Антон Леонтьев - Интервью с магом

Ага, значит, выгнали тебя, замелькало в моей голове. И поделом! Наверняка что-нибудь компрометирующее… Точно, «голубой»! Значит, как учат адепты концепции переселения душ, в прошлой жизни женщиной был…

– Господин Аскольдов предложил мне зарплату, от которой невозможно отказаться, поэтому я и сменил профиль работы, – пояснил субъект, и я скисла.

Вот почему всем предлагают новую работу и сумасшедший гонорар, а меня ни за что ни про что выгнали с радио, и теперь я вынуждена не по своей воле быть свидетельницей так называемого сеанса ретроспекции? Где справедливость, о, Космический Разум? Кто, впрочем, сказал, что в мире вообще имеется справедливость и все функционирует по неким божественным законам? А что если и наша жизнь, и вся Вселенная зиждутся на голимом хаосе?

Развить сию философскую мысль мне не удалось, потому что яппи Илья Плотников переключил свое внимание на нас.

– Мы с вами вчера утром виделись, во время беседы, – сказал он Светлане. – К эксперименту сможем приступить через несколько минут.

– Вы во время допроса с ней виделись? – не выдержала я. – Несчастную женщину подвергли пыткам, дабы узнать, говорит она правду или нет!

Меня злило, что наглый тип не замечает меня. Если кто тут и «звезда», так это, без сомнения, я! Я, Катя Саматоха! А он не удостоил меня и поворота головы!

Ну что же, теперь удостоил. Плотников смерил меня презрительным взглядом и процедил:

– А вы та самая скандально известная радиодама. К вашему сведению, многоуважаемая: никто госпожу Мельникову не пытал, она прошла, причем добровольно, тест на детекторе лжи.

– Добровольно, как же! – продолжала я быть язвой. – Примерно так же добровольно, как лет шестьдесят-семьдесят назад «враги народа» добровольно подписывали чистосердечные признания после того, как ваши старшие товарищи охаживали их табуретками по голове?

Мою тираду яппи проигнорировал, обратившись к Маше:

– Ты же знаешь, что такое детектор лжи?

– Ну естественно, я ведь не маленькая! – обиделась девочка. – Его еще называют лай-детектор. По-английски, да? Я по телику такое видела. Если кто врет, его в два счета вычислят...

Страшное подозрение закралось мне в голову, и я сказала:

– Вы что, хотите подвергнуть тесту на детекторе лжи и Машу? Да вы в своем уме! Она же еще ребенок!

– Никакой я не ребенок! – возмутилась паршивка. – Это же так круто! Мне все завидовать будут, когда я расскажу!

– Рассказывать кому бы то ни было запрещено, – с металлом в голосе произнес безжалостный бывший чекист Илья. – А вы, дамы, подпишите несколько бумаг...

Он указал на парту, на которой лежали две папки с листами. Я пробежала их глазами – «Обязуюсь не разглашать...», «Беру на себя обязательство молчать...», «Без письменного разрешения не имею права...» Ого!

– Что за белиберда? – заявила я высокомерно. – Можно подумать, мы принимем участие не в сомнительном эксперименте по выуживанию информации из прошлой жизни, а в разработке нейтронной бомбы!

– Если не хотите подписывать, тогда покиньте помещение, – приказал тип. – Но учтите, в таком случае обещанного господином Аскольдовым гонорара вам не видать как своих ушей!

Кипя от негодования, я моментально подмахнула бумажки. И что он имеет против моих ушей? Мои ушки – моя гордость! Бывший супруг, например, обожал в порыве страсти покусывать их, шепча, что они – мой самый сексуальный орган!

Светлана тоже подписала клятвы о неразглашении. Плотников закрыл кабинет на ключ, дал знак ответственному за камеру, и тот начал съемку.

– Сегодня, тринадцатое октября, в десять часов двадцать три минуты, мы приступаем к эксперименту по ретроспективному установлению информации, полученной в прошлой жизни, – произнес яппи серьезнейшим тоном. Я прыснула. Ну надо же, как научно все обставлено!

Сверкнув глазами в мою сторону, Плотников продолжил:

– В эксперименте принимают участие Мария Сидорова, являющаяся подопытным объектом, Светлана Мельникова, выступающая в роли психоэнергетического консультанта, и я, Илья Плотников, независимый наблюдатель.

Я снова издала смешок – тоже мне, независимый! Если ему Аскольдов прикажет, он и встречу с «зелеными человечками» подтвердит!

Плотников жестом приказал остановить съемку и произнес:

– Если вас что-то не устраивает или кажется особенно комичным, то можете удалиться. Мы ждем!

Вот ведь хам! Мне пришлось пробормотать, что такое больше не повторится. Съемка возобновилась. Яппи, не глядя в мою сторону, продолжал:

– Помимо этого присутствуют два техника и один случайный очевидец...

Очевидец! К тому же случайный! Так меня в жизни еще никто не оскорблял, даже Софья Безенчук! Я сжала кулаки и подумала: ничего, настанет момент, и я расплачусь с наглецом в английском костюме. Что мне всякие там подписки о неразглашении и соблюдении секретности? Ведь это не государственная тайна, значит, я могу поведать обо всем прессе, а то и книгу написать. О, как же я уделаю гадкого чекиста! Мало ему не покажется!

– Маша, ты хорошо себя чувствуешь? – спросил заботливый Плотников, и девочка, кивнув, ответила:

– Да, все в полном порядке!

– Ну что же... Тогда прошу тебя занять свое место. – Он указал на кресло, больше похожее на шезлонг. Девочка улеглась в него, и Илья продолжил: – Для чистоты эксперимента объект будет подключен к детектору лжи, что позволит узнать, говорит он правду или нет. Займитесь!

Последняя реплика была адресована одному из техников. И тот прилепил к телу девочки, запястьям и шее несколько длинных проводков, соединенных с большим аппаратом, стоявшим на парте, который, в свою очередь, был связан с ноутбуком.

– До того, как мы приступим к сеансу ретроспекции, тебе, Маша, придется ответить на несколько контрольных вопросов. Запомни, что на них надо отвечать либо «да», либо «нет». Итак...

Теперь заговорил один из техников, сидевший за ноутбуком:

– Тебя зовут Маша?

– Да, – просто ответила девочка.

Последовали другие вопросы: находимся ли мы в данный момент в детском доме в городе Ленинске, зовут ли директрису Агния Борисовна, сколько Маше лет, и еще парочка.

– Можете начинать... – обратился затем Илья к Светлане.

Та подошла к девочке, полулежавшей в раскладном кресле, и произнесла:

– Машенька, закрой, пожалуйста, глаза. Отлично! А теперь представь себе, что ты находишься на берегу моря...

– Я никогда не была на море... – возразила девочка, и Светлана охотно исправилась:

– Хорошо, на берегу озера. Ты ведь была на озере? Оно располагается посредине большого луга. Сияет солнце, дует легкий ветерок, ты лежишь на песочке у самой кромки воды...

Эх, как было бы прекрасно и в самом деле оказаться сейчас у моря или хотя бы возле озера! Я окружными путями подобралась к технику с ноутбуком. Стоявший рядом Плотников наградил меня неприязненным взглядом, как, наверное, средневековый инквизитор взирал на ведьму, прежде чем предать ее очистительному огню. Но если на меня возложена функция очевидца – хотя бы и случайного, то я имею право знать, что высвечивается на экране компьютера!