Майкл Грей - Нити смерти

Хорошо бы сделать фильм с ними обеими, чтобы Ванесса совратила и научила "Невинность". Артуру всегда нравились фильмы о лесбиянках. В самой идее лесбийской любви была какая-то чистота. Откровенная похоть проигрывала, становилась нечистой, если к ней примешивались другие мотивы. Например, любовь. Любовь вызывала наибольшее подозрение. Когда женщины делают это друг с другом, имеешь дело с чистой похотью.

Лия вышла за него замуж из-за желания иметь защитника и ради амбиции. "Бархатную" он просто купил. Из всех женщин, с которыми он имел дело. Должна же в этом мире быть женщина, которая любила бы секс в его чистейшем виде!

"Невинность" и Ванесса - какой был бы фильм!

Но в женщинах в форме не было ничего сексуального. Форма означала авторитет, уверенность, порядок. Форму должны носить настоящие мужчины, такие, как его отец.

Бедный старик. Артур не оправдал его надежд, хотя и не был виноват в этом. По-другому и не могло быть.

Когда отец ушел воевать, Артуру было шесть лет. Мать переехала жить к Наине и тетушке Зелде. Что могло выйти из мальчика, воспитанного тремя чрезмерно заботливыми женщинами?

Они просто соревновались друг с другом: "Съешь это, Артур, будь хорошим мальчиком! Хочешь еще пирога? Тетушка испекла его специально для тебя!" Или: "Не вздумай выходить на улицу без галош, Артур! Закутайся шарфом, Артур, Нанна сама связала его!" А потом: "Посмотрите, какой умный ребенок! Смотрите, как он читает! Смотрите, он сам завязывает шнурки на ботинках! Смотрите, какой он большой!"

Бедный отец. Он вернулся из Японии, поджарый, мускулистый и загорелый, чтобы увидеть разжиревшего, избалованного сына.

Артур перестал быть центром Вселенной. Вернувшийся старик занялся серьезным делом - стал смотреть спортивные передачи по телевизору, пить бренди, есть кукурузные хлопья, отращивать живот. Все женщины в доме посвятили ему свое внимание, забыв про Артура.

Сначала Артур попытался бороться. Его оценки стали только отличными, он гордо приносил домой свой табель и показывал его родителям. Когда он принес домой сочинение с пометкой учителя "замечательный замысел", отец нашел в нем две описки и сальное пятно. Когда Артур устыдился своего веса и записался в школьную команду по борьбе, отец стал говорить о "настоящей драке".

После необоснованных похвал, получаемых в течение нескольких лет, Артуру было отказано во вполне заслуженных лаврах.

И Артур успокоился. Он бегал за сигарами для отца, много читал, ходил в угловую лавочку за кукурузными хлопьями, думал. Он слушал пьяные рассказы отца про войну. Артур ждал, экономил деньги.

На собственные сбережения он закончил колледж, потом получил должность младшего бухгалтера в фирме "Корона-авто". Отец пробурчал что-то про "писак" и "бумагомарак".

"Корона-авто" делала специальные прицепы - роскошные передвижные офисы, артистические уборные для Голливуда. Каждое изделие собиралось вручную, стоимость была просто кошмарной. Комплектующие детали закупались для каждого отдельного случая, никаких запасов не делалось. Никто не занимался планированием. Владелец фирмы Рейд Дауни был мастером художественных рисунков с изображением готового изделия, и рабочим приходилось при сборке руководствоваться рисунками, а не схемами и чертежами. Продажная цена бралась "с потолка". Артуру потребовалось около шести месяцев, чтобы убедить главу фирмы в том, что они остались без прибыли, но к этому времени Рейд был поглощен очередным прожектом и только отмахивался от своего бухгалтера.

Артур сохранял спокойствие и кое-что записывал.

Однажды "Корона-авто" получила умопомрачительный заказ - Стальная корпорация заказала двенадцать передвижных телевизионных студий, каждая стоимостью в полмиллиона долларов! Артур был в восторге.

Рейд Дауни купил себе новый "мерседес", в ближайшем радиомагазине нанял механика, чтобы тот отвечал за электронику, завел интрижку с секретаршей и основал новую фирму, назвав ее "Корона-комьюникейшнз". Если одна корпорация заказала передвижные телевизионные студии, за ней могут последовать и другие корпорации, не так ли?

Когда первая передвижная студия была готова, никто не смог определить ее стоимость. Монтажных схем не было, провода, собранные в пучки, напоминали вороньи гнезда, прикрытые обшивкой "под дуб". "Корона-комьюникейшнз" осталась без денег.

Фирма "Новая Провинция", занимавшаяся недвижимостью и являвшаяся дочерним предприятием "Пластикорпа", предоставила кредит, взяв в качестве залога контракт стоимостью шесть миллионов долларов. Через год сборка четвертой студии отставала от графика на два месяца, у Рейда опять кончились деньги.

"Новая Провинция" собрала Совет директоров, Рейду было велено привезти с собой бухгалтера, то есть Артура.

Артур скромно сидел в углу зала заседаний Совета и слушал доклад Рейда, который малоконкретно, но зато цветисто рассказывал о придуманных им мерах по уменьшению производственных затрат. После этого председатель дал слово Артуру.

Артур развернул схемы технологического потока, расчетные таблицы, сводки.

- Послушай, Артур, присутствующим здесь джентльменам совсем не интересны эти технические глупости, - прервал его Рейд В голове Артура что-то щелкнуло, дав выход потоку сдерживаемого в течение пятнадцати лет благородного гнева. Он оперся о стол, испепелил Рейда взглядом, потом медленно повернул голову и, глядя на одетого в серый костюм председателя Совета директоров, сидевшего во главе длинного стола красного дерева, продолжал:

- У нас нет схем и планов, поэтому для простейшей операции по текущему ремонту, обычно занимающей несколько секунд и стоящей двадцать долларов, нам приходится привлекать рабочих на целый день и платить, с учетом командировочных, восемьсот семнадцать долларов и сорок четыре цента.

Господин председатель, надо ли продолжать? - проревел Артур.

Заседание продолжалось два дня. Когда оно закончилось, Артур Браунли стал директором-распорядителем фирмы, а Рейд - безработным.

Последняя студия была готова через год Артур Браунли доложил Совету директоров, что фирма прибыли не получила, а перспектива новых заказов была весьма сомнительной. Он рекомендовал ликвидировать обе фирмы - и "Корону-авто", и "Корону комьюникейшнз". Учредители избавились от всего имущества двух фирм, за исключением Артура, который перешел в "Пластикорп" с двадцатипроцентным увеличением оклада и льготами в приобретении акций. Однако и это не убедило отца.

Надпись на табло показывала, что можно расстегнуть привязные ремни. Артур снова посмотрел на часы, они прилетели по расписанию. Он мог с утра поработать в офисе филиала корпорации в Ванкувере, а потом позволить себе поздний обед в квартире на Дэвис-стрит. Она не знала о его приезде, но Артур был уверен, что застанет ее дома. Пожалуй, "Бархатная" будет еще в постели. Артур любил заставать ее спящей, когда она выглядела почти уязвимой.