули Маня и ее «шестерки». Затем они закрыли люк. Света просидела в кромешной тьме двое суток. Она пыталась выбраться, но не смогла. Так бы, наверное, и погибла там, если б одну из девочек не замучила совесть. Она выпустила Зарубину, но только с условием, что она их не «заложит».

Света поклялась. И сдержала обещание. Сказала всем, что колодец был открыт и она сама в него упала.

Тот факт, что она упустила свой шанс, девочку очень огорчал только первое время. Но потом она успокоила себя тем, что это судьба. Значит, ей суждено остаться в России, чтобы найти свою мать.

И, как это не удивительно, Света ее на самом деле нашла многие годы спустя. Устроившись в «Семь Я», она обрела возможность просматривать архивы роддомов. А так как знала, в каком она сама появилась на свет, вычислить свою родительницу было не так уж сложно. Как и узнать через справочную адрес ее проживания.

Света очень хорошо помнила тот день, когда явилась к матушке для знакомства. Была поздняя весна. Теплынь. Но Света дрожала от волнения. А бумажку с адресом так измяла, пока ехала до места, что она чуть ли не рассыпалась в руке.

Найдя нужный дом, Света несколько минут с удивлением смотрела на него. Добротная многоэтажка, ощетинившаяся спутниковыми тарелками. Зарубина почему-то думала, что отказавшаяся от нее мать живет в каком-нибудь бараке или в лучшем случае в хрущобе. Ведь в роддомах детей оставляют люди, проживающие в ужасных условиях. Пьяницы например. Или подростки из неблагополучных семей, но ее мать совершенно точно была не юной роженицей. Когда она произвела на свет дочку, ей было двадцать три.

«А может, она сильно хворала? – думала Света. – Болезнью крови например. В школе, где я преподавала когда-то, была такая девочка. Не жилец. Ей врачи отмерили не больше двенадцати лет жизни. Но она прожила двадцать. Забеременела в восемнадцать. И родила. Но умерла, оставив ребенка на непутевую мать. Или тетку. Бабушку, сестру, кто бы точно вспомнил? В общем, новорожденного кто-то взялся воспитывать. Не бросили. А что, если у моей матери из родственников никого не было? Что ей оставалось делать? Только оставить ребенка в роддоме…»

Света решила больше не строить догадок. Уж лучше зайти поскорее в квартиру и все узнать. Вот только домофон на подъездной двери мешал этому. Конечно, Света может набрать номер нужной квартиры и попросить ее впустить, но… Что она скажет? Здравствуйте, я ваша дочь? Или наврать, что из ЖЭКа? Как вариант – притвориться курьером…

Тут Света заметила, что к подъезду стремительно приближается девушка. В руках она держит связку ключей, среди которых болтается магнитный. Не глянув на Зарубину, она открыла дверь и вошла. Света проскользнула следом.

Нужная квартира располагалась на шестом этаже. Света поднялась, вышла из лифта. Сердце бухало. Ладони потели. Она представляла свою мать и встречу с ней. Почему-то ей казалось, что мама худощавая женщина с короткой стрижкой, по молодости мать наделала много ошибок, но впоследствии в них раскаялась.

Света вытерла руки о брюки и надавила на звонок.

Спустя полминуты ей открыли.

На пороге стояла дородная женщина в атласном халате. Ее приятное лицо было ярко накрашено. Осветленные волосы уложены в замысловатую прическу. Шея увешана золотыми цепочками. На пухлых пальцах штук пять перстней.

– Здравствуйте, – приветствовала хозяйку Света.

– Добрый день, – откликнулась та мелодичным, хорошо поставленным голосом. – Вы из поликлиники?