Валерий Софроний - Эффект пешки. Книга 1. Долгая дорога домой [СИ]

— Абдул, тебе заняться нечем? У нас и так будут крупные разборки, по поводу одного жмурика, а ты нам еще говна на вентилятор подкинуть хочешь?

— Да ладно! Не скули, охрана, не трону я этот мусор. Повезло тебе, пацанчик, — зло ощерился террорист, — ладно, Леня, веди. Меня ждет свобода.

Леня кивнул в сторону выхода из вагона, Абдул еще раз прошелся по купе тяжелым взглядом и вышел прочь. Решетка двери закрылась, и Максимилиан сильнее вжался к стенке. Его трясло, панический страх вкупе с выбросом адреналина и нескольких бессонных ночей подействовали на молодого человека весьма удручающе, проще говоря наш главный герой обделался по-мокрому. На свои мокрые штаны Макс не обращал и малейшего внимания. Он отвернулся к стенке и трясясь в приступе адреналинового шока потерял сознание.

— Ты серьезно? — перебила рассказ Макса Люба, — как такое вообще возможно?

— Если ты про подмену человека, то здесь все элементарно. Гос структуры — тот еще паноптикум. Спец службы могут запросто вертеть такими вещами.

— А ты не пробовал куда-либо обратиться? Написать докладную начальству шестой?

Максимилиан поглядел на Любу словно на самую наивную в мире девушку:

— Любаш, ты серьезно думаешь, что поверят сидельцу, которого подозревают в массовых убийствах, а не нескольким организованным охранникам поезда связанными со спец структурами?

— Ну да, — Люба как-то сразу сбилась с подобной идеи.

— Я с этим трупом в одном купе провел двое суток, — охранники завесили мне вход в купе пленкой. Представляешь Люб, я двое суток находился в двух шагах от трупа. Двое суток меня никуда не выпускали и не кормили. К концу вторых суток в моем маленьком купе дышать было невозможно. Я этот запах тлена до сих пор прекрасно помню.

Макса передернуло от неприятных воспоминаний.

— Действительно жутко, — согласилась Люба, — это ж какой, наверное, стресс.

— Сейчас оценивая все произошедшее, я так не считаю, напротив, тот момент меня очень многому научил. И в какой-то мере поменял. Выключил все лишние эмоции. К тому моменту, когда забрали труп, я уже ничего не боялся, я в буквальном смысле отрешился от мира и впал в какое-то состояние оцепенения. И ты знаешь, в этом состоянии я прожил весь следующий год.

— Я даже не представляю, каково это, — сочувствуя, пожала плечами буфетчица.

— Да никак, в подобном состоянии мне было абсолютно все равно что творится вокруг. Состояние полного стопроцентного пофигизма. Но были в этом состоянии и положительные моменты, ум стал очень светлым мозг стал работать на порядок быстрее.

Занимательную историю злоключений Максимилиана прервал дверной звонок. Люба поглядела на часы:

— Десять часов утра, ты случайно никого в гости не приглашал?

Максим даже потерялся от такого вопроса, а Люба коварно улыбнулась:

— Да ладно, не напрягайся ты так, я пошутила. Это скорее всего моя сестра, она живет в соседнем доме.

В дверь начали нещадно стучать и давить на кнопку дверного звонка. Люба шустро поднялась с места и сбегав в спальню притащила какой-то мужской халат зеленого цвета:

— Надень, а то если это моя сестренка пожаловала будет неудобно.

Максимилиан принял из рук халат накинул его на себя и подпоясался. Халатик был явно не по размеру, вот только за неимением прочего пришлось смириться с таким неудобством, да, собственно говоря, и неудобством этот халат можно было назвать с большой натяжкой, Он был велик, но зато в нем было так уютно и приятно.

— Ну наконец-то! — раздался веселый, но укоряющий женский голосок в коридоре после того, как лязгнул дверной засов, — я уж думала ты померла, ну или завела себе любовника и резвишься с ним во всю на кухонном столе пока твоя бедная сестренка замерзает от холода и голода в этом сером унылом подъезде. Сестричка, с родней так не поступают, — укоризненно заметил бойкий задорный голосок.

Ураган по имени Анюта кубарем ворвался в небольшую хрущевскую двушку.

— Ну и чего ты на меня так вылупилась? — продолжил задорно верещать приятный женский голосок, — что у тебя вообще за манеры, сестренка, заставила меня — бедняжку стоять под дверью, а после даже чаю не нальешь? Видимо правду про тебя бабки на лавочке говорят. Нелюдимая ты. Вот сейчас как обижусь, да как уйду от тебя, и как целых два дня не буду с тобой общаться. Я бы не общалась и дольше, но мне без тебя становится скучно.

— Анютка, можно так не кричать? — робко, еле слышно попросила Люба, — я просто сегодня не одна. У меня мужчина в гостях.

— Ты? Не одна? И у тебя мужчина? — иронично всплеснула руками девушка, — Милая, поверь моему женскому опыту, когда к тебе на ночь приходит настоящий живой мужчина, как правило, он свою обувь оставляет возле двери, и в большинстве случаев он приходит в гости к девушке в каких-либо вещах особенно это актуально зимой. А у тебя тут нет ни обуви, ни какого-нибудь задрипанного пальтишки, куртки или на худой конец фуфайки, — Анютка артистично поднесла ладонь ко лбу Любы, — а, я все поняла! Ты перегрелась в нашем жарком почти тропическом климате! Присела рядом с батареей в поисках мужского тепла и сильно перегрела свой и без того не самый светлый мозг.

— Анютка, да я серьёзно! У меня гость на кухне, — возмущенным шёпотом отчиталась Люба.

— Ага, — скептически согласился разбитной женский голосок, — восемь лет никого к себе не подпускала и тут за один день нашла себе самца.

— Анют, ну давай позже на эту тему поговорим, мне сейчас и в самом деле не до этого, — полушепотом взмолилась Люба, — ты куда пошла?!

— Хочу посмотреть, — без капли смущения продолжила вгонять в краску Любу ее разбитная сестрица, — нужно понять, кого к тебе вызывать, экзорцистов или санитаров.

Люба продолжала лепетать что-то невнятное, а ураган по имени Анютка медленно двинулась в сторону кухни громко на распев голося:

— Мужчинка! Ты где? Где ты, прынц на белом коне!? Где же ты, мужчина Любиной меч…

Ураган-Анюта замолчала на полуслове, в ее поле зрения попал настоящий живой мужчина, которого она только что считала плодом воспалившегося воображения своей сестрицы. Анька не без малой доли удивления глядела на неизвестного лысого молодого человека деловито и без малейшего смущения, намазывающего на блинчик мед.

— Я же говорила тебе, что я тут не одна, — Люба стояла за спиной Анютки красная словно рак, — господи, как неудобно получилось.

Ураган Анютка развернулся на одном месте и с изумлением глянула на сестрицу:

— Господи, сестрица, а я ведь до сегодняшнего дня считала тебя порядочной женщиной, — Лицо Любы приобрело ярко-пунцовый оттенок, — слава богу, это не так! — радостно заявила Анюта.