Александр Горохов - Банкир

И они летели в призрачном свете прозрачной ночи по практически пустой трассе.

Адреналина в крови - сколько угодно. Так же как и убежденности, что весь этот заезд кончится катастрофой.

Через четыреста верст промелькнул указатель - налево "Смоленск"

Заправили опустевшие баки на станции, там же выпили кофе и не въезжая в Минск забрали на северо-запад, по извилистому узкому шоссе в густом и темном лесу.

Заметно рассвело, когда Флин остановился возле ярко освещенного, но непонятного поста - какой-то вид контроля или проверки, Валентин не разобрал, но их пропустили.

Только через четверть часа Валентин понял, что какими-то неведомыми усилиями Флина они прошли границу между Белоруссией и Литвой.

Вильнюс они так же миновали стороной - рассвет уже набирал силу.

По скоростной трассе на Каунас опять мчались на скорости за сто километров и ворвались в тихий, по воскресному сонный Каунас, когда солнце на востоке уже оторвалось от горизонта. Остановились на окраине города и Флин бросил на ходу.

- Подожди. Сейчас я вытащу из постели нашего проводника..

Он прошел в парадные двери кирпичного пятиэтажного дома и вернулся почти сразу в сопровождении молодого грузного мужчины, слегка прихрамывающего на правую ногу.

- Йонас. - протянул он Валентину квадратную ладонь. - Вообще-то, охота сегодня не по времени... Ну, для Флина чего не сделаешь.

Говорил он с незначительным акцентом - когда говорил, а в общем, лишних слов не тратил. Вывел из подземного гаража тяжелый джип, куда все и набились.

Гонка по трассе ещё отдавалась гулом в голове Валентина и он не совсем отчетливо осознавал сам себя, когда с ружьем в руках оказался в лесу. А Йонас сказал.

- В самок - не стрелять. Только в кабана.

- А вы думаете, что я отличу кто есть кто?

- Тогда стреляйте только по моей команде.

Узкой тропинкой они прошли в темном лесу километра два, когда Йонас остановился и неожиданно крикнул.

- Огонь!

Что-то шевелилось в кустах шагов за сорок от Валентина и он выстрелил - практически наугад.

Черная масса вырвалась из чащи и помчалась под углом мимо охотников. Грохнул и плеснул огнем от плеча Флина. Кабан тут же зарылся носом в землю и перевернулся через голову. Хрюкнул, несколько раз дернул ногами и затих. Картечь попала ему в морду. Один глаз оказался выбит и кровь заливала оскаленную морду.

Валентина тут же вырвало, он отдал ружьё Йонасу и пробормотал.

- Мужики, это не для меня.

Они плотно пообедали - ели тяжелое, горячее мясо, немного выпили, а потом заснули в небольшой избушке, срубленной из толстых сосен. Засыпающий с вилкой и ложкой в руках Валентин слышал, словно через подушку, как Йонас и Флин вспоминали годы своей совместной службы на побегушках у какого-то генерала, с которым теперь надо было бы рассчитаться - хотя бы морду ему набить.

Проснулся Валентин уже в густых сумерках, которые едва высвечивали квадраты двух маленьких окон в избушке. Обнаружил, что лежит на просторных нарах, рядом сопит Флин, напротив, под белым покрывалом стоит кровать с горкой подушек, посредине - стол. Печка в углу. Грубый шкаф с посудой. Чего-то не хватало. Потом понял - телевизора.

Он поднялся с нар, вытолкнул тугую дверь и оказался во дворе.

Вокруг избушки темной непроглядной стеной стоял густой лес - Валентин даже не разобрал были тут дубы или сосны. Небо надо головой было белесые, звезды только-только просвечивались. Где-то чуть в стороне проблескивало пламя костра. В десяти шагах от крыльца стоял сруб колодца и готовое ведро с водой на обрубке дерева рядом Вода была холодной до ломоты в зубах.

Словно мотылек, Валентин пошел на свет костра и обнаружил, что возле костра сидит незнакомый ему седой мужчина в теплом ватнике.

- Добрый вечер. - сказал Валентин.

- Добрый вечер. - кивнул мужчина. - Как охота?

- Хорошо.

У мужчины было темное лицо, задубевшая кожа, тяжелые руки с короткими грубыми ногтями.

- Садись, погрейся. - сказал он. - Я здесь хозяин. Ты мой гость. Выпить не хочешь?

- Если немного. Вы и есть здесь егерь?

- Егерь тоже.

Он достал большую бутылку зеленого стекла - Валентин таких никогда не видел - в два стаканчика налил какой-то мутной жидкости, и - выпили. Нечто пахучее, не понятно приятное или отвратное.

- Вы здесь и зимой живете? - спросил Валентин.

- Конечно.

- Без телевизора?

- Зачем?

- И радио нет?

- Нет.

- Ну... Газеты получаете?

Егерь улыбнулся своим темным лицом от чего оно словно осветилось изнутри:

- Зачем себе нервы портить? Нет, газет не получаю. - он говорил с сильным акцентом и с явным трудом подбирал русские слова.

- И так здесь круглый год?

- Да... Дочь приезжает, привозит соль, хлеб... Йонас и друзья тоже на охоту...

- А сами в город часто ездите?

Егерь пожал плечами и снова улыбнулся.

Больше они ни о чем не разговаривали. Даже выпили ещё пару раз молча. Разговоры здесь как-то были и не нужны, а Егерю хватало для полноты жизни всего, что его окружало. И не нужен был ни телевизор, ни газеты. Как он достиг такого совершенства в жизни Валентин даже и не думал спрашивать, поскольку твердо понимал, что не поймет сущности любого ответа.

Когда совсем стемнело и стало холодно, он вернулся в избушку и лег на нары. Во всем своем теле и душе он ощутил небывалую легкость, а настроение было "на всё наплевательским". В конце то концов хорошо уже то, что ты одарен великим счастьем жизни, попросту сказать - "хорошо, что живешь" За последней гранью не будет ничего, а потому и все поражения или победы сегодняшнего дня ровным счетом ничего не значат. Живи пока дышится и дергайся в соответствии со своей натурой и своими желаниями..

...Поутру Флин глянул ему в лицо тревожно.

- Ну, как ты сам, Валя?

- Нормально, Флин.

- Гоним домой?

- А куда ж мы денемся.

- Тогда, с богом.

Простились со своим егерем и - погнали. Но прежних скоростей набрать не удалось, поскольку от Минска на Москву трасса оказалась загруженной, а патрульные машины автомобильной инспекции торчали чуть не на каждом километре.

К своему дому подкатились в кромешной темноте и остановив на дворе машину, Валентин подумал - были ли эта поездка, охота, егерь у костра - или ему всё только приснилось?

Фонарь под козырьком над крыльцом вспыхнул и на пороге, в одной коротенькой ночной рубашке появилась Алла. Крикнула обидчиво.

- Могли бы и позвонить, куда вас черти занесли!

Маугли прыгал вокруг машин и Флин кинул ему кусок кабаньего мяса, после чего тут же прекратился радостный лай и только кости захрустели в мощных челюстях собаки.

- К непотребным девкам что ли ездили? - спросила Алла.

- Зачем? - засмеялся Валентин. - Куда ездить, когда своих непотребных полон дом. Налей мне горячую ванну и дай сегодня поспать спокойно. Завтра тяжелый день!