Шарль Эксбрайа - Болонская кадриль

- А вы знаете, что уже очень поздно, моя дорогая?.. По-моему, нам лучше всего лечь...

Но Тоска явно не спешила.

- Здесь так хорошо...

- Не спорю, но...

Санто смешался и умолк. Однако молодая женщина была ему благодарна за молчание, пусть даже вынужденное.

- Тоска... может, я и не такой пылкий влюбленный, о каком вы мечтали, но я вас очень люблю... очень...

Неловкость мужа тронула Тоску.

- Я не умею говорить... да и никогда не был силен ни в речах, ни в... романтизме. Когда живешь среди цифр и формул, привыкаешь выражаться так же сухо, как учебник... Я отлично понимаю, что сейчас это не совсем то, что нужно... Но могу вам твердо обещать, Тоска, я буду хорошим мужем...

Молодая женщина смущенно взяла его за руки. Сейчас она не сомневалась, что сделала правильный выбор. Фантазии Жака уместны лишь весной, а ведь есть еще лето, осень и зима... особенно зима, и она приходит очень быстро, гораздо быстрее, чем обычно думают. Разве женщина может надеяться удержать Субрэя возле домашнего очага? А вот Санто прочно усядется там рядом с ней в тапочках, покуривая трубку... Не блеск, конечно, но зато крепок и надежен, а будущим детям лучше иметь папу, на которого всегда можно положиться.

- Мы будем счастливы, Санто, - сказала Тоска.

Чувство трепетного сожаления превратилось в легкую дымку, но молодая женщина надеялась, что со временем оно окончательно растает. Тоска встала.

- Пойду приведу себя в порядок... подождите минутку.

- Я думаю, дядя Дино позаботился оставить в холодильнике бутылку шампанского... Может, выпьем по бокалу... на сон грядущий?

- Договорились...

Тоска вошла в спальню. Дядя Дино повсюду расставил букеты цветов. На столике она с удивлением заметила прислоненный к вазе из Урбино конверт. Внутри лежало письмо от дяди Дино.

"Моя дорогая племянница, когда ты прочитаешь это письмо (видишь, я начинаю совсем как в романах!), ты будешь уже не той маленькой девочкой, которую я пытался развлекать целых двадцать лет. От всего сердца желаю тебе счастья. Не сердись, но, честно говоря, я не очень в это верю. Опыт подсказывает, что невозможно радоваться, живя с одним, а думая о другом. Надеюсь, ты сумеешь меня переубедить. В то время как ты распечатаешь конверт, я буду лежать у себя в комнате и ломать голову, под каким благовидным предлогом завтра с утра выманить у твоей мамы немного денег. Помолись за старика-дядю, чтобы Небо послало мне озарение. Обнимаю тебя и только тебя, потому как мой новый племянник мне решительно не нравится. Очень скучный тип. Он напоминает мне отличников, которых мне вечно ставили в пример, пытаясь отравить мою ленивую юность. К счастью, я этого не допустил!

Дино".

Милый дядя Дино! Такой добрый и совершенно лишенный морали! Разумеется, Санто - совсем не тот человек, которым он мог бы восхищаться... Уж он-то предпочел бы Жака... И Тоска сердито разорвала письмо старого холостяка. Надо же чтобы в тот самый миг, когда ей удалось больше не думать о французе, о нем снова напомнили! И, несмотря на все цветы и нежную заботу, Тоска рассердилась на дядю, тем более что в глубине души отлично понимала, что он прав.

Облачившись в воздушные одежды, купленные матерью, и накинув халат (подарок дяди Дино - но тоже, конечно, оплаченный Доменикой), Тоска вдруг сообразила, что Санто слишком долго не несет обещанное шампанское. Право же, молодого супруга трудно обвинить в торопливости! Разве что его робость... деликатность... Возможно, смутное ощущение, что он занял чужое место, немного парализует Санто... При мысли, что молодой человек сидит в гостиной и тщетно ждет призыва, на губах Тоски мелькнула жалостная улыбка. Что ж, пора с этим покончить и навсегда выкинуть Жака из головы. Она вытерла слезы, слегка припудрила покрасневшее лицо и, заставив себя улыбнуться, решительно вышла в гостиную. Никого! Немного поколебавшись, молодая женщина подумала, что ее муж на кухне и никак не может открыть бутылку шампанского. Она толкнула дверь и остолбенела, не в силах даже крикнуть. Санто сидел, крепко привязанный к стулу, растрепанный и с подбитым глазом. Судя по всему, молодой человек временно утратил какой бы то ни было интерес к реальности. Наконец, вновь обретя дар речи, Тоска вскрикнула: "Санто!" - и бросилась было к мужу с похвальным намерением избавить его от пут. И в тот же миг ей на плечо опустилась чья-то рука. Синьора Фальеро обернулась и увидела высокого плотного мужчину - очевидно, того самого мотоциклиста, который чуть не убил ее мужа. Он еще имел наглость улыбнуться Тоске, прежде чем она без сознания повалилась на пол.

Придя в себя, молодая женщина не сразу сообразила, что происходит. Тоска, как и ее муж, сидела на кухне, привязанная к стулу, а этот ужасный тип смотрел на нее с улыбкой, что, впрочем, не мешало ему крепко сжимать в руке револьвер.

- Ну, синьора, вы наконец снова с нами?

Тоска пожала плечами, не удостоив его ответом. Здоровяк захохотал и подошел к Тоске. Лицо его вдруг показалось ей зловещим.

- Мне уже пришлось малость встряхнуть вашего супруга... И я взгрею его еще раз, если вы немедленно не скажете, где он!

- Кто?

- Субрэй!

- Субрэй?

Здоровяк угрожающе выпрямился.

- Прикидываться бесполезно. Я думал, вы умнее. Ну, раз вам по душе эта игра... как говорится, на вкус и цвет... верно?

Он повернулся к Санто:

- Может, вы решились говорить, синьор Фальеро?

Вид бедняги Санто с подбитым глазом внушал жалость.

- Но откуда же мне знать, где Субрэй? - с отчаянием в голосе простонал он.

- Жаль...

И незнакомец изо всех сил начал бить Санто по лицу. Голова несчастного моталась под ударами, а по щекам безостановочно текли слезы.

- Бандит! Трус! Убийца! - кричала возмущенная Тоска.

Гигант повернулся к ней:

- А ну, крошка, спокойно! Не то вконец рассержусь! Если хотите, чтобы я оставил в покое вашего мужа, быстро признавайтесь, где Субрэй!

- Но, клянусь вам, мы не знаем! Это наше свадебное путешествие... По-вашему, мы могли прихватить его с собой?

Незнакомец покачал головой, словно отец, удивленный упрямством своего чада.

- Ну, пеняйте на себя... Я еще немножко поработаю с синьором, а коли он не перестанет артачиться, придется всерьез потолковать с вами, синьора... Надеюсь, муж вас любит и постарается избавить от крайне неприятных минут и скажет мне, наконец, где этот проклятый тип. Понятно?

- Нет! - взревел Санто.

Мучитель пожал плечами:

- Как хотите...

Он уже занес руку, намереваясь ударить Фальеро, как вдруг повелительный голос приковал его к месту:

- Руки вверх, Майк! И если бы вы посмели тронуть ее, я бы уже выстрелил!

При виде Жака, появившегося в дверном проеме, сердце Тоски учащенно забилось. Субрэй тоже держал в руке револьвер. Но молодая женщина не пыталась понять, что значит все это безумие, она была просто счастлива. Тот, кого француз назвал Майком, немного поколебался, но, как старый служака, умеющий вовремя признать поражение, выполнил приказ и медленно обернулся. Жак забрал у него револьвер, быстро обыскал и, убедившись, что противник обезврежен, позволил опустить руки.