Антон Леонтьев - Код одиночества

– Ну что же, Игорь Михайлович, это превзошло все мои самые смелые ожидания.

– Я хочу тебя, здесь и сейчас! – прорычал Игорь и попытался навалиться на женщину, но она легонько толкнула его, и Игорь послушно лег на скамью.

Клаудиа внезапно выпрямилась, поставила ему на грудь ногу и сказала:

– Победитель может быть только один. И им стану я. – Быстрым шагом она пошла прочь, но, замерев на мгновение в дверях, обернулась, послала Игорю воздушный поцелуй и добавила: – Игорь Михайлович, вам надо остудить свой пыл – и в отношении меня, и в отношении комбината.

Затем, бесовски захохотав, захлопнула дверь, оказавшись на женской половине. Игорь услышал скрежет поворачивающегося ключа. Дрожа, он вскочил с лавки. Тварь, мерзавка, шлюха! Сначала она раззадорила его, а потом просто бросила? С ним не обращалась так еще ни одна женщина!

Наскоро одевшись, Игорь, пылая злобой, вышел из раздевалки – Клаудиа была уже там, любезничала с чиновниками. Улыбаясь, она взглянула на Игоря, и ее взгляд демонстративно застыл на ширинке Игоря.

На прощание француженка заявила:

– Люблю одерживать победу над мужчинами. Ими так легко управлять!

По дороге в Москву, в собственном «Боинге», Игорь заперся в кабинете и, меряя помещение шагами, все думал об одном – о Клаудии. Она намеренно показалась ему голой, а затем изобразила готовность заняться сексом прямо там, в раздевалке, и все для того, чтобы получить над ним власть. И как же ему избавиться от ее чар? Картинка никак не шла у него из головы. Веселовский опустился в кресло, рывком расстегнул ширинку и закрыл глаза. Да, именно этого он и хочет – овладеть Клаудией Беспалофф. И пускай все произойдет только в его мечтах, но надменная француженка станет его!

В столице Игорь принялся обзванивать всех тех, кто был ему должен или находился у него на балансе. Странное дело, но чиновники мямлили, уверяли, что никак не могут повлиять на принятие решения, или их секретарши заявляли, что шефы чрезвычайно заняты. Игорь добился встречи с заместителем главы президентской администрации, и тот огорошил его небывалой новостью:

– Принято решение, что контрольный пакет акций Усть-Кремчужного химического комбината будет продан французскому концерну «Ta-Bes».

– Что? – только и выдохнул Игорь. – Не может быть! Вы обещали, что именно я стану владельцем...

Заместитель главы президентской администрации поднялся из-за стола, подошел к окну, отодвинул портьеру и посмотрел на расстилавшуюся внизу Красную площадь.

– Игорь Михайлович, могу ответить вам фразой из старого советского фильма: «Я не волшебник, я только учусь». Да, не скрою, что именно вы были моей преференцией, однако решение о том, что комбинат в Усть-Кремчужном будет продан концерну, подконтрольному Клаудии Беспалофф, принято не мной.

– Кто, ваш шеф, глава администрации? – спросил Игорь, в голове которого возникала одна и та же сцена – обнаженная Клаудиа подходит к нему...

Собеседник молчал. Игорь ударил по полированной поверхности стола кулаком.

– Кто, черт побери, если не ваш шеф? Глава Госкомимущества, министр финансов, премьер, в конце концов?

Чиновник соизволил наконец ответить:

– Давайте обойдемся без имен. Скажу только, что решение принято человеком, спорить с которым никто не может.

– Президент! – ахнул Веселовский, снова чувствуя внезапную эрекцию. Чертова Клаудиа, почему он не может забыть ее? После того случая в душевой, даже оказываясь в постели с девицами, он думал только о ней! – Но ведь президент был на моей стороне. Он сам сказал не так давно, что российские предприятия должны принадлежать российским инвесторам... – произнес растерянно Игорь.

Заместитель главы администрации кашлянул, отошел от окна и сказал:

– Супруга президента не так давно была на Апеннинском полуострове – частный визит, она вместе с детьми провела несколько дней на яхте бывшего итальянского премьера, хорошего друга нашего президента. На яхте, помимо супруги президента, было еще несколько хороших друзей хозяина, в том числе мадемуазель Клаудиа Беспалофф. После пребывания на яхте итальянца супруга нашего президента изменила первоначальный план и заехала в Париж, на показ мод, а также посетила бутики, входящие в империю мадемуазель Беспалофф. Там супруга нашего президента, которая, как вам, быть может, известно, с большим интересом отслеживает веяния международной моды, познакомилась с несколькими кутюрье, например с Жаном-Полем Годо, который тотчас заявил о том, что сделать эксклюзивную коллекцию для нее, причем даром, для него великая честь. А когда супруга президента вернулась в Москву, то замолвила словечко за свою новую подругу. Конечно, нашего президента так просто не проведешь, но, по всей видимости, мадемуазель Беспалофф дала, помимо всего прочего, твердые гарантии, которые удовлетворили президента. Да, он не раз заявлял, что российские предприятия должны принадлежать российским предпринимателям, но ведь мы живо заинтересованы в иностранных инвестициях, а мадемуазель Беспалофф в состоянии их нам обеспечить.

– Значит, решение принято? – спросил Игорь, чувствуя, что голос его дрожит.

– Можно сказать и так, – ответил заместитель главы администрации. – Но вам не стоит огорчаться, Игорь Михайлович, в следующий раз победа будет за вами.

В следующий раз! Игорь был взбешен – француженка обвела-таки его вокруг пальца! Все его старания пошли прахом только из-за того, что она сумела вскружить голову супруге президента, а еще наобещала иностранные инвестиции. И Кремль решил, что Веселовский не самый подходящий кандидат на роль владельца контрольного пакета акций Усть-Кремчужного химического комбината.

Вечером того же дня Игорь вылетел в Лондон. Прибыв около полуночи в свою виллу в Западном Суссексе, он пожелал немедленно видеть начальника отдела безопасности Марка Скиппера. Тот появился через три минуты – коренастый, накачанный, с седеющим ежиком волос, безжалостными голубыми глазами и всегда безэмоциональным, словно каменным лицом.

– Марк, эта французская дрянь обставила меня вчистую! – заявил Игорь, бросая на стол досье на Клаудию Беспалофф.

– Я всегда знал, что лягушатникам нельзя доверять, мистер Веселовский, – сказал Скиппер. – Мне очень жаль.

– Мне тоже, – кивнул Игорь. Он закинул руки за голову, закрыл глаза – и вновь возникла картинка: обнаженная Клаудиа, ее руки снимают с него полотенце, они целуются...

Почувствовав нарастающее возбуждение, Игорь прогнал воспоминания, поднялся из кресла и тихо произнес:

– Этот химический комбинат должен принадлежать мне.

– Да, сэр, – откликнулся Марк Скиппер.

– Но французская шлюха почти наложила на него лапу, – продолжил Игорь. – Однако она рано радуется, ведь победитель, тут она права, может быть только один. И речь идет даже не о миллионных прибылях, а о том, что я никогда не проигрываю. И тем более женщине!