Аркадий Гендер - Траектория чуда

Она снова разрыдалась. Я не курю уже пять лет, но для такого дела вспомнил прошлый опыт заядлого курильщика, зажег сигарету и протянул Талии. Она затянулась, глубоко вздохнула, и улыбнулась мне сквозь слезы. Я чмокнул ее в мокрый соленый нос. Но ведь я высказал ей еще далеко не всю свою идею.

- Причем как ты относишься к тому, чтобы не откладывать ничего в долгий ящик, а прямо в конце недели поехать со мной в Швейцарию, и там лечь на операцию?

Талия все-таки сбилась на разные "Я даже не знаю" и "Удобно ли?", но я не хотел слушать никаких возражений. На единственный важный вопрос - есть ли у нее загранпаспорт, и в каком он состоянии, Талия ответила, что все в порядке. Но как оказаться в Женеве в одно и то же время, ведь купить для Талии тур можно просто не успеть, да и не дешевы туры в Швейцарию, на покупку его у меня сейчас банально нет денег! А, собственно, моя ли это проблема? Помнится, Шуляев намекал: дескать, глупо в Швейцарию ехать без эскорта? Пусть теперь отвечает за базар. Где там его визитка? Я встал с постели, и набрал номер его сотового.

- Алло, кто это? - раздался в трубке голос Шуляева, приветливый ровно на столько, чтобы ошибшийся номером сразу же раздумал продолжать разговор.

- Добрый вечер, Вадим! Это Глеб, - ответил я. - Извиняюсь за то, что беспокою в воскресенье...

- В любое время дня и ночи, Глеб, дружище! - бурно возрадовался в трубке Шуляев. - Какие проблемы?

Странно, но в его голосе мне почудились нотки неподдельной тревоги.

- Да нет, проблем никаких, - поспешил успокоить я адвоката. - Просто я определился , как ты давеча сказал, с эскортом. Ты подтверждаешь свое любезное предложение отправить меня в Женеву в чьем-либо сопровождении?

Я искоса глянул на Талию, опасаясь за ее реакцию на мое упоминание об эскорте, но она думала о чем-то своем, и явно не слышала моих слов.

- Конечно, конечно, - с явным облегчением захихикал в трубке Шуляев. Выбрал Яну, или нашел кого-то своего? - поинтересовался адвокат.

- Второй вариант, - ответил я уклончиво, чтобы Талия не могла догадаться, о каких гнусностях мы тут судачим.

- Сможешь забросить загранпаспорт и фотокарточки этой дамы завтра ко мне в офис? - уже по-деловому осведомился Шуляев. - То есть, я полагаю, что это женщина?

У меня екнуло сердце, - насколько его шутка оказалась недалека от истины.

- Ты бесконечно догадлив, - съязвил я в ответ.

- Надеюсь, что ничем тебя не обидел, - сквитался Шуляев.

В наличии весьма злого чувства юмора у адвоката я уже успел убедиться еще вчера.

- Спасибо, тогда - всех благ? - попрощался я.

- И вам жить богато, - распевно ответил Шуляев.

С неприятным осадком после разговора я опять нырнул в постель к Таше.

- Ну вот, все в порядке, - тихонько потряс ее за плечи я, чтобы вывести из состояния задумчивости. - Мы вполне можем в конце недели вместе полететь в Женеву. Только мне нужно завтра желательно пораньше с утра забрать у тебя твой паспорт и фотографии для оформления визы. Можно это сделать?

- Да, конечно, - машинально ответила Талия. - Кстати, можешь не волноваться - моя фамилия не склоняется, а за двести баксов паспортистка в ОВиРе проставила мне в загранпаспорте женский пол. Как бы по ошибке.

- Черт, я об этом даже не подумал. Какая же ты умница! - совершенно искренне воскликнул я.

В ответ Талия смущенно улыбнулась, но было видно, что мои слова ей польстили.

А за окном тем временем совсем уже стемнело. Господи, который же теперь час? Я вскинул глаза на будильник, но его табло было темно. Так, а куда я швырнул свои часы, когда раздевался, изображая из себя маленький ураган? Я покрутил по сторонам головой, но вместо часов в поле моего зрения попала электрическая розетка у пола, в которую тянулся черный провод от будильника. Мне показалось, что вилка не до конца воткнута в розетку, видимо, просто зацепили ногой. Я потеребил провод, и точно - табло вспыхнуло яркими зелеными цифрами. Мама дорогая! Так я и знал - уже почти одиннадцать! На самом деле спешить, собственно, было некуда, но не хотелось после выпитого вина ехать совсем уж поздно, рискуя быть остановленным бдительными ГАИшниками. Пока я одевался, мы договорились с Ташей, что завтра в десять встретимся у метро Кутузовская на предмет передачи мне ее бумаг. И, уже стоя в прихожей, мы с ней долго целовались на прощанье.

На улице шел несильный дождь, первый, наверное, за целый месяц. Капли тихо шуршали по листве старых лип, пыль на тротуарах и газонах собиралась в мокрые шарики. Совсем недавно, похоже, дождь согнал и бабушек, - квадратные пятна сухого асфальта на тех местах, где стояли их стульчики-табуреточки, были еще вполне отчетливы. Я поднял голову, чтобы взглянуть на Ташины окна, и получил каплей прямо в глаз. Я поспешил забрался от дождя в машину, завел мотор и выехал из липового двора.

Галина позвонила, когда я уже подъезжал к дому.

- Здравствуй, Глеб, - голосом айсберга, погубившего Титаник, начала жена. - Я битых три часа звоню домой. Можно поинтересоваться, ты вообще где?

Черт, влетел. Что же я никакую отмазку-то не сплел? Возгордился, вознесся, а жена то - ам, вот она, не дремлет! Придется дописывать либретто по ходу спектакля.

- Менял фару в сервисе, - устало-равнодушным голосом сказал первое пришедшее на ум в ответ на безаппеляционное вопрошание супруги я. - Вчера остановили гаишники, сказали, что так жить больше нельзя. Привет, дорогая. Как вы там с Юлькой?

- Нормально, - самую малость помягчев, ответствовала Галина. - Я волновалась. Поменял?

- Конечно, - продолжал врать я, на ходу соображая, где теперь завтра в пожарном порядке на самом деле ремонтировать машину. - Живая очередь, отстоял три часа. Почему на мобильный-то не позвонила?

- Из принципа, - буркнула благоверная. - Хотела выяснить, во сколько ты возвращаешься, когда меня нет дома.

- Выяснила? - съехидничал я, но счел за лучшее сменить тему. - Не хочешь спросить, как прошла встреча?

- Какая встреча? - серьезно не поняла Галина.

Ну да, конечно, - что может произойти на встрече непутевого мужа и его кликуши - тетки с какими-то непонятными людьми? Да, принцип "Да воздастся человеку по вере его" в Галинином случае работает с точностью ровно до наоборот. Ну, дорогая, не обижайся!

- Ты должна помнить, - начал свое ариозо мести я. - Встреча, из-за которой я не поехал вчера на дачу.

- А, эта, - поскучнела Галина. - Помню. И как прошла?

- Хорошо прошла, - принялся с интонациями Хрюши из "Спокойной ночи, малыши" издеваться над Галиной я. - Выяснилось, что мы с тетушкой Эльмирой на самом деле Нарышкины, более того, я - наследник княжеского титула, ну а то, что персонально мне оставлено наследство в шесть с копейками лимонов баксов - это так, на закуску.

Я наслаждался наступившим на том конце провода молчанием. Наконец, Галина нашла слова: