Александр Горохов - Банкир

- Чего ты там тянул, я уж истомился! - сварливо обругал его Старый и попытался приподняться, но силы свои переоценил - рухнул на подушку. Опять собрался было облаять Чухонца, но я в этот момент случилось для него нечто непонятное - Чухонец совершенно спокойно вывернул ему на живот поднос и горячий бульон сквозь одеяло обжег старику живот.

- Ты чо, ты чо? - слабо всполошился Старый, а из за плеча Чухонца появился его личный шофер Игорь вскарабкался на постель и сел всей своей широкой задницей ему на грудь Легкие Старого сразу будто сплющились и он уже не кричал, а только пытался хоть как-нибудь дышать И все происходящее казалось ему словно фильм на видихе из серии "ужастиков"

Он видел руки Чухонца,, но это были не человеческие руки - мокрые блестящие, без ногтей. И в этих руках вдруг оказалась большая голубая воронка для бензина и тут же Старый почувствовал, как конец этой воронки аккуратно ввели ему в рот. Старый понимал, что сознание ускользает от него.

- Осторожней. - сказал Чухонец Игорю. - Если водка попадет ему в легкие - нам крышка.

Игорь придержал воронку, а Чухонец принялся аккуратно вливать в неё водку из распечатанной бутылки.

Воронка, была введена правильно - Старый слабо дергался, пытался кашлять, но струя из воронки уверенно втекала ему в глотку и наполняла желудок. Первая бутылка влилась без затруднений.

- Может хватит? - тихо спросил Игорь - Передохнем и ещё грамм двести.

Они выдержали в полном молчании паузу минут в десять и повторили процедуру, но влили всего полбутылки. Ни телом, ни стоном Старый на это не реагировал. Но ещё дышал короткими, конвульсивными вздохами.

- Иди на кухню , Игорь и там сожги перчатки. - ровно сказал Чухонец. - Потом возвращайся к сторожам и упои их на повал. Сам тоже пей, но чтоб разум остался на месте. Всё остальное я добью сам.

Игорь послушно слез с постели, оглянулся и спросил.

- А где это сучий потрох деньги хоронит? Здесь или в кабинете?

- Здесь, - Чухонец указал на морской пейзаж в золоченой раме. - За этой картинкой. Но до башлей нам не добраться. Там сейф, а шифра я не знаю.

- Вот черт...

- Пошарь у него в столике и в шмотках, может что и найдешь.

Чухонец извлек из глотки Старого воронку, тот на это никак не среагировал, разве что стал чуть ровнее дышать В ночном столике Игорь нашел толстый бумажник из которого вытащил пачку рублей в крупных банкнотах и сотню долларов В костюме нашлась только связка ключей и зажигалка, может быть, даже золотая, если судить повесу.

- Иди, - сказал Чухонец. - Потом баки поделим. А зажигалкой не соблазняйся. Положи на место.

Игорь сунул зажигалку в пиджак Старого и ушел. Когда шаги его стихли, Чухонец сел в глубокое кресло и неторопливо выкурил сигарету, не снимая с рук резиновых перчаток. Когда он тушил сигарету, Старый несколько раз дернулся и завалился на бок, дыхание стало конвульсивным.

Чухонец неторопливо снял со стены морской пейзаж, за которым как и предполагалось в стенку был вмонтирован сейф. Шифр Чухонец знал - ещё года два назад видел, как пьяный вдребезги папаша открывал этот сейф и весь этот отсчет цифр рукояткой сейфа вправо и влево запомнил. Ни денег, ни ценностей в сейфе не оказалось, что изрядно огорчило Чухонца. Там лежали только какие-то бумаги, пара конвертов. Бумаги, как решил Чухонец, относились к бизнесу папаши и лучше их было не трогать. Но на одном из конвертов красным фломастером было выведено "Банк "Паук" От Рагозина В.И. Счет на островах".

Чухонец призадумался и этот конверт сунул себе в карман. После чего закрыл сейф и повесил картину на место. Он выкурил ещё одну сигарету и подошел к папаше, тронул рукой его лоб. Папаша был неподвижен, дыхания не улавливалось, но лоб был ещё теплым.

Чухонец неторопливо взял порожнюю бутылку водки, сначала вытер её , а потом вложил в руку Старого и плотно прижал к стеклу пальцы. Тоже самое он проделал ещё с одной пустой бутылкой, а третья была наполовину почата. Все три бутылки он раскидал возле кровати на ковре и для верности "отпечатал" пальцы папаши и на стакане, и на фужере, хотя они там наверняка и без того были.

Он вышел в коридор и из ящика достал ещё две бутылки водки, небрежно протер их, так чтоб они все же были грязными и поставил их на ночной столик.

Он старательно припомнил остальные пункты инструкции и, следуя им, нашел в ящике ночного столика упаковку "Виагры", выложил её на видное место. Подвернулись женскими чулки и лифчик - Чухонец бросил их на кресло. Чухонец прекрасно справлялся со своими нервами, поскольку ещё вчера купил в аптеке то лекарство, на которое ему было указано и час назад проглотил две таблетки. В голове слегка туманилось, но всё что б он ни делал, происходило словно бы и ни с ним, и никакого страха не вызывало. Потом он нашел ключи от спальни - они торчали изнутри в замке. Зазвонил мобильник Старого, но Чухонец на него не прореагировал. Запер за собой спальню и спустился на двор Моросил светлый летний дождь. Проверки ради, Чухонец дошагал по гравийной дорожке до домика сторожей и заглянул в окно. Картина отрылась, каковая и ожидалась. Оба сторожа, местные мужчины средних лет, были уже изрядно пьяны, а Игорь, скорее всего, только изображал, что уже догнал собутыльников.

Чухонец вернулся в дом и в прихожей заметил, что оставляет за собой мокрые следы. Он прошел в свою комнату и сменил обувь. После чего сел на кровать и принялся изучать конверт от банка "Паук"

Но мучительное знакомство с документами из конверта никакой пользы для него не принесло. Чухонец в этих делах ровным счетом ничего не понимал, как управляться этой механикой даже приблизительного понятия не имел, тем более, что всё было написано не по-русски.. Однако на одном документе разобрал не текст, а цифры и значок доллара - шесть миллионов сто тысяч долларов.

Чухонец предельно напряг невысокие возможности своего мыслительного аппарата. Минут через десять пришел к выводу, что, в конце концов, коль скоро там был гриф "Паук" и фамилия банкира - документы могли для чего-нибудь сгодиться, тем более столько миллионов!

Он сунул конверт под матрас и снова поднялся в спальню папаши.

Всё было кончено. И без того всегда мертвое лицо Старого было искажено легкой гримасой, прекрасные вставные зубы оскалились, тонкие губы посинели. Для верности Чухонец приложил к этим синим губам зеркало, держал около минуты, но сколько потом не смотрел на зеркало, никаких следов дыхания там не отпечаталось. Но и этих доказательств смерти Чухонцу было мало, он не хотел рисковать ни на грамм. Нашел на столике шариковую ручку, вытащил из неё стержень и мягко загнал его в ухо папаши - достаточно глубоко. Папаша даже не дернулся - всё, приехали.