Сергей Баталов - Волчий остров

Но сегодня Сереге почему-то казалось, что где-то рядом с дорожкой незримо витает дух убитого предпринимателя. Ощущение было таким сильным, что у Быкова даже пошел по коже холодок.

– Тьфу ты, чушь, какая! – Негромко выругался он. Серега быстро переоделся, наскоро натянул кроссовки и довольно резво для своего возраста и комплекции припустил по узкой серой ленточке асфальтового полотна, исчезавшей среди деревьев.

Минут через десять или пятнадцать бега по двухкилометровому кругу со лба закапала солоноватая жидкость. Быков вытянул низ майки из трико, вытер ею пот… Круга через два стали проявляться первые признаки усталости. Зато стало пропадать ощущение тревоги и чьего-то незримого присутствия.

Оставался еще один круг. Его Быков намеревался пробежать в полную силу. Он давно решил, что в нынешнем году, в сентябре, обязательно будет участвовать в полумарафоне Раевича. Но чтобы достойно преодолеть двадцатиоднокилометровую дистанцию, тренироваться даже бывшему учителю физической культуры нужно было серьезно. Вот Серега и старался…

Шнурок развязался, как всегда, неожиданно. Быков сначала услышал, как бьется тонкий жгут об асфальт и об левую ногу, не сбавляя скорости, мельком глянул на правую кроссовку. "Ну, конечно! Этого и следовало ожидать! – мысленно отругал себя Серега. – Так торопился убежать от "духа", что забыл подтолкать петли завязки под шнуровку. Вот она и развязалась! Придется останавливаться!"

Быков свернул с дорожки, уступая ее набегавшей сзади целой группе молодых ребят – парней и девушек, судя по экипировке и скорости бега – членов сборной одного из ВУЗов города, или спортивной школы высшего спортивного мастерства.

Он затянул белые капроновые шнурки, влажными пальцами просунул их под плотные петли шнуровки.

Неожиданно его взгляд упал на крохотный зеленый кусочек пластмассы правильной прямоугольной формы, торчавшей из травы немного в стороне от маршрута любителей бега. Серега, по старой крестьянской привычке, доставшейся ему от предков: не выбрасывать (и подбирать!) ничего из того, что могло бы хоть когда-то пригодиться "в хозяйстве", сделал шаг вперед и подобрал кусочек зелененький пластмассы. Буркнув: "в кулацком хозяйстве и бычий хвост – веревка", он торопливо сунул неизвестный предмет в карман, решив, что посмотрит, что это за "штучка", после тренировки, когда переоденется и хоть немного отдохнет.

Но пока он бежал, мысль о странном зеленом предмете в его кармане как-то незаметно сама собой улетучилась из его головы; и когда Быков закончил пробежку, размялся, переоделся и поехал обратно домой, он так и не вспомнил о своей находке.

Но была на это веская причина. Еще вчера, когда Серега собрался духом и решил возобновить тренировки в Заельцовском парке культуры и отдыха, он на этой же "волне" во второй раз за свою жизнь позвонил в издательство.

Издательство называлось "Мангазея" и выпускало детективы.

Встречу Быкову директор издательства назначил на сегодня.

Дело было в том, что после той "встряски", которая устроила ему госпожа Фортуна на Волчьем острове летом прошлого года, Серегу "пробило" на фантастику. Сначала он сутками запоем читал, смотрел по видео все, что ему попадалось под руку, а спустя примерно полгода решил "попробовать".

Это его желание "попробовать" написать что-нибудь самому как раз совпало с самыми длинными в году праздниками – Новогодними. Быков днями напролет стучал указательными пальцами по компьютерной клавиатуре. Творческий "процесс" так увлек его, что он не смог "остановиться" и после официального окончания новогодних "возлияний" – Нового года по старому стилю.

Как бы то ни было, но через три месяца на его столике скопилась довольно внушительная стопка распечатанных на принтере листков, вместившая в себя первую часть его фантастического "р о мана" – так несколько иронично называла его литературные "потуги" жена. Нужно было решать, что же делать дальше с этим "добром". Но вначале, чтобы понять, насколько его "пробы" интересны для других, желательно было дать это все почитать кому-то постороннему, имеющему опыт именно в такой сфере человеческой деятельности. И тогда Быков, подобно все начинающим "чайникам", не долго думая, решил обратиться в единственное известное ему издательство – "Мангазея". Известное, разумеется, только по прочитанным книгам.

Когда была поставлена последняя точка в последнем из стопки листков, все еще не имевших названия, Серега набрался наглости и позвонил в то самое новосибирское издательство "Мангазея", которое, со слов его руководителя, выпускало только детективы. Однако Быков знал, что так было не всегда. Среди многочисленных "запойных" книг, "проглоченных" им летом, ему попалась на глаза и была тотчас же прочитана великолепно изданная этой самой "Мангазеей" книга новосибирского писателя Владимира Клименкова. Книга называлась "Калинов мост", оставила на Серегу неизгладимое впечатление, и он теперь тайно мечтал встретить где-нибудь автора книги и взять у него автограф.

Тогда, весной, сердце у Быкова прилично "ёкало", когда он поднялся на второй этаж приземистого старинного кирпичного здания, поднялся на второй этаж и взялся за ручку двери, на которой было написано: "Главный редактор Владимир Васильевич Гленский".

Но боялся Серега зря. Гленский оказался доступным, очень простым в общении худощавым дядькой на вид примерно сорока пяти лет. Внимательный Быков тут же усмотрел за его спиной грамоту, на которой главный редактор награждался как лучший нападающий футбольной команды ветеранов. На душе у бывшего физрука заметно потеплело. "Наш человек!" – подумал он о редакторе-футболисте.

Однако его радость, как в известной рекламе, была неполной и недолгой. Редактор с ходу отверг саму идею напечатать фантастику. Причем отказался категорически.

– Ну почему? – недоумевал Быков. – Вы же печатали других авторов!? Вы хотя бы посмотрите, скажите свое мнение…

– Если тебе нужно "мнение", то лучше обратиться в новосибирские отделение союза писателей России. У издательства иная задача – выпуск книг, их продажа и получение прибыли. И все…

Но настырный Серега "не сдавался". Очень уж хотелось узнать хоть чье-то мнение о его "опытах"… Гленский, однако, "не сдавался" тоже…

Так, слово – за слово, – постепенно и разговорились…

Быков узнал, что фантастику, действительно, "Мангазея" выпускала. Но было еще это до дефолта. Спрос тогда на книги был значительно больше теперешнего, да и расходы – существенно ниже, причем в десятки раз.

Была прибыль. Она-то и позволяла экспериментировать с выпуском разных жанров.

Неуемное любопытство чуть подвело Серегу и на этот раз. Он увлекся новым человеком, стал расспрашивать, что, да как… Редактор, к его удивлению, его из кабинета не выгнал, сам в свою очередь стал рассказывать некоторые особенности функционирования такого сложного организма, как издательство.