Джон Гришем - Шантаж (= Братство)

Днем Нед внимательно следил за почтой - современным зданием из стекла и бетона, возведенным на Первой улице, параллельно береговой линии, - и часто наведывался к почтовому ящику под номером 4585, одному из восьмидесяти, прикрепленных на стене почты. При этом он вел себя как заправский конспиратор. Сначала он навел справки о том, не подходил ли кто-нибудь к указанному ящику. Потом прилепил к дверце ящика тоненькую черную нитку, свернув ее замысловатым вензелем, чтобы узнать на следующий день, не открывал ли его кто-нибудь. Некоторое время назад он отправил Перси письмо, в которое вложил чек на тысячу долларов.

Деньги срочно потребовались этому парню для покупки кисточек и красок, чтобы писать картины.

А за несколько недель до этого Нед написал Перси, что когда-то был владельцем известной галереи современного искусства в Гринвич-Виллидже и с тех пор у него сохранились там неплохие связи. Конечно, это было чистейшей воды вранье, но и Перси, похоже, врал напропалую, в чем Нед нисколько не сомневался. Именно сомнения в искренности Перси и заставили его бросить дом и отправиться во Флориду, чтобы выяснить все о своем корреспонденте и не попасться в лапы мошеннику.

Подозрения в отношении Перси зародились у Неда с самого начала, то есть с первого письма, которое он получил вскоре после того, как откликнулся на объявление в журнале.

А до этого он проверил реальное наличие указанного в журнале почтового ящика, номер телефона и все остальные реквизиты. Правда, адреса там не было, но он узнал его по своим каналам. В первом письме Перси объяснил, что арендованный им почтовый ящик является совершенно секретным, так как многие пациенты центра были высокопоставленными служащими в солидных корпорациях и даже известными чиновниками в администрации губернатора, которые в свое время пристрастились к тем или иным наркотикам и теперь не дают ему покоя. Неду это объяснение показалось достаточно разумным, но выработанная годами осторожность в подобных делах подсказывала: эту легенду нужно проверить дополнительно и лишь после этого принимать окончательное решение. А пока же было ясно одно: парнишка неплохо владеет языком и не испытывает трудностей с логическими доказательствами своей правоты.

Но у Перси было такое милое, такое красивое лицо, что просто невозможно было отказаться от самой идеи поддерживать с ним контакт. Нед почти каждый день доставал его фотографию, часами мечтал о встрече с ним. Ради этого стоило немного побегать и убедиться, что за письмами нет какого-то наглого обмана. Конечно, просьба Перси выслать тысячу долларов застала его врасплох. Она же подтолкнула Неда оставить на время свой дом и отправиться на поиски таинственного и загадочного пациента реабилитационного центра.

Внимательно осмотрев прилегающее к зданию почты пространство, Нед быстро нашел самое удобное место на автостоянке, откуда можно было прямо из машины наблюдать за почтовыми ящиками и за людьми, которые время от времени подходили к ним. Из окошка автомобиля он следил за каждым, кто приближался к почтовым ящикам, но все безуспешно. К его ящику никто пока не подходил. Он даже купил бинокль, чтобы как можно лучше контролировать подступы к ящикам.

Через пару дней это занятие настолько осточертело Неду, что хотелось все бросить и вернуться домой, но интуиция подсказывала: за его письмом обязательно придут. Вскоре он увидел, что кто-то действительно проверял ящик. Конечно, в реабилитационном центре может найтись достаточно большое количество пациентов, которые получают почту от родных и близких, но это может быть и мошенник, решивший воспользоваться доверчивостью людей и выудить у них деньги. Кто может дать гарантии, что Нед ошибается? Предполагаемый мошенник появился у почтового ящика на третий день после обеда. Он припарковал свой "жук" почти рядом с машиной Неда и направился в здание почты. На нем были выгоревшие на солнце брюки цвета хаки, светлая рубашка, не первой свежести галстук и соломенная шляпа, глубоко надвинутая на глаза. В целом же он производил впечатление беззаботного представителя современной пляжной богемы, каких здесь было пруд пруди в это время года.

Тревор, а это был именно он, почти весь обеденный перерыв сидел в баре Пита, где выпил пару кружек холодного пива, затем почти час дремал за рабочим столом в офисе и потом решил наведаться на почту и посмотреть, нет ли чего-нибудь новенького для клиентов из тюрьмы "Трамбл". Открыв ключом ящик под номером 4585, он вынул оттуда кипу рекламных проспектов и журналов, которые тут же полетели в мусорный бак, и спрятал в карман несколько конвертов.

Нед все это время пристально следил за Тревором и радовался в душе, что наконец-то его терпение вознаграждено. Все-таки приятно, что он не зря сидел тут три дня под палящим солнцем. Когда Тревор сел в машину и направился к офису, Нед последовал за ним, немного подождал, когда тот скроется за дверью небольшого и изрядно потрепанного на вид здания, прочитал надпись на двери и с недоумением воскликнул:

- Адвокат? Вот так номер!

Убедившись в том, что остался незамеченным, Нед повернул назад, выехал на скоростное шоссе и помчался вдоль берега, минуя один за другим великолепные местные пляжи - Вилано, Кресент, Беверли и Флэглер. Вскоре он уже был у ворот отеля. Однако прежде чем войти в свою комнату, он зашел в бар и заказал мартини. Это уже второй случай, когда он быстро вывел мошенников на чистую воду, и ему было приятно, что интуиция не подвела его и на этот раз.

Глава 13

За день до предварительных выборов в штатах Аризона и Мичиган избирательная кампания Аарона Лэйка достигла апогея, а вызванная ею шумиха в средствах массовой информации напоминала ураган, неожиданно обрушившийся на избирателей не только этих двух штатов, но и всех остальных. Никогда еще выборы президента не сопровождались таким всплеском эмоций, поражавших воображение даже видавших виды политиков. В течение последних суток жители Аризоны и Мичигана подверглись такой массированной бомбардировке со стороны масс-медиа, что уже мало кто сомневался в исключительной роли нового кандидата в судьбе страны, а его лицо стало мерещиться даже тем, кто не любил смотреть телерепортажи.

Из мощного потока политической рекламы прежде всего выделялись непродолжительные - не более пятнадцати секунд - сообщения о новом кандидате в президенты, где обязательно показывали его иногда добродушное, а иногда решительное и волевое лицо крупным планом, цитировали несколько лаконичных фраз, смысл которых непременно сводился к тому, что только Аарон Лэйк может спасти страну и весь мир от разгула международного терроризма.