Анна Данилова - Крылья страха

- Спасибо. Вы мне очень помогли.

- Я постарался, - расплылся в потной улыбочке толстячок - Меня зовут Роман Станиславович. Мы бы могли, между прочим, - он хитро подмигнул ей, обойтись и без посредников.

Он имел в виду Алика.

- Я тоже так думаю. Рада была познакомиться с вами. Меня зовут Юля. Юлия Александровна Земцова.

Под жестким взглядом Аржанухина, который вел себя так, словно подслушал ее разговор с Романом Станиславовичем, и теперь просто буравил ей спину, Юля поднялась на пятый этаж и постучала в номер 501.

- Вы за мной? - Она увидела бледного, интеллигентного вида мужчину в помятом костюме. - Мы прямо сейчас едем в морг или сначала в милицию?

Юля в замешательстве остановилась на пороге, не зная, что и ответить. Видно было, что Зорин не в себе.

- Вы Александр Александрович Зорин?

- Да, это я. Так мы едем?

- Меня зовут Юлия Александровна Земцова. Позволю себе заметить, что процедура, которая вас ожидает, может не иметь к вам никакого отношения. "Он не смуглый, как говорила Лора..."

- Да-да, меня уже предупредили, но я уверен, что это она. Я смотрел фотографию - это она.

- Кто вам ее показывал?

- Один милейший человек - Корнилов. Вы от него?

- Я представитель частного сыскного агентства. До сегодняшнего дня я занималась расследованием убийства одной женщины, которую вы теперь называете своей женой.

- Как это?

- Ее зовут Лариса Садовникова. И ее труп уже опознали достаточно много людей. Завтра состоятся ее похороны. Ее и ее мужа. Они погибли вместе. Но возможно, что их убили.

- Я должен взглянуть на нее... - Александр Александрович с трудом сглотнул. - На фотографии я видел свою жену.

- А вы не могли бы показать ее фотографии?

- Могу, конечно. У меня их много... - С этими словами Зорин кинулся к "дипломату" и достал оттуда прозрачную папку, заполненную снимками. На них Юля увидела молодую, приятной внешности женщину с белокурыми длинными волосами, отдаленно напоминающую Лору. Смерть, конечно, искажает лицо, и появись сейчас перед Юлей живая Лора Садовникова, еще неизвестно, узнала бы она в ней женщину, тело которой видела в морге.

- Ну что, это она? - Зорин судорожно схватил Юлю за руку.

- Мне трудно сказать. У вашей жены и у Лоры очень похожий овал лица, волосы, прямой нос, светлые глаза... Сожалею, но ничего конкретного сказать не могу.

Глава 12

Когда Юля вышла из гостиницы, то поняла, что день прошел. А ведь на свете, кроме трупов и гостиничных номеров с роскошными блондинами и продажными администраторами, существует и такой непредсказуемый и чудесный человек" как Павел Андреевич Ломов, который заедет сегодня за нею в восемь часов, то есть через час.

Она остановила машину возле своего подъезда, вышла из нее и вдруг поняла, что никуда-то она сегодня не поедет. Во-первых, она устала, а во-вторых, ей нездоровилось. "За город? Нет, не смогу..." Она умела рассчитывать свои силы, а потому, увидев в дверях записку, даже немного расстроилась. "Заеду, как договорились, в 8. Оденься потеплее. П.А.".

Юля не могла вспомнить, когда о ней заботились так, как этот практически чужой ей человек. Земцов? Он сам требовал к себе постоянного внимания и довольно часто на первый план выставлял свои капризы, не считаясь ни с ее настроением, ни с самочувствием, ни с возможностями... Эгоизм - это тоже диагноз, который больной сам себе в жизни поставить не сможет - духу не хватит.

Она без аппетита съела кусочек торта, запила чаем и, приняв душ, улеглась с книжкой в постель. И хотя она лежала в тишине, в ушах ее еще звучали голоса тех, с кем ей пришлось сегодня встречаться и неустанно говорить об одном - о смерти. Ведь, по сути, смертью были пропитаны все ее вопросы, которые она задавала Лизе, Наде, Корнилову, Зорину и даже администратору.. "Какой мерзавец!" - вспомнила она Романа Станиславовича с его грязными намеками на сестер Казариных.

Конечно, можно было сейчас позвонить Наде и поговорить с ней о неотложных делах, разработать хотя бы план действий на завтра, но тело Юли просило отдыха и, напрочь отказавшись производить какие-либо движения, оно теперь счастливо покоилось на ровной поверхности кровати, прикрытое толстым белым пледом, словно благодаря за подаренные покой и тепло.

Когда сквозь благостный, сладкий и до стона порабощающий сон вдруг раздался звонок телефона, Юля тихонько заскулила, как щенок или ребенок. В такие минуты полного расслабления ей всегда хотелось, чтобы рядом была мама.

Она неохотно взяла трубку - Слушаю...

- Добрый вечер... - голос показался Юле знакомым до мурашек - Мне надо с вами срочно встретиться. Я тут неподалеку от вашего дома. Можете вы мне пообещать, что выслушаете меня до конца?

- Да, - охрипшим от волнения голосом проговорила Юля и почувствовала, как по вискам ее заструился пот. - Приходите, я жду вас Странно, она никогда в жизни не слышала голоса Полины Песковой, но на какой-то миг Юле показалось, что этот голос принадлежит именно ей. Неужели ее соперница решила сама прийти к ней с открытым забралом и во всем признаться? Или просто захотела посоветоваться с ней, как ей быть, если ту злополучную ночь она действительно провела на квартире Садовниковых...

Раздался звонок. Юля, которая за пару минут успела надеть брюки и свитер и даже подкрасить губы, осторожно подошла к двери и открыла ее, даже не потрудившись заглянуть в "глазок".

На пороге стояла высокая стройная женщина в черном облегающем костюме В одной руке она держала плащ, с которого стекала дождевая вода, в другой миниатюрную сумочку. В светлых прямых волосах застряли дождевые капли. На этот раз она была без очков.

- Добрый вечер.. Вы меня помните? Я - Лора. Лора Садовникова. Помните, я была у вас недавно... Вы извините, что я тогда сбежала... Испугалась, что вы мне не поверите...

Юля зажмурила глаза и замотала головой. Но когда открыла глаза, наваждение не исчезло. Лора, живая и настоящая, стояла перед ней и униженно улыбалась, силясь вызвать к себе сострадание.

- Проходите, - не своим голосом пробормотала потрясенная Юля, пропуская гостью в дом.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 13

"Вот так, наверное, и сходят с ума", - думала Юля, разглядывая сидящую напротив нее Лору, с аппетитом уплетающую странный торт. То, что эта женщина не имела никакого отношения к страшному преступлению, происшедшему на квартире Садовниковых, стало очевидным уже по отсутствию здоровой реакции человека, поедающего "окровавленную постель" - взбитые сливки с клюквенной "кровью"... Будь она в курсе, при виде этого смертного (СВОЕГО, кстати) ложа ей бы кусок не полез в горло. Но Лора Садовникова явно не страдала отсутствием аппетита и, пересказывая, правда, с некоторыми изменениями, все ту же историю о своем РАЗДВОЕНИИ, она то и дело погружала серебряную ложечку в воздушный, пропитанный кремом бисквит, закатывала глаза к потолку и тяжело вздыхала.